Нежная и очень грешная, или Сколько волка ни люби - Ксения Зацепина

не поверила та. – Облила колой? Разбила чей-нибудь мобильник? – В глазах девушки зажглись искорки азарта.

– Нет, ничего этого не было, – устало сказала я.

– А! – Горничная от радости прикрыла рот рукой. – С кем-то подралась, да? Сто пудов, кого-то уделала!

– Жанна, тебе сколько лет? – осведомилась я.

– Да ладно, просто узнать хочется, – отмахнулась девушка, – кто на этот раз? Кассир? Билетер?

– Жанна…

– Нет, не говори! Продавец, правда ведь, продавец? Она просто обожает лупасить продавцов…

– Жанна…

– Не может быть! Мент, что ли?

– ЖАННА! – не вытерпела я. – Да, кое-что и вправду случилось, но я бы не хотела, чтобы местной детворе еще сто лет пересказывали подробности этой истории.

Горничная с обидой посмотрела на Светлану, которая возилась с помидорами.

– Сама виновата, – ответила повариха.

Вскоре на кухню забежала Лиса, взяла из холодильника пару йогуртов, ложку из стола и так же стремительно исчезла.

– Вы что, поссорились? – поинтересовалась Светлана.

– Немного. – Я мотнула головой, вспоминая кровавую драку Лисы и Сони. Скорее просто Лисы. Соня валялась на полу, не понимая, что происходит. Если эта барышня и дальше планирует выводить мою подопечную из себя, Деевой нужно срочно записаться на курсы самообороны. Или платить мне за спасение ее жизни. Кстати, в последнем случае Соня мне должна уже за два раза.

Следующие полчаса мы с Жанной и Светой провели за милым ужином. Повариха приготовила нежнейшие отбивные с рассыпчатым рисом. Честно говоря, я не могу себе представить, что на планете есть люди, которые совсем не едят мясо. Когда мы доедали десерт в виде только что испеченных булочек с яблоками и корицей, по дому пронесся оглушительный звонок.

– Ну кого там еще черт принес? – гостеприимно осведомилась Жанна, медленно вставая из-за стола.

На кухню вбежала Лиса и встала перед монитором, опередив горничную.

– Валер, заезжай и сразу же иди ко мне в комнату. – Лиса нажала на кнопку и удалилась из кухни, бросив баночки из-под йогурта в ведро, а ложку – в раковину.

– Опять этот хмырь, – недовольно пробурчала Жанна и принялась за четвертую булочку.

– Опять, – протянула я и сорвалась с места.

Валера стоял в зале возле полок с книгами.

– Здравствуйте, – сказала я, чтобы дать о себе знать.

– Вам того же, – обернулся гость, и я поняла, что совсем не хочу, чтобы он куда-то уходил отсюда, – у вас здесь такие книги хорошие.

– Да? Я как-то не замечала.

Конечно, времени-то нет. И не предвидится. Мне еще нужно помириться с Лисой, найти пропавшую подругу и дождаться Мишу из Туркменистана. Кстати, сейчас было бы совсем нелишне подумать о Михаиле. Хотя бы немного.

– Булгаков, Брэдбери, Хемингуэй. «Праздник, который всегда с тобой» – великолепная книга.

– Я почитаю, – закивала я, как ученик-пятерочник, который получил долгожданное домашнее задание.

– Хорошо, – улыбнулся владелец белой «Ауди», и мне, к своему стыду, уже совсем расхотелось думать о Мише, – извините, нужно идти, Лиса ждет. Я привез ей пару дисков. Вы любите кино?

– Да, очень! – быстро ответила я.

– Может быть, как-нибудь сходим? – предложил Валерий, и у меня захватило дыхание.

– Ага, – протянула я с идиотской улыбкой.

– До встречи, Ксюша.

– До встречи, – повторила, провожая взглядом поднимающегося по лестнице Валерия.

– Симпатичный, – захихикала Жанна, когда я вернулась в кухню, – то-то ты так сорвалась. Но, по-моему, тебе стоит подучиться общаться с противоположным полом.

– И кто будет учить? – засмеялась Светлана. – Сама вон с ребенком и без мужа.

– У меня есть парень, – серьезно сказала я, скорее напоминая об этом обстоятельстве себе, чем подругам.

– Да ну? – удивилась Жанна. – И где же он?

– Далеко, – выдавила я и сама не заметила, как из моих глаз полились слезы.

– Ты что? Ксюш? – Света и Жанна подбежали ко мне. – Не плачь. Он что, сидит?

– Почему сидит? – не поняла я.

– Ну, ты ждешь, наверное, когда выйдет, – предположила Жанна.

– Нет, он археолог. Уехал на все лето, приедет еще не скоро, – пуще прежнего заревела я, – может, даже в середине осени. – На слове «даже» я с прискорбием обнаружила, что у меня при себе нет платка. – Я пойду, – прогундосила я, вытирая нос рукавом.

– Иди, иди, – одобрила Света, – уже восемь, ложись спать.

Но спать я не легла. Сначала долго и упорно искала носовой платок, который, как всегда, оказался в самом неподходящем месте – под кроватью. Потом сидела на постели, разглядывая немногочисленные фотографии со мной и Мишей в телефоне. В итоге я утешила себя мыслью, что когда-нибудь Михаил все же вернется на родную землю, поэтому мне ничего больше не остается, как реветь и ждать, ждать и реветь. Подумаешь, всего пару месяцев. Раньше женщины годами дожидались ушедших в Крестовый поход мужей. И ничего, никто не умирал. Я имею в виду жен. Правда, у некоторых из них на талии болтались пояса верности, очень полезная в Средние века штука, ну так это тоже можно было пережить.

Я окончательно высморкалась в свой единственный платочек (какой позор!) и пошла в душ. Активно намыливая голову, я опять вернулась мыслями к своему расследованию. Уважаемый бомж Павел Безухий сказал, что его друг Жук, в миру просто Жуков, проживает в местечке Змеево. Очень говорящее название, надо признать. Только вот уже сколько лет живу в Москве, а ни разу не слышала о таком селе или поселке. Даже не знаю, расположено это Змеево рядом с городом или где-то на задворках Московской области. Видимо, снова придется прибегнуть к помощи электронного друга. К Лисе я, разумеется, не пойду, а вот кабинет сгодится в самый раз.

В пять минут десятого я, завернувшись в махровый халат, уселась перед монитором, за которым еще пару недель назад сидел Кирилл Ионов. От такой «радостной» мысли мне стало немного жутковато, и кроме люстры на потолке и настольной лампы я включила еще и торшер около стола. Вот, теперь никакие привидения не застанут меня врасплох.

Расположение секретного объекта Змеево, оказавшегося селом в пятнадцати километрах от Скопина, было найдено в рекордные сроки. Через десять минут после подключения к всемирной сети я обозревала на мониторе карту этого небольшого, я бы даже сказала, маленького населенного пункта, насчитывавшего всего около шестидесяти домов и одну-единственную улицу – Скользкую. Хотя карта может оказаться устаревшей, и тогда на месте села я рискую увидеть такие же симпатичные особнячки, как и в Скопине.

Порадовавшись своим недюжинным успехам в осваивании Интернета, я обнаружила, что принтер не хочет печатать найденную карту, а навигаторам я тоже не очень доверяла. Он уже который раз сообщал о каких-то ошибках, и мне все сильней хотелось пойти к Славе и одолжить у него кувалду или отбойный молоток. О том, чтобы