Ирина Волкова - Месть в три хода

— Я ничего не мог поделать — она появилась так неожиданно. К счастью, все обошлось — я лишь вскользь задел ее крылом. Хелена упала, и вначале я страшно испугался, но потом выяснилось, что все в порядке. Другая на ее месте непременно раскрутила бы меня на кругленькую сумму — некоторые люди ради этого специально бросаются под дорогие машины, но Хелена проявила благородство. Она заявила, что сама виновата в случившемся и предложила позабыть об инциденте. В качестве компенсации я предложил путешествие на яхте вдоль Французской Ривьеры.

Я бросила взгляд на слегка приоткрытую дверь. Мне показалось, что из-за нее донесся еле слышный сдавленный звук, словно кто-то тихо всхлипнул или приглушенно застонал.

— Значит, вы познакомились только вчера? Что ж, вы не теряете времени даром.

— Это Франция, — пожал плечами Ив. — Здесь все происходит быстро, особенно на Лазурном берегу. Встреча, секс, расставание, новая встреча. Люди коллекционируют любовные приключения, как марки или спичечные этикетки. Некоторые заносят имена сексуальных партнеров в специальные тетрадки, а через несколько лет, перечитывая старые записи даже не способны восстановить в памяти черты очередной Жоржетты, Ивонны или Сюзанны. Таков наш образ жизни.

— Похоже, ваша польская аристократка быстро переняла местные обычаи.

— Она особенная. Непохожая на других.

— Непохожая? Чем?

— Трудно сказать. С виду она кажется мягкой, вкрадчивой, кокетливой, но под этой оболочкой чувствуется нечто инфернальное, кипение подавленных страстей, в любой момент готовое выплеснуться наружу расплавленной лавой.

— Сразу заметно, что это говорит писатель, — рассмеялась я.

— Издержки профессии, — Ив покаянно развел руками. — Но типаж, действительно, на редкость любопытный. Не исключено, что сегодня я раскрою эту загадку.

— Вы снова встречаетесь с Хеленой?

Беар кивнул.

— Этой ночью.

Я снова уловила легкий шорох, донесшийся из-за двери. Что ж, подслушивание — излюбленное занятие слуг. Или это Игорь? Хотя нет, он же уехал. Вряд ли он вернулся чтобы подслушать нас с Ивом разговор. Или он опасается, что я составлю ему конкуренцию?

— Неужели вас так тянет к инфернальному? Я бы на вашем месте держалась от подобных дамочек подальше, иначе их расплавленная лава, как вы выражаетесь, может выплеснуться в самый неподходящий момент и здорово обжечь.

Писатель расхохотался и шутливо погрозил мне пальцем.

— А ведь вы ревнуете!

— Возможно, — соврала я, не желая его разочаровывать. — И все-таки не стоит вам связываться с этой полькой.

— А я и не собираюсь с ней связываться. Я изучу содержимое этой шкатулки, внесу в записную книжку аристократическое польское имя и через несколько лет, перелистывая страницы дневника, с улыбкой вспомню белизну пышных бедер Хелены на антрацитовой крышке рояля.

— На крышке рояля? — удивилась я. — Немного неудобно, вы не находите?

— Зато необычно и возбуждающе. Я ведь, все-таки, писатель.

— Без сомнения, это аргумент, — согласилась я.

Пару часов спустя Анже с каменным выражением лица проводил меня к калитке и нарочито громко захлопнул ее за моей спиной.

Включив в "ситроене" кондиционер, я прикрыла дверцу и минут пять стояла снаружи, ожидая, пока раскаленное солнцем нутро автомобиля перестанет напоминать чрево бронзового быка, в котором сицилийский тиран Фаларид живьем сжигал несимпатичных ему личностей.

Мысль о том, что Николай Сугавов вполне может наблюдать за мной из засады на склоне холма, пришла в голову совершенно неожиданно и слегка меня обеспокоила. Если Гав донесет Аглае, что Беару нанесла визит некая молодая шатенка, ничего страшного не произойдет. Но ведь он может дать ей детальное описание моей внешности и номер "ситроена", а то и сфотографировать меня. В таком случае мне предстоит весьма неприятное объяснение.

"Ладно, как-нибудь выкручусь, — решила я. — Терять все равно нечего, так почему бы не посмотреть, сидит ли Гав в засаде? Только аккуратно, чтобы он не сообразил, что я его вычислила."

Забравшись в охладившийся автомобиль, я достала карту Лазурного берега и отыскала место, где я нахожусь, прикидывая, как обмануть Николая. Если Гав следит за мной, и я поеду наверх, это его насторожит: выезда на шоссе там нет — лишь подъездные пути к виллам, так что делать мне там, вроде бы, нечего. К сожалению, другого способа подобраться к убежищу сыщика не было. Путь был один — наверх.

