Новая весна - Рита Романова

— Только ты поскорее, — умоляюще посмотрела на нее Вера.

— Бегите, — сквозь зубы процедила Света и рванула на кухню.

Сердце билось у Веры в висках, отзываясь резкой болью в сожженной щеке. Горло сдавило мощными тисками, будто чьи-то безжалостные руки душили ее. Девушка бежала по лестнице вниз, ступеньки мелькали бесконечной чередой и, казалось, что они никогда не закончатся. Степа ровно посапывал ей в ухо, и она все сильнее прижимала к себе его хрупкое тельце.

Будто сквозь туман, она увидела, как ее рука потянулась к черной железной двери, как сама собой та распахнулась и страшные, горящие ненавистью ко всему живому, чьи-то глаза зло посмотрели прямо на нее, а потом переметнулись на Степашку. Вера с такой силой прижала к себе малыша, что он жалобно захныкал:

— Мама, мне боно.

— Извини, сынок, — не своим голосом отозвалась она.

Мужчина еще раз внимательно посмотрел на Веру и отошел в сторону, выпуская ее из подъезда. Рядом с ним стояли еще двое молодых парней. Девушка проскользнула мимо них и быстро пошла вдоль двора. Она не видела, как один, самый молодой мужчина в длинном кожаном пальто долго и пристально смотрел ей вслед. Смотрел до тех пор, пока она не скрылась за углом дома. Только тогда он зашел в подъезд.

Глава 19

Ей казалось, что он идет следом за ними. Она чувствовала взгляд его страшных глаз и даже ощущала его ледяное дыхание в затылок. Вера шла все быстрее и быстрее. Она почти бежала, не разбирая дороги, не глядя по сторонам. Степашка давно проснулся и удивленно озирался по сторонам, в сотый раз пытаясь выяснить у Веры, куда они идут. Но она не отвечала. Потому что не знала, куда они идут, и не могла разомкнуть скованные ужасом челюсти.

Скорее всего, Светы уже нет в живых. Они пришли с одной целью — убить. Вера отчетливо прочитала это в его глазах. Это были глаза убийцы.

Мимо пробегали люди, проносились машины. Тысячи мужчин и женщин, стариков и детей — и никому не было дело до женщины без лица и крошечного мальчика, несколько минут назад лишившегося матери. Слезы струились по ее лицу, но Вера их не замечала. Степашка вытирал их тыльной стороной ладони и тихонько поскуливал, как маленький, выброшенный на мороз щенок. Он больше не приставал к Вере с вопросами, ответов на которые он все равно не получит.

Вера не знала, сколько прошло времени. Она лишь почувствовала, что ужасно устала. Будто к ногам и рукам привязали гири. Притихший Степашка со всей силы вцепился в ее шею щекоча своим дыханием.

— Не плачь, малыш, — с глухим чмоком разомкнула она ссохшиеся губы. — Не надо. Я обязательно что-нибудь придумаю.

— Я не пачу, — поднял головку малыш. — Ты босе не зись на меня. Я буду холосий.

— Не злись? — удивилась Вера. — Разве можно на тебя злиться?

— Ты мачис, и мачис, — вздохнул мальчик. — Злисся.

— Я молчу по другой причине, — наконец Вера увидела лавочку и заспешила к ней. — Просто я не знаю, что мне делать.

— Как сто? — удивился малыш. — Искать зателяный клад. Как капитан Кук.

— Затерянный клад, — задумчиво повторила Вера. — Кто бы его для нас затерял.

— Вера, постой! — окликнул ее смутно знакомый мужской голос, едва она села на лавочку.

Высокий, худой шатен стремительно приближался к ней. Сердце вновь учащенно забилось, и Вера приготовилась бежать, но тут она его узнала.

— Костя, — улыбнулась она. Действительно, это был он. Тот самый Костя, сын дяди Коли, который признавался ее в любви почти пятнадцать лет назад.

— Узнала?! — обрадовался молодой мужчина. — Значит, не сильно изменился. Впрочем, как и ты. Тебя к нам на операцию направили?

— Вижу, ты в курсе того, что со мной произошло, — не стала отвечать девушка. — Неужели, отца решил проведать?

— Да, заезжал к нему на выходных, — подтвердил Костя и сел рядом с Верой. — Слышу упрек в твоем голосе. Считаешь меня неблагодарным? Зря. Я постоянно зову отца к себе. Он отказывается. Говорит, что в городе от тоски засохнет. А у меня работа. Выходные раз в месяц бывают. Остальное время пашу, как проклятый.

— Не надо передо мной оправдываться, — нахмурилась Вера. — Кто я такая?

— Ты — моя первая любовь, — улыбнулся он и подмигнул Степе. — Смотрю, ты уже знакомствами обзавелась.

— Няней подрабатываю, — не стала вдаваться в подробности она.

— Ясно, — кивнул Костя. — Когда у тебя операция?

— Необходимые уже провели, — равнодушно сообщила Вера. — Остальные за деньги. А у меня, как ты понимаешь, их нет.

— И сколько нужно денег?

— Хотя бы двести тысяч.

— Может, взять кредит, — робко посоветовал он.

— Хороший совет, — усмехнулась девушка. — Обязательно им воспользуюсь.

— Вер, а где ты живешь? — сменил он тему разговора.

— Видимо, уже нигде, — сдавленно ответила она и, не выдержав, горько заплакала. У нее больше не было сил держать в себе весь ужас сегодняшнего дня, и она начала говорить. Вера рассказала Косте все. Про знакомство со Славой-Сашей, про его подлый побег, про соседку Машку, плеснувшую ей в лицо серной кислотой, про Свету, которую, скорее всего, сегодня убили.

— Как в кино, — внимательно выслушав девушку, ошарашено произнес Костя.

— Лучше бы это была мелодрама, — горько усмехнулась она. — Никогда не любила детективы.

— Веа, — впервые за все время беседы подал голос Степа. — Я к маме качу. Посли домой.

Мальчик слез с лавочки и потянул Веру за руку.

— Степашечка, мы не можем пойти домой, — тихо сказала она.

— Почиму? — глаза мальчика вмиг наполнились слезами и он закричал: — Я к маме качу! Качу к маме!

— Успокойся, малыш, — Вера схватила сопротивляющегося мальчика на руки. — Не надо кричать. Ты разве забыл, что мы собирались с тобой делать? Для настоящих пиратов на первом месте стоит дело, и только потом всякие личные отношения — мамы, папы, дома.

— И какое у нас дело? — заинтересовался Степа.

— Поиски затерянного клада, — заговорщически прошептала ему на ухо Вера. — Только тихо. Чтобы этот дядя ничего не услышал. А то он тоже захочет к нам присоединиться. Мы же не хотим делить наш клад на троих? Так ведь?

— Так, — тоже шепотом отозвался мальчик и опасливо покосился на Костю, который по-прежнему сидел на лавке и сосредоточенно разглядывал что-то у себя под ногами.

— Вера, — будто приняв, наконец, решение, Костя резко встал. — Предлагаю вам пожить у меня. Человек я одинокий, ни жены, ни детей. Даже кота нет. Так что вы никого не стесните.

— Правда? — не поверила Вера. — Ты приглашаешь нас к себе?

— Это была бы слишком жестокая шутка.

— Степашечка, мы начнем поиски