Детектив за обедом. Убийство подают горячим - Токуя Хигасигава

ранением дочери, сколько тем, какой ущерб это может нанести доброму имени семьи Савамура.

Как же эгоистично… Рэйко не смогла удержаться от вздоха.

Вскоре особняк наводнили прибывшие медики и полицейские. Раненую Юри вынесли на носилках, ее спальню, ставшую местом преступления, опечатали, а всех гостей задержали для допроса.

Расследование возглавил инспектор Миура — серьезный мужчина средних лет. Завидев его, Рэйко от души порадовалась тому, что нападение случилось именно в Сироканэдай. Произойди оно в Кунитати, ее начальник, инспектор Кадзамацури, наверняка уже влетал бы во двор особняка на своем серебристом «ягуаре», сияя самодовольной улыбкой. Однако даже он не смог бы сунуть свой нос в расследование в юрисдикции Сироканэдай.

Правда, с другой стороны, и у самой Рэйко, которая также служила детективом в управлении Кунитати, не было полномочий расследовать преступление, произошедшее на территории Сироканэдай. А потому вместе со всеми остальными свидетелями она оказалась по другую сторону процесса. В этот раз ей предстояло не вести расследование, а давать показания, так как в этом деле она выступала уже не как детектив, а всего лишь как одна из первых, кто обнаружил пострадавшую.

А возможно, и как одна из подозреваемых.

Инспектор Миура собрал всех причастных в гостиной. Среди них были две хозяйки дома — Котоэ Сайондзи и Такако Савамура, дети Такако — Юсукэ и Миюки, новоиспеченный муж потерпевшей — Тэруя Хосояма, а также дворецкий семьи Сайондзи — Ёсида. Помимо перечисленных, в комнате также находились Рэйко и Кагаяма. И хотя последние были всего лишь обычными гостями на свадьбе, из-за того, что они подоспели на место преступления одними из первых, их также причислили к основным свидетелям.

— Прежде всего я хотел бы во всех подробностях узнать о том, как именно была обнаружена потерпевшая. Насколько я понимаю, вызвали полицию вы, Хосё-сан, правильно?

Рэйко с готовностью кивнула, после чего кратко изложила всю цепочку событий — от обнаружения раненой невесты до вызова полиции. Выслушав ее рассказ, инспектор Миура немедленно осведомился:

— Вы утверждаете, что после того, как вы вместе с дворецким Ёсидой ворвались в спальню, уже буквально через пару мгновений туда прибежали еще несколько человек. Как же так вышло? Трудно предположить, что крик потерпевшей был слышен в зале, где вовсю шло торжество.

— Это было простой случайностью, — ответил Юсукэ. — Мы с матерью ничего не знали о произошедшем нападении, просто услышали, что сестре стало плохо, вот и решили пойти проверить, как она себя чувствует.

— Да, все было так, как говорит сын. Мы даже представить себе не могли, что произошло нечто подобное. — Такако слегка поежилась.

— Понятно. Ну а вы, Сайондзи-сан? Тоже беспокоились о состоянии невесты?

— Нет, в моем случае все было несколько иначе: я просто возвращалась к себе в комнату, которая также находится на втором этаже. Понимаете, для пожилого человека вроде меня вечеринка — не самое комфортное времяпрепровождение. Поэтому то, что я оказалась там сразу после нападения, всего лишь случайность…

Возможно, Котоэ Сайондзи разнервничалась из-за того, что ей пришлось давать показания полиции, однако речь ее звучала несколько скованно.

— Да-да, именно так и было, — будто перехватывая нить повествования, подтвердил Юсукэ. — Тетушка Котоэ поднималась по лестнице впереди нас с матерью, когда со второго этажа раздались громкие голоса. Сначала это был возглас Рэйко-сан, что-то вроде «А-а!..», а затем мы услышали, как Ёсида-сан спрашивает: «Одзё-сама! Что случилось?» Тогда-то мы с матерью и решили, что, видимо, сестре совсем поплохело, и бросились по лестнице на второй этаж. Разумеется, тетушка Котоэ поступила точно так же, а потому на месте преступления мы все трое оказались одновременно… Верно, тетушка Котоэ?

— Ах да, думаю, все так и было. Действительно, я тоже слышала эти крики.

