Преступные камни - Галина Владимировна Романова

в этот ужас. Извините. Вы еще долго здесь пробудете?

— Пока не найдем убийцу, — с вызовом ответила Машка.

Михаил резко посуровел.

— Не надо. Не впутывайтесь в это. Отец Дениса реально помешался на звезде Сиси. И я не знаю…

— Но Денис сказал — звезда не одна. У вас их пять. — Машка все еще была полна пьяной отваги.

Лицо Михаила вдруг дернулось, губы скривились.

— Что за бред! Он вам соврал. Маша, Лена. — Михаил уставился на нас больными, воспаленными глазами: — Никуда не лезьте! Хватит одной смерти. Этот человек опасен. О-па-сен! Вы меня поняли?!

Я вышла из его номера на дрожащих ногах. Но Машка уже неслась по коридору, будто вихрь. И через несколько секунд стучала в номер охранников.

Дверь открыл Архип.

— Гены нет, — равнодушно сказал он.

— Отлично. Мы как раз к тебе, — ввинтилась в комнату Машка.

— А я чё? — вытаращился на нас Архип диковатыми зелеными глазами.

— Ты — подозреваемый в убийстве. Нам следователь в полиции сказал: ты на родине накосячил. Короче, они тебя подозревают.

— Меня? Чего это? Я тут был. Инна Львовна и Михал Дмитрич могут подтвердить, — забубнил Архип.

— Во-от. Об этом я и хочу тебя спросить. Михал Дмитрич из отеля точно не выходил? Около 12.30? Может, на пару минут?

— Не-ет, — замотал головой Архип. — Полиция же спрашивала. Я как раз в это время у него был. Инна Львовна попросила лекарства ему передать. Михал Дмитрич еще рассердился, сказал, я не маленький. Позвонил Инне Львовне. Они долго разговаривали.

— А ты?

— Стоял, ждал.

— Про что разговаривали?

— Вроде бы про лекарства. Потом про какую-то дачу. Я не слушал.

— То есть вы все из отеля не отлучались?

— Не-а. Слушай, мне проблемы не нужны.

— А про Гену что скажешь?

Архип хмыкнул.

— Здоровый. Бычара.

— Мог он Жанну убить?

— Чё я-то должен за него отвечать? Нашли дурака с ним связываться! Сами его и спросите!

На этом замечательном совете мы закончили наш допрос.

Кто врет

— Это Михаил его убил!

Я проснулась от крика Машки. Честно говоря, даже звук московского будильника, призывающего собираться на работу, порадовал бы меня больше.

— Кого его? — пробурчала я, пытаясь накрыться одеялом с головой.

— Пашу. Напоил приятеля, украл звезды, дом поджег. И выдал это за несчастный случай.

Машка защелкала клавиатурой айпада, приговаривая:

— Где там справка про все их имущество? Вот, нашла. У них была дача в деревне Снегиревка.

Подруга еще потыкала в айпад. И задумчиво протянула:

— Ничего не понимаю. Дом в Снегиревке сгорел четыре года назад. Они что, так долго ждали? Ерунда какая-то.

— Маша, может, ты все же сосредоточишься на пищевой промышленности? Сама подумай: если бы Михаил грохнул друга детства, чтобы украсть звезды, зачем ему сейчас убивать невесту на виду у всего мира? Привлекать к себе внимание? Такие вещи продают тихо. А тут какой-то театр абсурда!

Машка вдруг замерла, как кобра перед прыжком. Уставилась на меня гипнотическим взглядом. И протянула:

— Как ты сказала? Театр? Блин, конечно! То-то я думаю, почему ничего не сходится! Быстро одевайся!

…Когда Машку осеняет какая-то важная идея, она держит ее в тайне. Поэтому я не знала, куда мы несемся по почти пустым утренним улицам, пока подруга не толкнула дверь в ювелирный магазин Кехертов.

— Могу я поговорить с хозяином? — спросила она с порога юного гламурного продавца. — Мне нужен господин Кехерт.

— Какой? — спросил продавец.

— А что, их несколько? Тогда любой.

— Это невозможно. Они уехали на отдых.

— Черт! Тогда мне нужен управляющий. Тот, кто давно здесь работает. Это вопрос жизни и смерти! — продолжала Машка атаку.

Парень посмотрел на нас с опаской. Куда-то позвонил. Через несколько минут в зал вышел высокий и худой как жердь седовласый австриец с костлявым жестким лицом, который прощупал нас рентгеновским взглядом. На богатых клиенток мы не тянули. И он холодно спросил по-английски:

— Что вам угодно?

— Нам надо узнать про звезды Сиси, — начала Машка. Но австриец тут же ее перебил:

— Я предупредил ваших коллег: я не комментирую эту ситуацию. Вы ведь журналистка?

— Нет, — ответила Машка, сощурившись. — Я подозреваемая в убийстве.

Парень за прилавком разинул от удивления рот.

Управляющий тоже уставился на нас в замешательстве.

— Мы сидели с убитой девушкой в одной ложе. Теперь полиция пытается нас обвинить. Я хочу знать: это действительно могла быть настоящая звезда Сиси?

— Не могу сказать, пока не увижу, — уже мягче ответил управляющий.

— Можно ли подделать звезду так, чтобы эксперты приняли ее за оригинал? — не отступала Машка.

Австриец улыбнулся одними губами, глаза остались настороженными.

— Теоретически все возможно. Мы сами делаем достаточно точные копии. — Он кивнул на витрину: я ни за что не отличила бы выставленные в ней звезды от той, что была на Жанне. — Но, конечно, специалист сразу увидит, что они новые.

— А если их состарить?

— Видите ли, сейчас другие технологии. В старых изделиях есть некоторые мелочи, детали. Которые знают только наши мастера.

— Но ваши мастера могли бы их повторить?

Мужик посмотрел на Машку еще холодней:

— Надеюсь, что нет. Тут нужна высочайшая квалификация. Хотя… У нас работали разные люди, я не могу дать гарантии…

— Из России у вас ювелиры были?

— Нет.

— Может, ученики, подмастерья… Несколько лет назад?

— Не было.

Машка вздохнула:

— Хорошо. Спасибо.

Мы уже двинулась к выходу. Как вдруг подруга резко обернулась.

— Постойте! — крикнула она в прямую спину старика. — А уборщики? Кто-то из России у вас работал?

Управляющий повернулся. Что-то такое мелькнуло в его глазах. Наконец он решился:

— Три года назад у нас была одна русская женщина. Но убирала очень плохо. Кругом заглядывала. Расспрашивала. Мы решили, что она может быть, как это называется? Наводчицей. Короче, через два месяца я ее уволил.

— Как же вы вообще взяли ее на работу? Без знания языка? Без документов? — прищурилась Машка.

— Почему? — удивился управляющий. — Она была замужем за австрийцем. Документы в порядке. По-немецки говорила хорошо.

— Как ее звали? — поскучнела подруга.

— Не помню. Столько уборщиц сменилось.

— А по фото вы бы ее узнали?

Машка стала быстро щелкать клавишами телефона. Наконец протянула айфон управляющему.

Тот долго вглядывался в экран. Потом не очень уверенно кивнул:

— Вроде бы она…

Я заглянула Машке через плечо. С ее телефона на меня смотрела Инна Львовна.

Разоблачение фокуса

— Ты поняла? — возбужденно спросила Машка, когда мы вышли из ювелирного магазина.

На всякий случай я кивнула. И тут же спросила:

— Так в чем там дело?

— Это была подделка! Все звезды — не настоящие. Иначе в этой истории нет смысла. А подделкам нужен провенанс —