Убийство и рождественский пирог - Юлия Владиславовна Евдокимова

Следовало задать вопрос более конкретно.

— Что она рассказала вам о своих находках?

Прямой вопрос обеспечил прямой ответ.

— Я видел ее два дня подряд. В первый раз мы не разговаривали, она была с другой стороны мельницы. На следующий день я снова ее увидел, почти в том же месте. Я был со своей собакой, спросил, нашла ли она что-нибудь…

— Вы спросили ее? — Удивилась Николетта. Он способен заговорить первым?

— Да. Я наблюдал за ней некоторое время, и заметил, что металлоискатель был в бешенстве. Казалось, она находила одну вещь за другой без остановки. Она очищала землю от каждой находки, клала ее в маленький мешочек. Затем переходила к следующей. Одна за другой, такого я никогда не видел.

— Так вот почему вы с ней заговорили?

— Да. Она испугалась, в своих наушниках она не слышала, как я подошел. Но потом сказала, что нашла несколько старых пуговиц и ничего больше. Она показала мне коробку, полную пуговиц, все сгнившие, без какого-либо различимого узора. Они могли быть древними или современными, но даже антиквариат в таком состоянии не имел бы большой ценности.

— Но вы упомянули мешочек, а не коробку.

Впервые мужчина улыбнулся ей. — Точно подмечено! Я уверен, что она использовала мешочек для своих находок, но все, что она мне показала, это коробка, полная бесполезных пуговиц.

— И что вы сделали?

— Я сообщил ей, что клады в Италии принадлежат государству. И упомянул, что ей положен процент от стоимости находки. Только порой выплат приходится ждать года три, не меньше.

— И что она сказала?

— Она покачала головой и сказала, что это не стоит хлопот, и что она намерена оставить пуговицы там, где их нашла. Она предложила отдать их мне.

— Вы согласились?

— Конечно, нет.

— Вы не охотник за сокровищами?

— Я? Нет.

— Но вы хорошо информированы.

Он усмехнулся, и грубое лицо смягчилось, стало немного озорным.

— В школе моих детей брали на раскопки и учили важности возвращения древностей государству.

— Так они научили нас раздельному сбору мусора. — Рассмеялась Николетта. — Он никак не приживался в деревне, но об этом стали рассказывать в школе, дети приходили домой и говорили с родителями, тем не хотелось выглядеть плохо в глазах детей. Таким образом можно научить чему угодно.

— Погодите…

Мужчина исчез внутри, но через несколько мгновений появился в сопровождении блондинки с алебастровой кожей и серьезным выражением лица.

— Элена. — Представилась женщина. — Раз уж вы добрались до нас, может, мы вместе пообедаем? Правда сегодня у нас только бульон с каппеллетти и хлеб. Боюсь, ни лазаньи, на пасты.

Они вошли в гостиную, где было очень жарко по сравнению с холодным горным воздухом на улице. В центре стояла рождественская ель, украшенная золотыми шарами и свечами. Трое детей, примерно от шести до десяти лет, поздоровались и тут же убежали.

Николетта удивилась, что свечи на ели были настоящими.

— Мы зажигаем свечи только вечером и по выходным, — объяснила Элена, — чтобы не оставлять без присмотра.

Макая еще горячий хлеб в оливковое масло и вылавливая крошечные каппеллетти из ароматного бульона, Николетта почувствовала, как голодна, прогулка разбудила зверский аппетит.

— Вы случайно не знаете Стеллу из антикварного магазина?

— Конечно, знаем. Она берет у нас работы на продажу и раз в месяц мы заходим, чтобы получить деньги.

— Как вы думаете, могла датчанка предложить ей свои находки? Вы рассказали о мешочке, могла она ценные находки спрятать там и не показать вам?

Супруги переглянулись.

— Могла, наверное. Она точно что-то нашла. Знаете, она вела себя как охотник за трюфелями.

— В каком смысле?

— Когда к охотнику подходит турист или просто любопытствующий, он показывает всякую мелочь, чтобы не привлекать внимания к своему участку и чтобы люди не начали искать там сами.

Глава 14

Николетта прекрасно понимала, что ее ждет совсем не радушный прием. Но она должна была поделиться новостями с маршалом Брандолини, а главное — узнать новости о расследовании.

Карабинер покачал головой, увидев ее в дверях своего кабинета.

— Вы уверены, что датская девушка нашла что-то стоящее?

— Согласитесь, что это единственный мотив для убийства. Она была иностранкой, а значит, услышь она что-то, вряд ли поняла бы настолько, чтобы стать опасной. И не могла оказаться свидетелем чего-то преступного, вы лучше меня знаете, что два года назад никаких преступлений в наших краях не совершалось.

— Что вы преподавали в школе, синьора? Вы рассуждаете логично, должен это признать.

— Значит, надо искать того, кому датчанка могла предложить находку. — Покраснела Николетта.

— Поверьте, мы займемся этим, синьора.

— А Микеле? Вы предъявили ему обвинение?

— Он задержан, но серьезных улик пока нет, даже его машину не видели на улице в тот вечер. Если мы найдем его ДНК на теле Билильды… Бритни — пояснил он, увидев удивление на лице Николетты, никак она не могла запомнить, что хозяйку фитнес клуба звали совсем по-другому. — Так вот, если там и есть его ДНК, то это легко объясняется, они супруги. Отпечатков на ноже нет.

— А можно… можно мне фотографию ножа?

— Зачем она вам, синьора? Вы же обещали…

— Я просто поспрашиваю в деревне. Иногда люди неожиданно вспоминают какие-то вещи, когда они расслаблены. А допрос карабинеров заставляет нервничать и тогда все вылетает из головы.

— Вы тоже забыли мне рассказать что-то важное? — Ухмыльнулся Брандолини. — Хорошо, синьора. Я отправлю фотографию на ваш телефон.

Николетта вздохнула. — Не то, чтобы забыла… но напротив фитнес центра живет один старый человек… И он…

— Днем и ночью наблюдает за улицей. Да, мы в курсе хобби синьора Джермано. И даже знаем то, чего не знаете вы. Он устроил зеркала в квартире таким образом, чтобы не вставать с кровати, если проснется от шума. От взгляда синьора Джермано не ускользает ничего. Проблема в том, что мусорные ящики находятся с другой стороны здания, вне поля его зрения. И убийца, по всей видимости, зашел, а потом вышел с телом, через черный ход. Готов поспорить, что вы и о запасном входе не знали, синьора! — Лицо маршала выражало самодовольство.

— И это должен быть мужчина, потому что не каждая женщина дотащит тело до ящиков…

— Поэтому мы изучаем каждый шаг Микеле Сортони. Он наш основной подозреваемый.

***

Выйдя со станции карабинеров, Николетта открыла присланный файл и внимательно рассмотрела нож. А ведь он достаточно старый, чтобы оказаться на витрине антикварного магазина! Она тут же набрала номер Брандолини.

— Обижаете, синьора! Конечно, мы показали нож в антикварном магазине. Его там никогда не было, продавец абсолютно в этом уверена.

Продавец — это