Убийство с чешским ароматом - Юлия Евдокимова

всех магазинах! И вообще полынных ликеров много.

– Секрет состоит в активном компоненте абсента. Это вещество под называнием 1-изопропил-4-метил-гексан-3-он, или сокращённо – туйон.

Туйон- конвульсант (то есть, вещество, вызывающее конвульсии), он используется в фармацевтической промышленности, а вообще-то относится к категории «нервно-паралитических ядов».

Туйон содержится и в соке пижмы, и в туе, но особенно высока его концентрация в полыни горькой – той самой «артемизии абсинтум».

При возгонке полыни получается бурое маслянистое вещество, которое смешивается с массой других компонентов, однако количество миллиграммов туйона на сто граммов исходной эссенции остается решающим фактором и «действенности», и цены и запретности абсента.

А если это «неправильный" абсент, настойка совсем в других пропорциях…

Отравление им вызывает чрезмерное возбуждение вегетативной нервной системы, что приводит к конвульсиям и потере сознания.

Его начали использовать местные феодалы столетия назад, на фресках в часовне ты видела их галлюцинации.

Немного настойки вечером по деревенской привычке, сложившейся веками – и вот тебе и монах с топором, и чудища, и человеко-жабы.

Несколько глотков из термоса для пани Зденки – и вот тебе остановка сердца.

Пока Войтыпка думал, как от нее избавиться, одно дело ударить в ссоре жену, другое- умышленно убить, все решилось само собой.

– То есть ничего этого – чудищ, портала- не существует?

– Алессандра, конечно нет! Мы живем в 21 веке! Это просто милый травяной напиток, который здесь пьют уже лет эдак семьсот.

***

Они ненадолго вернулись в Прагу перед возвращением по домам.

Девочки в сопровождении счастливых родителей вернулись в Италию, им предстоит еще долго приходить в себя, хотя в целом они очень легко отделались.

Лука улетел на следующее утро, а у Саши оставался еще целый день в волшебном городе. Она бродила по любимой Мала Стране и наслаждалась открывавшимися видами, заиндевевшими черепичными крышами и серебряными дымками, сливавшимися с хрустальными от инея деревьями на холме Першин.

В этот раз она не заблудилась, а дошла до монастыря Лорета и полюбовалась на Чернинский дворец, а перед этим слегка расстроилась, что по случаю зимы закрыты сады Града, а значит не удастся спуститься в ров и наконец-то найти фигуру лесничего.

После Лореты ноги сами свернули в неприметный переулок. Саша немного посидела на холодных ступеньках какого-то закрытого храма и решительно двинулась на улицу Новый Свет.

Вот и знакомый дом. Но магазинчик закрыт и окна, казалось, давно не мыли, словно лавки со старыми книгами и черными котами никогда не существовало.

Девушка отошла на несколько шагов и заметила табличку: «В этом доме жил Тихо Браге, маг, астроном, алхимик».

Она еще раз, для верности, дернула дверь, та не поддалась, но тут сверху упал какой-то картонный прямоугольник.

Саша подняла его и перевернула.

Мудро и спокойно смотрел с карты Иерофант – Первосвященник, или, в итальянском варианте, Папа Римский, сидя на своем троне в золотой тиаре и слегка опираясь на резной посох.

Сзади открывалась дверь в старинную библиотеку, а по бокам склонили головы два монаха.

Саша подержала карту в руках, а потом разжала пальцы, и ветер подхватил кусочек картона и понес его куда-то, смешивая с легкими снежинками и поднятыми с булыжной мостовой старыми желтыми листьями.

Девушка проводила взглядом улетевшую карту и заторопилась к выходу из узкого переулочка. Пора было двигаться в старый город, где у нее назначена встреча.

***

Вот, вам просили передать. – Иван, позвонивший Саше и пригласивший ее в кафе, положил перед девушкой конверт и небольшой сверток.

– От брата Марка? –Почему-то сразу догадалась девушка.

– От Его Высокопреосвященства

Саша недоуменно посмотрела на молодого священника.

– От Его Высокопреосвященства, кардинала Ридольфи. Марко Ридольфи.

Саша лишь покачала головой. У нее не было слов.

– И… давно он кардинал? – только спросила она.

– Последние лет двадцать, – улыбнулся Иван. И не просто Князь Церкви, а глава конгрегации по вопросам вероучения. Он занял этот пост, когда предыдущий глава, кардинал Ратцингер, был избран Папой Римским.

– Никогда не слышала о такой.

– Слышали, – снова улыбнулся молодой священник, – наверняка слышали. Когда-то она называлась по-другому: Святая Инквизиция.

Иван распрощался и пожелал девушке счастливого пути.

Оставшись одна за столиком, Саша раскрыла конверт. На листке с личным гербом и печатью кардинала Ридольфи было написано:

«Сarissima Alessandra, заверяю, что отныне Вы всегда будете в моих молитвах.

Благословляю Вас и прошу принять от меня маленький сувенир на память, я надеюсь, что он Вам понравится.

Che Dio ti bendica. Да хранит Вас Господь. Марко Ридольфи».

Из пакета Саша достала маленькую коробочку, открыла: на темном бархате лежала золотая брошь.

Лев Святого Марка раскинул крылья, взметнул хвост, одна лапа удобно устроилась на толстой книге. И хотя латинские буквы были такими мелкими, что трудно разобрать, Саша прекрасно знала, что там написано:

«Рax tibi marce evangelista meus» – мир тебе, Марк, евангелист мой.

Саша приколола брошь к свитеру и вышла в город. На Прагу уже спустились сумерки и снова пошел легкий невесомый снег.

Мокрые мостовые сверкали в ночных огнях, народ собирался к бою часов на ратуше, а над городом темнели башни Тынского храма, давшего последний приют алхимику, астроному и волшебнику Тихо Браге…

Чуть дальше на золотом фронтоне замерли темные фигуры… Казалось, ещё мгновение, и расправятся темные плащи – крылья, и бесшумно полетят над ночным городом стражи…

Добра или зла? Возможно, ни того, ни другого, ведь мир построен на равновесии.

А где-то на улочках Мала Страны ветер играл старинной картой, то поднимая ее над замерзшими крышами, то опуская к подножиям статуй, все дальше и дальше, над самым странным и мистическим городом мира…