Делай, как я! - Иванович Джанет

– Мне не нужны деньги.

– Деньги нужны всем. Ладно, а что, если я тебя украду и буду мучить до тех пор, пока ты не расколешься?

– Мать моей будущей свекрови нашлет на вас порчу.

– Старуха – сумасшедшая. Я в эту бредовину не верю.

Дечуч повесил трубку.

В качестве наживки я привела в действие различные персонажи, но так и не узнала ничего о Лунатике. В горле застрял комок. Я была напугана. Выходило, что Лунатика ни у кого нет. А мне очень не хотелось, чтобы Лунатик или Даги погибли.

Рекс вылез из своей банки и смотрел на меня, шевеля усиками. Я отломила кусочек клубничного печенья и протянула его Рексу. Он засунул печенье за щеку и скрылся в банке. Маленькие радости хомяка.

Я позвонила Морелли и пригласила его на ужин.

– Только ужин принесешь с собой, – предупредила я.

– Жареный цыпленок? Что-нибудь китайское? – спросил Джо.

– Китайское.

Я бросилась в ванную, приняла душ, побрила ноги, чтобы этот идиотский внутренний голос опять все не испортил, и вымыла волосы ароматным шампунем. Порылась в бельевом ящике и нашла черные кружевные трусики и такой же бюстгальтер. Сверху напялила привычную футболку и джинсы. Немного подкрасила ресницы и мазнула по губам помадой. Если мне предстоят похищение и пытки, я прежде получу хоть немного удовольствия.

Боб и Морелли появились как раз в тот момент, когда я натягивала носки.

– Я принес булочки, что-то овощное, что-то с креветками, что-то со свининой, рис и еще что-то, что должно было попасть в пакет другого клиента, но почему-то оказалось в моем, – сказал Морелли. – Еще я принес пиво.

Мы поставили все на кофейный столик и включили телевизор. Морелли кинул Бобу булочку. Боб на лету поймал ее и проглотил.

– Мы поговорили, и Боб согласился быть моим шафером, – сообщил Морелли.

– Так, значит, свадьба состоится?

– Я думал, ты уже купила платье.

Я подцепила несколько креветок.

– Его для меня придерживают.

– В чем проблема?

– Я не хочу большой свадьбы. Как-то глупо. Но бабушка и мать втягивают меня в это дело. Вдруг на меня одевают платье. И еще оказывается, что зарезервировали зал. Такое впечатление, будто кто-то высосал все мои мозги.

– Может, нам просто стоит пойти и пожениться.

– Когда?

– Сегодня не получится, «Рейнджеры» играют. Как насчет завтра? В среду?

– Ты серьезно?

– Ну да. Ты будешь есть эту последнюю булку?

Мое сердце перестало биться. Когда оно снова заработало, то то и дело пропускало удар. Пожениться. Я ведь рада, верно? Именно поэтому меня и подташнивает?

– Не нужно анализов крови и всего остального?

Морелли обратил внимание на мою футболку.

– Миленькая.

– Футболка?

Он провел пальцем вдоль контуров моего бюстгальтера.

– И это тоже. – Его руки скользнули под футболку, и внезапно она оказалась поверх моей головы и полетела на пол. – Может, ты мне себя покажешь? – сказал он. – Должен же я убедиться, что на тебе стоит жениться.

Я подняла бровь.

– Скорее это тебе надо меня убеждать.

Морелли дернул «молнию» на моих джинсах.

– Лапочка, еще задолго до утра ты будешь умолять меня жениться на тебе.

Я по прошлому опыту знала, что это правда. Морелли умел сделать так, чтобы девушка просыпалась с улыбкой. Завтра утром ходить, может, и будет затруднительно, но улыбаться будет легко.

Глава 9

Пейджер Морелли затренькал в половине шестого. Джо посмотрел на послание и вздохнул.

– Осведомитель.

Я с трудом могла разглядеть в темноте, как он передвигается по спальне.

– Тебе нужно уходить?

– Нет. Только позвонить.

Он вышел в гостиную. Сначала было тихо. Потом он снова появился в дверях.

– Ты вставала ночью, чтобы убрать еду?

– Нет.

– На кофейном столике пусто.

Боб.

Я вылезла из-под одеяла, надела халат и пошла взглянуть на остатки пиршества.

– Я обнаружил пару проволочных ручек, – сообщил Морелли. – Похоже, он слопал не только еду, но и коробки.

