Ирина Волкова - Месть в три хода

Я знала, что Аглая этой ночью собирается встретиться с Беаром, и их свидание вполне может закончиться трагедией. Должна ли я помешать их встрече? Имею ли я право сказать Беару, кто скрывается под личностью Хелены? Нужно ли предупредить Пьера, что Аглая и Гав хотят его убить? Следует ли рассказать Глаше, что ее муж крутит роман с ее бывшей подругой? Куда ни кинь, всюду клин. Или я спровоцирую конфликт и буду чувствовать себя доносчицей, или, если кто-либо пострадает, стану страдать от чувства вины.

Потерзавшись еще с полчасика, я твердо решила ни во что не вмешиваться, успокоив нечистую совесть цитатой из "Дао дэ цзин": "Мудрый человек не обладает гуманностью и не нарушает естественную жизнь народа".

Особо мудрой я себя не считала, к тому же сомневалась, можно ли отнести убийство к "естественной жизни народа". Лао-цзы полагал, что да. Даосы не испытывали иллюзий по поводу человеческой природы и, вероятно, были правы. В любом случае, неизвестно, что может произойти, если я попытаюсь вмешаться. Скорее всего, ситуация только усугубится.

"Все уладится само по себе, — решила я, утешаясь этой мыслью. — Вряд ли Аглая осмелится этой ночью убить Беара. Она продолжит играть с ним в кошки-мышки. Завтра Пьер наймет частного сыщика, чтобы следить за женой, ее связь с Гавом раскроется, и они не решатся устранить Бриали. Заодно выплывет на свет тот факт, что Глаша под видом Хелен встречается с Ивом, Беар станет более осторожен, и с ним тоже ничего не случится. Все уладится. Все будет хорошо."

С этой успокоительной мыслью я и уснула, успев в полудреме услышать разогреваемого мотора и звук отъезжающей машины.

В открытое окно лениво вплывал колокольный звон. Солнце, преодолев большую часть привычного пути к зениту, висело над зелеными склонами предгорий, заливая Лазурный берег неправдоподобно ярким светом.

Я взглянула на будильник и удивилась, что проспала так долго. Десять часов. Пьер, наверняка, уже уехал на работу.

Оставаться в доме наедине с Аглаей мне не хотелось — не дай бог, ей снова захочется выяснять отношения и обвинять меня в тайном сговоре с Беаром.

"Позавтракаю в городе", — решила я и, умывшись, быстро собрала вещи, благо их было немного.

Вопреки ожиданиям, в гостиной я увидела не Аглаю, а Пьера. Господин Бриали возлежал на софе. Его левая нога была небрежно закинута на спинку, а в руках шуршала развернутая газета.

— Пьер? — удивилась я. — Я думала, ты на работе.

— Счастливые не наблюдают часов, а ты дней, — засмеялся Бриали. — Завидую твоей безмятежности. Сегодня суббота.

— А где Аглая?

— Спит, наверное. Она еще не спускалась.

— Она уезжала вчера? Кажется, я слышала шум мотора. Или это был ты?

— Глаша уехала в начале двенадцатого. Сказала — на какую-то окололитературную тусовку.

— Не поздновато для интеллектуальных дискуссий?

— Какие там интеллектуальные дискуссии! — махнул рукой Пьер. — Собирается всякая богемная шушера, накачивается алкоголем, курит марихуану и шляется по дискотекам. Глаша считает, что на таких сборищах можно завести полезные знакомства.

— Во сколько она вернулась?

— Понятия не имею, — пожал плечами Бриали. — У нас разные спальни. Иногда мне среди ночи звонят из госпиталя на мобильный, а Глаша не выносит, когда ее будят. Я не слышал, когда она приехала. Наверняка, только под утро, вот и дрыхнет без задних ног.

— Думаю, мне лучше уехать, пока она не проснулась. Попрощайся за меня с Аглаей и подумай над тем, чтобы нанять частного сыщика. Имеет смысл приглядывать за твоей супругой, пока она чего-либо не натворила.

— Подожди. Я хотел с тобой поговорить. Ты ведь не собираешься уехать без завтрака.

— Вряд ли твоей жене понравится, если она застанет нас, воркующими на кухне.

— Об этом не беспокойся. Раньше полудня она не проснется.

— Ладно, — согласилась я. — Только, если ты не возражаешь, я на минутку выйду в сад подышать свежим воздухом. Уж больно погода хорошая.

Пьер не возражал.

Бросив взгляд на клумбу, около которой Глаша расстреляла "Бесконечное падение", я прямиком направилась к гаражу. Пространство между белым "корветтом" Пьера и желтым "ситроеном" пустовало. Красная "альфа-ромео " Аглаи блистала отсутствием, как, вероятно, и ее хозяйка.

