Никогда не заводи подруг - Наталья Кушнерева

на место, Дембовский извлек из багажника тело блондинки и направился к старому колодцу. Меня конвульсивно тряхнуло, так как я вспомнила, что еще два месяца назад мылась в этом колодце и даже не подозревала, что он станет чьей-то могилой. Марат размотал плед, вновь взвалил на себя труп и ловко перебросил его через бортик колодца. Я перекрестилась. Дембовский быстрым шагом пролетел мимо меня, направляясь к моей машине. Открыл багажник, извлек канистру с бензином, затем вернулся к колодцу и поджег плед. Я так и стояла с широко распахнутыми глазами и открытым ртом и наблюдала за его действиями. Плед быстро догорал, и от него стояла жуткая вонь. Я обхватила себя руками и отправилась к машине. Устроилась на водительском месте и прикрыла глаза. Что за несчастья выпали на мою бедную голову? Надо было еще вчера идти в полицию и покаяться во всех грехах. В принципе на мне-то только один грех: я перетащила тело Артюхина в подъезд. Думаю, я как-нибудь пережила бы допросы следователей. Например, придумала бы, что в тот момент ничего не соображала и очень испугалась. А теперь вот, все осознала и пришла с повинной. Не думаю, что получила бы большой срок. Если бы вообще получила. А как, прикажите, теперь поступить? Неужели Марат в хмельном порыве укокошил Жанну? Что-то с трудом в это верится… Но кто-то же ее убил. И, главное, зачем? Хотели подставить Марата? Так он же только что из тюрьмы. Что вообще происходит вокруг этого человека? Вряд ли он мне расскажет все подробности своего криминального прошлого. А что, если хотели убить меня? Меня вновь перекосило от такой мысли, и я сильно вцепилась в руль. Неужели Михеев меня все-таки отыскал? Хотя, что меня искать-то? Болтаюсь по городу, как ни в чем не бывало и еще надеюсь, что зоркий глаз Михеева до меня не доберется.

Я отвлеклась от своих мыслей, потому что в машину залез Дембовский, злой как черт. Я завела машину и медленно тронулась с места. Марат не утомлял меня разговорами, да и я не лезла к нему с вопросами. Мне не давала покоя мысль, что в следующий раз мне может не повезти и какой-то чокнутый придурок не ошибется и с легкостью отправит меня на тот свет. Я понимала только одно: Артюхина и Жанну убил один и тот же человек! Но кто он? Я больше не могла терпеть и слезы предательски брызнули из моих глаз. Я остановила машину и живо бросилась к озеру, которое мы не успели проехать. Разбежавшись, с головой нырнула в воду, даже не потрудившись стянуть с себя спортивный костюм. Дембовский, видимо, решил, что я сошла с ума и решила утопиться, потому что кинулся следом за мной в воду и попытался вытащить меня за волосы. Я громко кричала и отбивалась от него руками и ногами, но, проиграв схватку, сильно вцепилась в его плечи и громко завыла. Марат не придумал ничего умнее, как заткнуть меня поцелуем. Он настойчиво прижался к моим губам, а я горячо отвечала на его порыв. Я совершенно забыла о том, где мы и что сделали несколько минут назад. Не знаю, сколько прошло времени, когда Марат, наконец, от меня оторвался, легко поднял на руки и вынес из воды. Он опустил меня на траву, а сам уселся рядом, обнимая меня одной рукой.

– Скажи хоть что-нибудь, – не выдержала я и повернулась к Дембовскому. В свете луны я заметила, как мышцы на его лице напряглись, и он поспешил отвести взгляд.

– Я ее не убивал, – шепнул Марат. Не знаю почему, но в тот момент я ему поверила.

– А кто тогда? – так же тихо спросила я.

– Не знаю. Черт, я не знаю! – крикнул Дембовский и вскочил на ноги, спешно направляясь к машине. Затем вернулся, схватил меня за руку и усадил на пассажирское сиденье. Сам устроился за рулем и быстро поехал в город.

Всю дорогу я искоса наблюдала за Маратом и смогла отметить, что убийство Жанны на него подействовало не лучшим образом. Он то злился, то бледнел, ведя машину одной рукой, а другой подпирал подбородок и кусал пальцы. Я боялась подать голос, хотя в тот момент мне много о чем хотелось его спросить.

Так же молча мы подъехали к дому и поднялись в квартиру. Марат бросился в сторону кухни и извлек из шкафа бутылку коньяка. Налил две рюмки и одну протянул мне. Я залпом ее осушила, чувствуя, что становится легче. Нервы расслабились, и в голове перестало гудеть.

– Ты мне можешь объяснить, что произошло? – пискнула я, уставившись на Марата. Он одной рукой упирался в оконную раму, а другой перебирал ключи от машины.

– Понятия не имею, – отозвался он.

– Но кто-то же ее убил, – так же тихо и как можно спокойнее, продолжила я. – Кстати, знаешь, о чем я подумала. Твою Жанну и Артюхина убил один и тот же человек.

– Почему ты так решила? – нахмурился Дембовский, повернувшись в мою сторону.

– Одинаковый сценарий убийства.

– Ты, случайно, в розыске не работала? – печально усмехнулся Марат.

– К чему это ты? – не поняла я.

– К тому, что выражаешься больно красиво.

– Вот о чем ты думаешь, а? – простонала я. – Вокруг нас столько трупов и ни одного подозреваемого.

– Я думаю, подозреваемый скоро появится, – хмыкнул Марат.

– Что ты имеешь в виду?

– Только то, что сказал, – пожал он печами. – Обычно убийца возвращается на место преступления.

– Ты думаешь… – взвизгнула я и запнулась. Неужели убийца действительно перепутал меня с Жанной?

– Не переживай, – улыбнулся Марат. – Я не хотел тебя напугать. Честно говоря, я думаю, он вряд ли здесь появится.

– Может нам стоит переехать отсюда?

– А какой в этом смысл? Если он даже сюда проник, то найдет нас в любом другом месте.

– Слушай, – озарило меня, – мы ведь живем в панорамном доме. Так, если на парковке есть камеры, может они и в подъезде установлены?

– Вот об этом я не подумал. Пойдем, познакомимся с консьержем, – выдал Марат, шествуя к выходу.

– Ты что! – вскочила я. – Время пятый час утра. Он нас примет за сумасшедших.

– Не примет, – уверенно отозвался Марат, покидая квартиру.

Мы спустились на первый этаж и прошли в кабинет охранника, находящийся за стеклянной дверью. Окно было открыто, а вот парень дремал, развалившись на стуле.

– Извините, – робко начала я, тихонько стуча в окошко. Парень тут же вскочил и разулыбался. Видок у него был тот еще. На вид лет тридцать, волосы взъерошены после сна, а глаза слипались,