Мост самоубийц - Марина Серова

еще и опаздывала! К тому же у него затекла нога, а в магазине нижнего белья напротив он уже рассмотрел все комплекты, выставленные в витрине. Полину он увидел сразу, как она появилась. На ней было льняное платье — август клонился к своему закату, но было еще тепло. Это платье Алексею никогда не нравилось: он вообще не понимал моду на эти натуральные ткани. Какая блажь — ходить в чем-то постоянно мятом. Но в этот день она выглядела даже мило в этом одеянии до пят, босоножках на плоской подошве и подвеске с элементами из полированного дерева. Он ощутил что-то вроде былого желания и постарался отогнать эти мысли — нет, больше он на эту дорожку не ступит.

Наверное, Алексей и сам себе не смог бы внятно объяснить, почему он не хотел продолжать отношения с Полиной. Возможно, между ними все сгорело и расплавилось слишком быстро. Роман начался бурно и страстно, и он все отдал этим первым месяцам. А потом наступило какое-то опустошение. Он словно выдохся на короткой дистанции и понял, что на марафон его уже не хватит.

Полина восприняла разрыв как удар. Долго донимала его звонками и эсэмэсками. Пыталась пересекаться с ним у общих знакомых, приезжала к его дому и подолгу сидела в машине, глядя на освещенные окна его гостиной. Но потом вроде взяла себя в руки. Случайные встречи прекратились. Алексей впервые за долгое время вздохнул спокойно. И вот, как оказалось, ничего еще не кончено. Полина опять появилась в его жизни, чтобы лишить его покоя. Он понял, что это надо пресечь в зародыше.

Все эти мысли обуревали его в то время, как девушка шла к нему по проходу, обходя медленно идущих посетителей. Подогрев себя этой злостью, Алексей даже не дал Полине сказать ни слова. Она улыбнулась, но он не ответил на ее улыбку.

— Полина. Так дальше продолжаться не может.

— Леш…

— Нет, дай сказать. Оставь меня в покое! Я приехал сюда с одной единственной целью — сказать, что больше не желаю тебя видеть. Никогда!

— Я не…

— Нет! Все! Я не желаю ничего слышать. Дурдом какой-то.

— Да послушай ты, идиот! — вдруг серьезно и жестко выкрикнула Полина. — Дело не в нас с тобой!

— Дело не в нас, потому что никаких нас нет, — оборвал ее Алексей.

Он еще что-то сказал — что-то оскорбительное и чудовищное, о чем теперь даже не хотел вспоминать. И ее взгляд, обиженный и осуждающий, теперь будет преследовать его до конца жизни. Алексей закрыл глаза, но голос детектива вернул его к действительности.

— Алексей, вы должны мне подробно рассказать об этой встрече. Все до мельчайших деталей. Все, что вспомните. Вдруг вам запомнилось какое-то слово, которое Полина обронила в разговоре. Мне нужно что-нибудь, что навело бы меня на мысль о том, зачем ей важно было встретиться с вами.

Алексей почувствовал злость, которая мешалась с усталостью и головной болью. Конечно, он не рассказал самого главного, но он и не собирался никому об этом рассказывать. Потому что все это бред. Бред, который обернется армагеддоном, если попытаться в него поверить.

— Послушайте, а не могли бы вы найти для этого другое время?

Татьяна не успела ответить. Дверь снова распахнулась, и в кабинет влетела его сестра, на ходу разматывая тонкий шарф ярко-шафранного цвета. Регина не обратила внимания на посетительницу и выложила перед Алексеем покупки: коробочки и пластиковые упаковки с лекарствами.

— Вот этих, — она подцепила одну упаковку, разодрала блистер и высыпала на ладонь две таблетки, — прими сразу две, должно помочь. — Сестра подняла глаза на Татьяну и улыбнулась. — Здрасте. Я уже убегаю, не мешаю.

Она поцеловала Алексея в лоб, потом достала из сумки бутылку воды, сунула таблетку ему в руку и дала запить. Алексей близоруко рассмотрел блистер и проглотил таблетки, сморщившись от нового приступа боли.

— Про остальное потом расскажу.

— Хорошо. Оставь нас, пожалуйста, это из полиции. Ну, вернее…

— А что случилось? — Регина прижала руку ко рту. Сестра всегда была впечатлительной.

— Да вот, говорят, Полина не покончила с собой. — Алексей почувствовал, как одна таблетка словно встала поперек горла — он слишком быстро проглотил лекарство. От этого неприятного чувства ему стало еще хуже. Хотелось, чтобы все ушли из его кабинета. И даже привлекательность блондинки казалась ему ненужной и неуместной.

— Простите, — он с трудом поднял глаза на гостью, — но я настаиваю, чтобы мы перенесли беседу.

— Вам нехорошо? — сочувственно произнесла Татьяна. — Что ж, как скажете. Но мне, собственно, не так много осталось уточнить.

— Все равно. Потом, потом. Возьмите телефон у секретаря, она скажет, когда у меня будет свободное время.

— Леш, так плохо? — Голос Регины раздался словно из-под подушки. — Может, «Скорую»?

— Нет. Это просто голова. Я сейчас поеду домой и приму еще лекарств. Мне нужно отоспаться.

Он поднялся, и обе девушки встали.

— Давай-ка я вызову водителя. Тебе нельзя садиться за руль. — Регина говорила серьезно, значит, он выглядел совсем разбитым. У Алексея не было сил возражать, да и возражать было нечему. Сестра была права: он не может вести машину.

— Уйдите же наконец! — не выдержал бизнесмен.

— Все, все, уходим. — Регина повернулась к гостье, растерянно смотревшей на хозяина кабинета: — пойдемте.

Они обе вышли, стараясь не хлопнуть дверью. Алексей велел секретарше никого к нему не пускать, опустил жалюзи, доковылял до кожаного дивана, стоявшего у стены, и с облегчением рухнул на него, закрыв глаза.

Глава 4

Я вышла из кабинета Южного слегка огорошенной. Алексею, видимо, действительно было плохо. Под конец была надежда, что он соберется с силами и расскажет мне о встрече с Полиной, но молодой человек все-таки прервал наш разговор. Я подумала, что надо взять телефон секретаря, чтобы позже записаться на еще один прием, но что-то мне подсказывало, что Южный будет избегать меня в дальнейшем. Нет, подозреваемым он не выглядел. Во всяком случае, пока. Но я определенно вызвала в его памяти массу негативных мыслей и эмоций.

У лифта меня поймала под локоть Регина, сестра Алексея.

— Подождите! — Она виновато улыбнулась. — Я хотела извиниться за брата, но ему действительно сильно нездоровится.

— Я понимаю.

— Может быть, я смогу вам чем-нибудь помочь?

Я помедлила.

— Вы знаете, возможно, и сможете. Зависит от того, как тесно вы общаетесь с братом и как хорошо знаете о его отношениях с Полиной.

— О! Я все знаю, — опять улыбнулась девушка. — Давайте спустимся вниз. На первом этаже хороший бар. Там и побеседуем.

В этот час бар, о котором говорила