Экстремальное чтиво - Сергей Юрьевич Демьяхин

выпучив от смертельного страха глаза, уставились на эту сцену.

— Все, блин! — вырвалось у Ивана. — Это белая горячка!

— Этих тварей даже автомат не берет! — прошептал Александр. — Бежим! Бежим скорей отсюда!!!

Он рванул к выходу, по пути перескакивая поднимающихся, словно зомби, женщин. Лишившись опоры. Иван упал на четвереньки и пополз следом.

— Всё, пить брошу! Всё, пить больше не буду! — причитал он, спеша выбраться из страшного места.

Надежда потеряла сознание, когда Александр начал свой отсчёт. Она не знала, сколько находилась в беспамятстве. Но когда очнулась, то с удивлением увидела своего мужа, проползающего мимо нее на четырёх точках. Она хотела было спросить его, а куда это, собственно, он собрался, но от пережитого ужаса почему-то отнялся язык. Поэтому, недолго думая, она просто взяла и ухватила Ивана за ближайшую ногу.

— Отпусти! Отпусти! — заорал вдруг тот и задёргался, как карась на раскалённой сковородке. — Прочь, нечистая сила! Санёк, на помощь! Помогите же кто-нибудь!

Надежда отпустила его ногу и поднялась с пола.

— С ума сошёл, что ли? — пожала она плечами.

Машенька с Александрой уже стояли и в немом изумлении следили за исчезающим в туманной коридорной мгле Иваном, который от страха даже умудрился встать на ноги.

Его крик долго ещё раздавался то тут, то там, сопровождаемый грохотом, треском и прочими подозрительными звуками, пока не оборвался где-то в самом дальнем углу дома. Видимо, насмерть перепуганный "Частный детектив" наконец нашёл себе место, недоступное для сатанинских отродий.

— Что это с ним? — спросила Александра.

— Мне пора, — начала прощаться Машенька. — Спасибо за угощение.

— Пожалуйста.

— До свидания.

— Чао!

— И часто это с ним? — спросила Надежда, когда медсестра стремглав выкатилась из гостиной.

— Что? — не поняла Александра.

— Ну, это… стреляет, режет.

— Да почти каждый день, я уже привыкла.

Надежда почесала гипс и присела на один из уцелевших стульев.

— Не завидую я вам, — сказала она.

— Почему?

— Вдруг когда-нибудь и в самом деле убьёт?

— Значит такова моя судьба, мой крест, — нараспев ответила Александра. — Живу и мучаюсь.

— А мой не пил раньше.

— Да-а?

— Представь себе.

— Ну и как это? Ну, когда муж не пьёт. У него ведь такая опасная профессия, он такой мужественный!

— Да, он вообще-то хороший, только…

— Что?

— Это неважно, — махнула рукой Надежда, вспомнив о маме, оставшейся в больнице.

— Сашенька, ты жива?

В дверном проёме стоял собственной персоной хозяин дома и настороженно глазел на женщин.

— У, опять нажрался! — взвилась та и брезгливо отвернулась.

— Надя, скажи хоть ты ей, что я не хотел всего этого. Я не виноват.

Он встал на колени и на коленях же пошел к жене.

— Это все она виновата.

— Кто?

— Ну, эта, племянница, чтоб ей!

— Иди, проспись!

— А ты простишь меня?

— Завтра поговорим.

— Завтра меня может быть убьют горцы. Маклауды чертовы, наехали на меня, Машину взорвали.

— А при чём здесь племянница?

— Вообще-то ни при чем, но она тоже за них, спроси Ивана.

— С удовольствием.

— Минуточку! — влезла Надежда.

— Только попробуй! — пригрозил жене Александр. — Тем более, что он, наверное, сейчас уже спит и ничего тебе не ответит.

— А я хочу его спросить! — не унималась та.

— Хорошо, давай завтра пойдем к нему и спросим. Вместе.

— Кстати! — снова влезла Надежда. — Его ещё найти надо.