Боб метался у двери. Брюхо раздуто, из пасти течет слюна.

Чудесно!

– Ты звони, а я выйду с Бобом, – сказала я.

Я помчалась в ванную комнату, натянула джинсы и рубашку и сунула ноги в сапоги. Пристегнула карабин и схватила ключи от машины.

– Ключи от машины? – удивился Морелли.

– Вдруг мне захочется плюшку.

Как же, плюшку. Боб готовился произвести огромную кучу из китайской еды. И сделает он это на лужайке Джойс.

Мы поехали на лифте, потому что мне не хотелось, чтобы Боб двигался больше, чем необходимо. Рванулись к машине и с ревом вынеслись со стоянки.

Я вжала педаль газа в пол.

– Потерпи, парень, – попросила я. – Мы почти что приехали. Уже скоро.

Я со скрежетом остановилась напротив дома Джойс. Бегом обогнула машину, открыла дверь, и Боб пулей вылетел оттуда. Он как метеор кинулся на лужайку Джойс, согнулся и навалил кучу, которая по весу наверняка вдвое превышала его собственный. Пес немного подождал, потом выблевал на ту же лужайку смесь из картона и креветок.

– Хороший мальчик! – прошептала я.

Боб встряхнулся и рванулся к машине. Я захлопнула за ним дверь, села сама, и мы уехали, пока вонь не успела достичь нас. Мы неплохо поработали.

Когда мы вернулись, Морелли варил кофе.

– А где плюшки?

– Забыла.

– На моей памяти ты в первый раз забываешь про плюшки.

– У меня было другое на уме.

– Например, женитьба?

– И это тоже.

Морелли разлил кофе и протянул одну кружку мне.

– Ты замечала, что вечером женитьба кажется куда более срочным делом, чем утром?

– Это означает, что ты уже не хочешь жениться?

Морелли прислонился к буфету и потягивал кофе.

– Ты так легко с крючка не сорвешься.

– Мы с тобой еще о многом вообще не говорили.

– Например?

– О детях. Допустим, у нас появятся дети и нам они не понравятся?

– Если нам может нравиться Боб, тогда нам будет нравиться все, – заметил Морелли.

Боб в гостиной лизал ворс на ковре.

Через десять минут после того как Морелли и Боб уехали на работу, позвонил Эдди Дечуч.

– Ну, так как? – спросил он. – Сделка состоится?

– Мне нужен Лунатик.

– Сколько раз я должен повторять, что у меня его нет. И я не знаю, где он. Его нет ни у кого из тех, кого я знаю. Может, он перетрусил и сбежал.

Я не знала, что ответить, потому что и такое было возможно.

– Ты держишь это на холоде? – спросил Дечуч. – Мне нужно это в хорошем состоянии. Я за это собственной задницей отвечаю.

– Да, на холоде. Ты не поверишь, в каком это отличном состоянии. Найди Лунатика, сам увидишь. – И я повесила трубку.

Черт побери, о чем он толкует?

Я позвонила Конни, но она еще не пришла на работу. Я оставила послание с просьбой перезвонить и отправилась в душ. Стоя под душем, я подвела итоги своей жизни. Я гоняюсь за стариком в депрессии, который умудрился выставить меня полной дурой. Двое моих друзей исчезли, не оставив следа. Сама я выгляжу так, будто провела раунд на ринге с Джорджем Форменом. У меня есть свадебное платье, которое мне не хочется надевать, и зал, который мне не нужен. Морелли хочет на мне жениться. А Рейнджер хочет… Нет, не хочу я думать о том, что хочет от меня Рейнджер. Да, еще имеется Мелвин Байлор, который, насколько мне известно, отсыпается на диване у моих родителей.

Я вышла из душа, оделась, слегка причесалась, и тут позвонила Конни.

– Ты что-нибудь еще слышала от дяди Бинго и тети Фло? – спросила я. – Мне надо знать, что случилось в Ричмонде. Я хочу знать, что именно они все ищут. Это что-то такое, что надо держать на холоде. Может, какие-то лекарства.

– Откуда ты знаешь, что это надо держать на холоде?

– От Дечуча.

– Ты говорила с Дечучем?

– Он мне звонит. – Иногда я сама не верю тому, что со мной происходит. Я ловлю преступника, сбежавшего из-под залога, который сам звонит мне. Куда дальше?