Джинн из консервной банки - Дарья Александровна Калинина

со своими друзьями в офисе, подтвердили, что до четырех часов вы были заняты покером. Да и потом еще долго прощались и успеть прикончить своего компаньона никак бы не успели.

– Значит, мы уже можем уходить?

Борис с Леонидом радостно попытались встать. Но Арсений заговорил дальше, и они разочарованно плюхнулись назад на стулья.

– Нет, – произнес Арсений, – наличие у вас алиби отнюдь не означает, что мы снимаем с вас всякие подозрения. Если вы наняли киллера, который по вашей просьбе избавил вас от Михаила, то должен остаться финансовый след. И если он есть, то мы его найдем.

Подозреваемые переглянулись. Страха на их лицах не было, скорее недовольство.

– Они от нас не отстанут.

– Нет, не отстанут.

– Придется им все рассказать.

– А какой смысл скрывать, Боря? Они все равно рано или поздно поймут.

И, повернувшись к Арсению, Леонид сказал:

– Значит, так, Михаил с самого момента существования нашего совместного с ним бизнеса никогда не получал зарплату в нашем предприятии, и процент от дохода нашей предпринимательской деятельности его тоже никогда не интересовал.

– Это как же?

– Он дал нам денег, но предупредил, что на этом его участие в совместном бизнесе и заканчивается. Все остальное было на нас. А он лишь числился у нас сначала заместителем генерального.

– И зачем ему это понадобилось?

– Главным образом для того, что так он объяснял всем любопытным любителям сунуть нос в чужие дела свои доходы.

– То есть вы хотите сказать, что доходы Михаила проистекали откуда-то из другого места?

– Совсем из другого, – твердо произнес Борис. – И более того, нам за все эти годы так и не удалось выведать, из какого именно.

– А мы уж постарались, будьте уверены.

– И подпаивали его.

– И на откровенность выводили.

– Ничего! Обо всем готов был поболтать, но три темы были под запретом – жена, дочь и доходы, на которые они все живут.

– Можно предположить, что эти три вещи каким-то образом связаны между собой. Но как и каким образом, этого мы так и не узнали.

– Если не верите, проверьте нашу налоговую отчетность. Наше производство не приносит таких баснословных барышей, чтобы раскатывать на «Ауди». Мы живем на среднем уровне или даже чуть ниже. А Михаил имел доходы куда выше наших.

– И к этим деньгам мы никакого отношения не имели. Поэтому и убивать Михаила нам было ни к чему. Мы от его смерти ничего не выигрывали.

Арсений задумчиво кивнул и предупредил:

– Мы проверим ваши слова.

– Проверяйте, – пожали плечами эти двое. – Если узнаете, откуда денежки брались, будьте добреньки, скажите и нам тоже. А то прямо зудит у нас, до чего любопытно, где этот жук мог разжиться такими деньжатами.

– Говорите, свой бизнес вы открыли сразу после рождения Полины?

– Да.

– И тогда же Михаил вложил свою часть денег в ваше совместное предприятие?

Борис с Леонидом снова подтвердили, что все именно так и было, попрощались и ушли. На этот раз Арсений не стал их задерживать. Все чувствовали, что сказанное им правда и что в словах компаньонов убитого и кроется ключ к разгадке убийства Михаила.

– Смотри, какая картина получается. Родилась Полина, и дела у Михаила пошли в гору. Хотя обычно бывает иначе. И рождение ребенка требует от родителей каких-то материальных вложений. Тут и оплата родов, больницы, какие-то покупки для новорожденного. Где уж в такой момент бизнес открывать? А тут совсем другая ситуация. Михаил дает своим старым друзьям денег на бизнес, в котором просит для себя лишь номинального участия. И более того, он держит слово и никогда не посягает на свою долю в их предприятии.

– Может, так было лишь до поры до времени. А недавно он пожелал продать свою долю, но им это не понравилось.

– Не убивать же из-за этого. У них достаточно денег накоплено по кубышкам, чтобы они могли легко и просто выкупить долю Михаила. Да и вообще, выжать из бизнеса компаньона, который этот бизнес не контролирует, в нашей стране проще простого. Совсем не нужно для этого прибегать к таким экстремальным мерам вроде убийства. Обтяпали бы дельце так, что Михаил потом замучился бы по судам бегать. Скорей всего, они этого не делали исключительно из порядочности и своей старой с Михаилом договоренности.

Арсений помолчал немного и продолжил:

– Главный момент, который меня цепляет, что с рождения дочери дела у Михаила круто идут в гору. И не только бизнес. Именно с рождением девочки он выкупает комнаты у соседей, забабахивает в ставшей его собственностью квартире шикарный ремонт. Покупает дорогую машину. И они с супругой регулярно начинают летать на отдых. Похоже, что благосостояние семьи Беляковых напрямую связано с их дочерью – Полиной.

– Это может быть всего лишь совпадением. Родилась девочка, и у счастливого отца, что называется, поперло.

– Да откуда поперло-то? Где источник?

– Есть и еще одна странность. Семья Ребровых испытывает явные материальные затруднения. У них не хватает денег ни на оплату лечения, ни на другие нужды. Но при этом их семья считает Полину своей родственницей. Но опять же странно, что ни в каких документах это мнимое родство Полины с Ребровыми не зафиксировано. Не кроется ли тут какая-то афера?

Фима кивнула в знак согласия и прибавила:

– Нельзя закрывать глаза на тот факт, что благосостояние семьи Ребровых далеко от идеального. А когда люди остро нуждаются в деньгах, тут возможны разные варианты.

– Вот что! Собирайся, поедем в больницу!

– К Коле Реброву, да?

– Нет, – удивился Арсений. – Кстати, про него-то я уже совсем и забыл. Но ты права, стоит наведаться к мальчишке. И все же мы с тобой поедем сперва на свидание с Олегом Ребровым. Так сказать, пообщаемся с дядюшкой нашей Полины, поговорим с ним о племяннице.

Вот только сделать это оказалось не так-то просто. По запросу выяснилось, что Олег Ребров, после того как месяц назад угодил в автомобильную аварию, в сознание еще полностью не приходил.

– У него бывают кратковременные просветления, когда он приходит в себя и осознает этот мир, но затем он вновь погружается в кому. К сожалению, пока что благоприятного прогноза дать нельзя. Повреждения очень обширные. Плюс закрытая черепно-мозговая травма. Но обнадеживает тот факт, что в моменты ясного сознания пациент узнает окружающих, понимает, что с ним произошло, и очень хочет жить ради своей жены и детей. При таком настрое иногда даже самые безнадежные больные идут на поправку. Ждите. Как очнется окончательно, мы вам сообщим.

Конечно, было бы очень соблазнительно в ожидании этого момента усадить у дверей больничной реанимации