Вернувшись в дом, я бегом взлетела по лестнице в свою спальню и схватилась за телефон. Звонить на виллу Беара в присутствии Пьера мне не хотелось — слишком многое пришлось бы объяснять.

— Monsieur Bear est absent de la maison. Monsieur Kostromin manque aussi,[7] — сухо проинформировал меня Анже.

Изрядно помучавшись с французскими спряжениями, я выяснила, что ни Игорь, ни Ив дома не ночевали и, после непродолжительных препирательств, вытянула у Анже номер мобильного телефона Беара.

Толку от этого оказалось немного. Сотовые Игоря и Ива, словно сговорившись, упорно молчали.

— Черт, — выругалась я.

Положив трубку на место, я обернулась к двери и увидела наблюдающего за мной Бриали.

— Ты звонила Беару?

Отпираться не было смысла.

— Машины Аглаи нет в гараже. Теоретически, она могла приехать на такси, но, скорее всего, домой она не вернулась.

— Подожди, я посмотрю.

Через минуту Пьер возвратился. Вид у него был озабоченный.

— Ты права. Глаши нет. Мобильный телефон она оставила в спальне, так что связаться с ней я не могу.

— Беар тоже не вернулся домой, — мрачно сказала я. — Хотелось бы верить, что это не более, чем случайное совпадение.

— Но ты не считаешь это совпадением? Почему ты в первую очередь позвонила Иву? Тебе что-то известно?

— Мне известно, что Аглая ненавидела Беара и жаждала ему отомстить. Вывод очевиден.

— И что теперь делать? Не хватало, чтобы она втянула меня в очередной скандал. Я и так почти разорился из-за ее чертовой тяжбы с Беаром.

— Будем надеяться на лучшее. Как только Аглая вернется, все прояснится.

— Ты можешь остаться здесь до ее возвращения? У меня какое-то нехорошее предчувствие.

— Ладно, — согласилась я. — Кстати, ты завтракал?

— Да, но выпью кофе с тобой за компанию.

— Вот и отлично. Не волнуйся. Наверняка все уладится, — бодро произнесла я.

На самом деле я была настроена совсем не оптимистично.

Час спустя в ворота позвонили.

Пьер вскочил и нервно сорвал с рычага трубку домофона.

— Cela tu, Glasha?

Услышав ответ, он нахмурился.

— Марсель? Это вы? Что случилось? Да-да, конечно, открываю.

По невыразительному лицу Бриали разливалась бледность.

— В чем дело? — следуя за Пьером во двор, спросила я.

— Приехал Марсель Лассон. Комиссар полиции. Еще не знаю, что произошло, но без причины он бы сюда не явился.

"Рено" комиссара уже въехал в ворота и затормозил перед клумбой с золотистыми ирисами.

Из автомобиля выбрался невысокий коренастый мужчина лет сорока со смуглой кожей, по виду типичный южанин. Подойдя к Бриали, он обменялся с ним крепким рукопожатием. Не желая мешать, я держалась в стороне.

— Не хотел сообщать вам эту новость по телефону, — в низком голосе комиссара звучали характерные для провансальского акцента тягуче-напевные интонации. — Решил, что лучше приду сам.

— Какую новость? Что-то случилось с Аглаей?

Марсель кивнул.

— В чем дело? Комиссар, ради бога, не тяните!

Лассон прокашлялся и вздохнул.

— Ваша жена в больнице. В состоянии комы. К сожалению, врачи оставляют ей немного шансов.

— Она попала в аварию?

Комиссар отрицательно покачал головой.

— Все обстоит гораздо хуже. Мадам Глушко-Бриали была обнаружена на яхте Ива Беара. Там же находился и владелец "Итаки". Беар был мертв. Его застрелили из пистолета "Дезерт Игл", зарегистрированного на ваше имя.

— Господи, она все-таки сделала это, — согнувшись, как от удара под дых, пробормотал Пьер. — Зачем, Глаша, зачем?

— Простите, — не выдержав, я подошла поближе и обратилась к комиссару. — Вы не могли бы перейти на английский? Я недостаточно хорошо понимаю французский язык.

Лассон посмотрел на меня.

— Это Ирина Волкова, — представил меня Пьер. — Она тоже пишет книги, как и моя жена.

— Вы подруга Аглаи? — осведомился Марсель.

— Да, — подтвердила я, прикидывая, можно ли считать нас подругами.

— Что произошло с моей женой? — вмешался Бриали. Огнестрельное ранение?

Комиссар покачал головой.

— Черепно-мозговая травма. Судя по всему, Беар, увидев наставленный на него пистолет, схватил со стола бронзовую статуэтку сатира, играющего на свирели и швырнул ее в мадам Бриали. Статуэтка попала ей в голову, после она упала, дополнительно ударившись виском об угол окованного железом сундука.

— В какой больнице находится Аглая? — спросил Пьер. — Я должен немедленно ехать к ней.