Наследники чужих судеб - Ольга Геннадьевна Володарская

В них фигурировало прозвище Гамлет. — И она стала его первой жертвой. Триггером. После он убил еще как минимум трех. И если так, то я могла стать пятой.

Оля недоуменно уставилась на тезку.

— Одиннадцать лет назад на меня напали. Ударили со спины по голове. Я вырубилась. Очнулась от того, что меня куда-то волокут. Смогла вырваться, убежать… Голой! Меня раздели, распустили мне волосы. Готовили к ритуалу?

— Почему вы это мне рассказываете? А не полиции?

— Эффект попутчика? Ты тут проездом. С кем поделиться, как не с тобой?

— Еще раз повторяю — с полицией.

— Обращалась я туда после… как они сами сказали, инцидента. Но заявление принимать долго не хотели. Меня не изнасиловали, не ограбили. Раздели и потащили? Наверное, хотели подшутить? Тогда в городе тихо было. Годзилла (это самый главный бандит Ольгино, если ты не в курсе) обезврежен, сектантов след простыл, о маньяке все давно позабыли, сойдясь во мнении, что он — выдумка журналистки.

— Сейчас, когда вскрылись новые обстоятельства, вы обязаны сообщить о том происшествии следствию. Над делом работает брат Димы, Михаил. Он выслушает…

— И осудит. Я же перед тем, как на меня напали, на заброшенной лодочной станции с мужчинами встречалась. Для секса.

— Если вы на тот момент свободны были, кто вас может осудить?

— Ты не поняла, деточка. Я занималась сексом с двумя. Захотела экстрима. Впервые в жизни поддалась зову плоти. Устала от своей правильности и… недотраха! Договорилась с ребятами из города по интернету. Назначила встречу на лодочной станции. Боялась, что не приедут, как и того, что приедут! Но все случилось.

— И как, понравилось? — не сдержала любопытства Оля.

— Нет. Я хотела прекратить, умоляла не трогать меня, но парни решили, что это часть игры. Еще после похвалили за актерские способности. Им все понравилось, сказали, если еще захочешь, мы с радостью приедем. Они не глумились надо мной, а реально думали, что сделали меня счастливой. К ним у меня нет претензий. Только к себе… Я почувствовала себя грязной, мерзкой тварью. Рыдала, сидя возле домика. Потом почувствовала удар, а дальше ты знаешь.

— О своем… хм… приключении вы в полиции умолчали?

— Конечно. Сказала, что случайно забрела в те края, потому что была пьяненькой.

— А вы были?

— Да, я же не могла в трезвом уме отправиться на случку с незнакомцами. Накатила. Но протрезвела, едва началось то, что ты назвала приключением.

— Вы просто обязаны сходить к Зорину и все ему рассказать. Это ваш гражданский долг, Ольга! Если на вас напал маньяк, то вы единственная спасшаяся…

— Я ничем не помогу следствию, потому что мне нечего сказать. Нападавшего я не рассмотрела: после того как пнула его в живот, вскочила и побежала.

— Куда?

— К дороге. И тут увидела свои вещи, засунутые в ямку под корнями сосны. Блестящее платье сверкнуло, я вытащила его, накинула на себя, потом и сумку увидела, туфли. В полицию я обратилась на следующий день. Утром явилась в дежурную часть. Они отправили со мной на берег какого-то стажера, мы походили, поговорили, вернулись, и мне ясно дали понять, что всерьез происшествие не воспринимают. Злая шутка, сказали они. И я им поверила. Кто-то мог подсмотреть за нами и захотеть меня опозорить.

Тут в дверь кабинет постучали. Хозяйка салона заперла ее, когда принялась изливать душу. Не хотела, чтоб кто-то этому помешал.

— Ольга Сановна, к вам пришли! — раздался из-за двери голос администратора. — По поводу покупки салона.

— Предложи кофе и попроси подождать пять минут.

— Продаете салон? — полюбопытствовала Оля.

— Готовый бизнес. Но если кто-то захочет в этом помещении сделать магазин, я не против. Главное, чтоб заплатил назначенную мной цену — торговаться я не намерена. — Она отперла дверь. — Уезжаю я из Ольгино. С концами. Поэтому все распродаю.

Оля не стала спрашивать почему. И так получила слишком много информации от незнакомого человека.

— Маньяка Гамлетом называют, — сказала вдруг тезка. — Считают, что он мужчина. Но я сомневаюсь.

— Думаете, женщина?

Предположение было странным. Но не абсурдным! К жертвам не применялись действия сексуального характера. Их убивали «чисто», тела не только не обезображивали, но и украшали.

— Мужик со мной бы справился. Даже худой и невысокий. Но мне удалось вырваться, хотя я совсем не спортивная, пусть и крепкая, и голова у меня кружилась после удара. — Она неосознанно тронула свой затылок. — Знаешь, что думаю? Только сейчас пришло… Убийц двое. И это женщина и мужчина. Гамлет и Офелия. А иначе как бы вышло убить одновременно обеих подружек-сектанток?

Выдав эту теорию, Ольга переключилась на потенциального покупателя. Даже не попрощалась, только озвучила сумму, в которую оценила свой труд. Она показалась клиентке грабительской. Но возражать Оля не стала, расплатилась, вышла из салона. Увидев в окне свое отражение, улыбнулась. Хорошая все же стрижка, и сделана мастерски. Нужно просто к ней привыкнуть…

И больше не поддаваться порывам, а растить волосы хотя бы до шеи, чтобы сделать каре.

Глава 4

Он подкатил к знакомым воротам и увидел возле них старый минивэн. Если Оля на нем приехала из Москвы (а это, судя по номерам, именно так), то ей нужно памятник поставить. Про плохую машину обычного размера говорят: «это ведро с болтами», тут же — бочка. Или цистерна.

— Есть кто дома? — прокричал Михаил, зайдя на участок. Ворота оказались закрытыми, но незапертыми.

Оля показалась в окне. Выглянула, распахнув ставни. Она жевала сыр-косичку, держа его у рта, и помешивала чай, стоящий на подоконнике. На нем же сидел рыжий кот. На гостя смотрел неодобрительно.

— Привет, Миша. Заходи.

— Может, лучше тут посидим, во дворе? — И указал на лавочку и столик под пышной рябиной. — Я привез холодный кофе и пирожные. — Он продемонстрировал пакет из супермаркета.

— Хорошо, давай. Но если ты голоден, я накормлю тебя кашей из печи.

— Нет, не хочу, спасибо.

— На коровьем молоке и с натуральным маслом. — Для нее это было диковинкой. Мишаня же был равнодушен к деревенской пище. Поэтому сказал, что сыт.

Оля вышла из дома через пару минут. В фуфайке и калошах. Плюхнувшись на лавку, с вызовом посмотрела на Зорина.

— Как я тебе?

— Деревенский стиль тебе идет, — осторожно ответил он. — Любую другую калоши изуродовали бы, но у тебя шикарные ножки.

— Я про стрижку.

Только тут Мишаня понял, что Олина прическа кардинально изменилась. Он думал, она просто забрала волосы, а она от них избавилась!

— Шикарно, — сделал искренний комплимент он. — Элегантно, стильно. Тебе очень идет эта длина волос.

— Серьезно?

— Открылась шея.

— И уши?

— Их и