— Что ж, я вас понял. — Инспектор Миура удовлетворенно кивнул, а затем обратился к мужчине, державшемуся чуть поодаль от остальных: — Кагаяма-сан, а что насчет вас?

— Меня? Одзё-сама внезапно исчезла из поля моего зрения, и я всего лишь отправился на ее поиски. Ах да, под «одзё-сама» я подразумеваю не Юри Савамуру, а находящуюся здесь Рэйко Хосё. — Кагаяма указал на Рэйко. — Мне никак не удавалось найти ее в банкетном зале, поэтому я вышел в коридор и был уже на полпути к парадной лестнице, когда вдруг услышал женский и мужской голоса, о которых ранее упоминал Юсукэ-сан. И хотя они были несколько приглушенными, я явственно их различил, после чего сразу же поспешил подняться на второй этаж.

— Значит, вы прибыли на место происшествия лишь немногим позже, чем Юсукэ-сан и остальные?

— Совершенно верно. — Кагаяма учтиво поклонился инспектору Миуре.

Кажется, вот так кланяться собеседнику, кем бы он ни был, стало неотъемлемой частью его сущности дворецкого, привычкой, от которой, увы, он вряд ли сумеет избавиться.

— Ясно. Ну а последней, получается, на месте преступления появилась Миюки Савамура, которая до этого находилась в соседней комнате. — Тут инспектор Миура озадаченно склонил голову набок. — Но вот что странно: вы ведь были ближе всего к спальне Юри-сан, так почему же тогда пришли последней? Кажется, намного логичнее предположить, что вы бы услышали крики гораздо раньше остальных.

— Это что же такое, инспектор?! Неужели вы подозреваете мою дочь?! Да как вы смеете! — взорвалась от негодования Такако.

Утихомиривать же возмущенную мать с неожиданным спокойствием взрослой взялась сама Миюки:

— Мам, успокойся, дай я сама все расскажу. Детектив, позвольте мне пояснить причину, по которой я, находясь ближе всего к спальне Юри, оказалась там последней. Дело в том, что, сказав всем, будто готовлюсь к экзаменам, я на самом деле просто-напросто солгала. По правде говоря, я слушала музыку в наушниках, да еще и довольно громко, потому-то и не заметила, как Рэйко-сан стучала в дверь сестры, — вероятно, грохот барабанов или что-то еще в этом роде просто заглушил все посторонние звуки. Я поняла, что в комнате сестры что-то творится, только когда заиграла медленная баллада. До меня донесся голос дворецкого Ёсиды, и я забеспокоилась, что там такое происходит. Тем временем шум становился все громче и громче… Так что я сняла наушники и вышла в коридор, а там уже увидела, какая ужасная суматоха поднялась в спальне сестры.

Юсукэ пораженно уставился на нее:

— Это что же получается, ты просто устроила представление, возмущаясь тем, что шум праздника мешает тебе учиться?

Нисколько не смущаясь, Миюки с невинным видом кивнула:

— Ага, именно так.

— Понятно. Что ж, думаю, ситуация на момент совершения нападения мне в целом ясна. — Инспектор Миура обвел взглядом присутствовавших. — Однако надо сказать, что расследование только началось, а потому в ближайшее время нам, возможно, еще не раз придется вернуться к вам с вопросами. Очень надеюсь на ваше понимание и сотрудничество…

— Прошу вас, подождите, детектив. Не могли бы вы ответить мне на один вопрос? — сказала Такако вежливо, однако тоном, явно не допускавшим никаких возражений. — Не разглядела ли Юри нападавшего? Ведь если она увидела преступника, то это могло бы сразу поставить точку в деле, не так ли?

Действительно, Такако была абсолютно права, и все присутствующие напряженно уставились на инспектора — однако он лишь покачал головой с явным сожалением.

— Судя по сообщению из больницы, Юри-сан преступника не видела. Кхм, ее ранили, когда она лежала в постели, да еще и со спины, так что у нее просто не было шанса разглядеть нападавшего.

После слов инспектора среди собравшихся пронесся приглушенный вздох. И тут вдруг неожиданно заговорил Тэруо Хосояма, до этого момента хранивший молчание:

— Кто же мог желать Юри зла?! Инспектор, прошу вас, поскорее отыщите преступника! Постойте… А что, если он затесался