Попетляв по серпантину, я остановила машину в подходящем для наблюдения месте, достала бинокль и, подрегулировав его, стала изучать склон через лобовое стекло.

Ударившие в глаза солнечные блики чуть не ослепили меня. Зажмурившись, я сообразила, что свет отражается от линз другого оптического прибора. Бывший любовник Аглаи смотрел на меня! Оставалось лишь надеяться, что он не разглядит бинокль в моих руках: я специально поставила "ситроен" таким образом, чтобы солнце светило сзади, и я находилась в тени.

Снова наведя окуляры на нужное место, я разглядела, наконец, Николая Сугавова. Выяснить, похож ли он на сыщика Гава из книг Аглаи, мне так и не удалось — детектив сидел на корточках, полускрытый за кустами, а его лицо заслоняли руки, держащие подзорную трубу. Я разглядела лишь черные коротко постриженные волосы и контуры квадратного, резко очерченного подбородка, в центре которого располагалась не гармонирующая с ним по-детски круглая ямочка.

Хоть бы Гав не понял, что я его высматривала. Если он донесет об этом Аглае, я окажусь в весьма щекотливом положении. Не выдав Пьера, будет невозможно объяснить, как я догадалась, что кто-то следит за виллой "Сирена". Врать я не любила, выяснять отношения — тоже, а, зная характер Аглаи, я не сомневалась, что она мне устроит ту еще головомойку.

Отложив бинокль в сторону, я включила зажигание, развернула машину и поехала вниз. Может, Гав подумает, что я искала другой выезд? Ладно, будь что будет.

Заранее нервничать по поводу возможных последствий моих действий не имело смысла, и я задумалась над более животрепещущими вопросами.

Зачем Аглая встречается с Беаром?

Что она собирается делать этой ночью?

Если Сугавов донесет ей, что я навещала Ива, и, вдобавок, разглядывала Гава в бинокль, заведомо зная, откуда он наблюдает за виллой "Сирена", какие коррективы внесет Глаша в свои планы? Не толкнет ли ее это на какой-нибудь необдуманный шаг? Должна ли я предупредить Беара или поговорить с Аглаей начистоту?

Ничего путного в голову не приходило. В итоге я решила временно отвлечься от детективной деятельности и вести себя, как обычный турист, то есть купаться, загорать, покупать сувениры и не лезть в чужую жизнь.

Именно так я и поступила. Пару часов я без особого успеха изображала из себя серфингистку на пляже маленького курортного городка Антеор, расположенного между Каннами и Сен-Тропезом, потом повалялась на песке, листая довольно скучный английский детектив, и, наконец, отыскала уютный провансальский ресторанчик, где подавали изумительных цыплят монморанси в вишневом соусе.

Я неторопливо расправлялась с десертом — убийственным для фигуры шоколадным суфле, когда мобильник в кармане рюкзака бодро заиграл "Мурку".

Вздрогнув, я отложила ложку и вытащила телефон.

— Даже не представляешь, что я узнал, — в голосе Игоря звучало с трудом сдерживаемое возбуждение. — Вообще-то я должен продолжать слежку, но не удержался от искушения позвонить тебе.

— В чем дело?

— У Аглаи Стрельцовой есть любовник. Они собираются убить Пьера Бриали, а потом пожениться.

— Как ты это выяснил? Пьер рассказывал об этом своей подружке?

— Нет, Пьер тут ни при чем. Я собственными ушами слышал, как Стрельцова обсуждала со своим хахалем, как бы им половчее прикончить супруга.

— Ты видел их?

— Разумеется. Они целовались и ворковали, как голубки.

— Как выглядит любовник Стрельцовой?

— Невысокого роста, примерно с Аглаю, длиннорукий, немного смахивает на гиббона. Чернявый такой, с квадратным подбородком, на подбородке ямочка.

— Но ведь ты должен был следить за Пьером и его подружкой. Как ты оказался рядом с Аглаей?

— Извини, но мне надо бежать. После расскажу.

— Постой! Где ты сейчас?

— Крос-де-Кан. Апартаменты "La vallée d'or" — "Золотая долина". Здесь живет подружка Бриали. Ну все, пока.

В трубке противно заныли короткие гудки.

Некоторое время я задумчиво созерцала остатки десерта, пытаясь осмыслить полученную информацию.

Игорь следил за любовницей Бриали, но каким-то образом в поле его зрения попали Аглая и Гав, которые собирались прикончить Пьера и, заграбастав его денежки, соединить себя узами законного брака. Каким образом эта парочка оказалась поблизости от "лисички"? Может, Гав следил не только за Беаром, но и за Пьером? Застукав голубков вместе, он вызвал Аглаю к апартаментам, чтобы она собственными глазами убедилась в предательстве. Горячая натура Глаши возжаждала мести, из чего и родился сей преступный план. Только этого не хватало!