— Не надо. Завтра найдём, — перебил её бандит. — До утра ведь ничего с ним не случится.

— Но как же..?

— Я кому сказал?! Марш все спать, я за себя не отвечаю!

— А говорил, что любишь меня, — с горьким упреком сказала Александра.

— Конечно люблю, моя дорогая! Поэтому и берегу тебя, как своё здоровье. Ну всё, хватит!

Он сгрёб жену в охапку и потащил прочь из гостиной. Та завизжала и начала отбиваться, потом вдруг резко утихла.

Надежда осталась одна. Сонными глазами глядя прямо перед собой, она баюкала загипсованную руку и думала о том, что какой же хороший все-таки человек, Иван, если сравнить его с некоторыми другими. По крайней мере, он никогда не пытался сделать ей больно, не то, что этот маньяк Александр.

Через полчаса она уже бродила по всему огромному особняку и искала затаившегося мужа.

— Ваня! Отзови-ись! — время от времени в пустой тишине раздавался ее заунывный, полный отчаяния и тщеты, голос, но всё было напрасно. Иван упорно молчал, то ли не слышал, а возможно просто не хотел вновь повстречаться с привидением.

Наконец сообразив, что сегодня мужа ей не найти, Надежда удручённо вздохнула и отправилась спать.

Глава 7

Виктор Степанович Толоконный отлично выспался. Солнце уже давно вовсю щекотало ему нос своими тонкими лучиками, когда он поднял голову и с наслаждением распрямился на табуретке.

— О-ох! Хорошо! — промурлыкал он, потягиваясь.

В ванной слышался плеск воды и бравурное пение Головкина.

— Семёныч! — позвал Виктор Степанович. — Это ты там?

— Тот не расслышал, или сделал вид, что не расслышал. Толоконный досадливо поморщился и нехотя встал с, насиженного за ночь, места. Его слегка заштормило.

— Да, нахлебался ты вчера изрядно, — улыбнулся он сам себе.

Головкин вышел из ванной свежевыбритый и умытый.

— Я тут похозяйничал немного, пока ты спал, — сообщил он приветливо.

— Ну что ж с тобой поделать? — вновь улыбнулся Виктор Степанвоич. — Сколько сейчас времени?

— Полно! Уже одиннадцатый час.

— Ого!

— Вот тебе и ого! Все — то ты проспал, Степаныч.

— Что я проспал? — удивился тот.

— Да тут сантехники приходили, трубы проверяли. Такие, знаешь ли, особенные типы эти сантехники. У них у всех явное профессиональное расстройство нервной системы.

Виктор Степанович мгновенно насторожился и перестал улыбаться.

— А где они проверяли трубы? — спросил он.

— Откуда я знаю? Я в это время на балконе был. С утра знаешь как хорошо на свежем-то воздухе? Благодать, мать её!

— А почему меня не разбудил?

— Зачем ещё? Ты спал, как младенец, пузыри пускал.

О, как бы хотел он сейчас подскочить к заветному месту и проверить, там ли ещё находятся денежки или нет.

— Ты, наверное, торопишься? — как можно вежливее спросил он Головкина.

— Нет! — радостно ответил тот. — Я сегодня выходной.

— Извини, мне надо кое-куда сходить, — жалобно попросил Толоконный, предпринимая еще одну попытку выпроводить назойливого гостя.

— Иди, конечно. Я тебя тут подожду, об чём речь! Тем более они должны новую трубу принести.

— Кто?

— Сантехники. Я ж тебе говорю, у них с головой не всё в порядке. Отопительную батарею чуть ли не с корнем выдрали, идиоты!

— Какую батарею? — выкрикнул бедный Виктор Степанович, заплакал и опрометью кинулся в зал.

— Эй! — окликнул его Головкин. — Да чего ты так беспокоишься?

— А-а-а!!! — донесся вдруг из зала вопль обезумевшего травматолога.

Головкин вошел