Роковой выстрел - Марина Серова

это она напрасно сделала, — заметил Владимир.

— Да мы с Владиславом ей об этом уже говорили. И строго-настрого предупредили, чтобы она закрывала на ключ дверь своей комнаты. Но сегодня утром я услышала, как она стонала, толкнула дверь, а она оказалась не заперта. Хорошо, что мы вовремя отвезли ее в клинику. Сейчас ее жизнь уже вне опасности. Но, Володь, необходимо сделать анализ чашки, наверняка там остались следы. Нужно узнать, какое вещество ей добавили в чай. Тогда можно будет строить догадки насчет того, кто может быть отравителем. Одно уже ясно: этот отравитель — явно из числа обосновавшихся в доме. Посторонний человек этого сделать не мог, — сказала я.

— Я согласен с тобой, Тань. Кстати, мы проверили этого уволенного охранника, Кирилла Стеценко. У него имеется алиби. А чашку я передам на экспертизу, — пообещал Владимир.

— Заранее спасибо, Володь. Сразу позвони, как будет известен результат, — попросила я.

— Само собой, Тань.

— Ладно, Володь, пока.

— Пока, Тань.

Я вышла из управления полиции, села в машину, и мы с Владиславом поехали в коттедж.

— Влад, твои родственники, да и гости тоже, будут интересоваться, где сейчас находится Елизавета Аркадьевна. Ведь ее отсутствие в коттедже долго скрывать не получится. Что будем говорить? — спросила я.

— Ну… скажем, что ночью у нее был гипертонический криз и поэтому мы отвезли ее в больницу, — подумав, ответил Владислав. — Как, годится такое объяснение?

— Думаю, что да. Можно дать такой ответ, — кивнула я.

Приехав в коттедж, я отправилась на поиски горничной Анастасии. Собственно, я планировала поговорить с ней еще с самого утра, но драматические события, произошедшие с Елизаветой Аркадьевной, внесли коррективы в мои планы.

Анастасию я встретила на лестнице: она спускалась со второго этажа.

— Анастасия, зайдите на минуту, мне необходимо с вами поговорить.

В нашей с Владиславом комнате я сказала горничной:

— Вчера я все рассказала Владиславу Владимировичу, и он сказал, что придумает, как вам помочь. Так что не волнуйтесь и не переживайте: одна, без поддержки, вы не останетесь.

— Ой, огромное вам спасибо, Татьяна Александровна, — поблагодарила девушка.

— А у меня к вам, Анастасия, просьба, — сказала я.

— Да, какая? Что я должна сделать, Татьяна Александровна?

— Мне необходимо осмотреть гардероб Валериана Григорьевича и Екатерины. Это может помочь в расследовании убийства Владимира Григорьевича. Поэтому мне нужно ваше, Анастасия, содействие. Вы ведь убираете в их комнатах, не так ли? — спросила я.

— Да, все верно, вот только…

Анастасия закусила губу.

— Что-то не так?

— Ну, с гардеробом Валериана Григорьевича попроще будет. А вот с Екатериной Леонидовной… я даже не знаю, как она это воспримет. Она очень не любит, когда кто-то лезет в ее вещи. Я боюсь, что она может рассердиться. И выгнать меня, — добавила Анастасия.

— Я понимаю вас, Анастасия, но то, что я сказала, — это важно. Мы должны выяснить, что же произошло на самом деле с Владимиром Григорьевичем и кто его убил. Ваша помощь может спасти жизнь еще кому-то, — сказала я.

— Хорошо, Татьяна Александровна, давайте сделаем то, что просите, но только побыстрее, ладно?

— Конечно. Мы можем начать с гардероба Валериана Григорьевича, — предложила я.

Я подумала, что если мы найдем одежду дяди Владислава со следами пороха, то тогда не нужно будет обыскивать гардероб Екатерины. Ведь убил-то Владимира Новоявленского один из них.

Мы с Анастасией направились в комнату, которую занимали Валериан и Виолетта, она была пустая. Комната была небольшая, и мое внимание сразу привлек встроенный шкаф-купе. Я раздвинула створки: основное отделение было заполнено вешалками-плечиками, а на полках стояли обувь и аксессуары.

Я начала осматривать вещи, отделяя вещи Валериана от одежды его супруги. Анастасия подошла ко мне.

— Так что мы ищем, Татьяна Александровна? Я так и не поняла. На что нужно обращать внимание? — спросила горничная.

Я вытащила одну из мужских рубашек.

— Смотрите, Анастасия. Если Валериан Григорьевич действительно в пылу ссоры выстрелил в своего старшего брата, то на его одежде должны были остаться следы пороха. Ведь на руках Владимира Григорьевича были обнаружены такие следы, — объяснила я.

— Теперь я поняла, Татьяна Александровна, — кивнула Анастасия.

Горничная аккуратно вытаскивала из шкафа вещи и передавала их мне. Я все внимательно осматривала и возвращала Анастасии. Но ничего похожего на пороховые следы на одежде Валериана мы не обнаружили.

«Это означает, что выстрелила Екатерина? Или же Валериан уже успел избавиться от одежды со следами пороха?» — подумала я.

— Ладно, Анастасия, пойдемте теперь в комнату Екатерины, — сказала я.

Но попасть в комнату Екатерины мы не успели, потому что услышали голоса почти у самой двери. Я молниеносно приняла решение:

— Анастасия, скажите Валериану Григорьевичу, что убирали комнату, — шепотом сказала я.

Я быстро залезла под большую двуспальную кровать, благо она была застелена широким шерстяным пледом, края которого опускались до самого пола.

В это время дверь в комнату открылась.

— А ты что тут делаешь? — недовольно спросил женский голос.

— Ой, простите, Виолетта Александровна, я решила заняться уборкой, пока никого нет, — сказала Анастасия.

— Ну подождет твоя уборка, видишь, мы уже пришли, — сказала супруга Валериана.

— Да, конечно, Виолетта Александровна, я приду в другое время.

Вслед за Виолеттой в комнату вошел Валериан.

— Ты где так долго ходил? — спросила Виолетта.

— Ничего не долго, — буркнул мужчина.

— Валерик, я понимаю, ты переживаешь из-за брата, но… — начала Виолетта.

Однако Валериан грубо оборвал супругу.

— Где тебе что-то понимать? — рявкнул он. — Я любил брата! Да, я завидовал Владимиру, жутко злился на него, даже приходил порой в ярость из-за того, что он не хотел давать мне деньги. Еще бы! У Владимира-то всегда все было хорошо. И в бизнесе, и в семье. Ему все всегда удавалось делать так, как он задумал. А я… вот скажи, почему со мной судьба так обошлась, а? Как будто бы хотела, не знаю, равновесия, что ли…

— Погоди, ты что же, хочешь сказать, что если Вольдемару Бог отсыпал талант к предпринимательству полной мерой, то тебе в той же мере недодал? — фыркнула Виолетта.

— А ты не ерничай! — огрызнулся Валериан. — Как будто сама не видишь, чем заканчиваются все мои проекты, все мои начинания. Но даже мне, такому тупому, каким меня все считают, понятно, что по сравнению с Владимиром я полный ноль.

— Ах, ты преувеличиваешь, Валерик, — расслабленным тоном произнесла Виолетта.

— Да ничего я не преувеличиваю! Ты хотя бы понимаешь, что брат содержит нас с тобой? Причем содержит совершенно безвозмездно. Он ничего не требует взамен, не упрекает в том, что я совершенно бездарно раз за разом профукиваю его деньги. Деньги, которые не сыплются ему с