Кто есть who, или Почем фунт лиха? - Сергей Михайлович Кравцов

– там цены, говорят, куда ниже, чем в Кипарове, и кое-что купить пацанам к школе…

– О чём задумался? – ставя перед ним тарелку, поинтересовалась Ольга.

Узнав о том, что намечается поездка в областной центр, она тут же начала загибать пальцы:

– Коле надо бы купить новые ботинки, Славику ранец, штаны, обоим по рубашке…

Написав на бумажке наименования и размеры обновок покупок, Ольга неожиданно спросила:

– А это правда, что тебя кто-то хочет выдвигать в преды колхоза?

– По-моему, это пустые сплетни… – Андрей иронично усмехнулся. – Не удивлюсь, если вдруг окажется, что сам Пупырин это всё и сочиняет.

– А для чего ему это было бы нужно? – на лице Ольги отразилось недоумение.

– Элементарно, Ватсон! – Березинцев негромко рассмеялся. – Чтобы, например, по моей реакции выяснить: не воспринял ли я это всерьёз, не собираюсь ли спихнуть его с кресла, как когда-то он сам – Юлия?

– А-а-а, вон оно чего! – удивлённо протянула Ольга. – Ну а про сибирку ничего нового узнать не удалось? Я после школы заходила в магазин за хлебом, Нина Мамедова говорила мне, что, вроде бы, Хахарнов овец привозил из Коммунарского района. Вроде бы, ей Хахарнова Алия об этом сказала по секрету.

– Из Коммунарского? – Андрей пожал плечами. – Ну-у, не знаю… Мне почему-то кажется, что это – «деза», и тебе её подбросили, чтобы пустить меня по ложному следу. От нас до Коммунарска, без малого, сотня километров. Есть посты ГАИ. Скотину он, скорее всего, возит без справок. А там его могут тормознуть. Нет, тут ему куролесить безопаснее. Ну, всё, спасибо за обед. Надо бежать в колхозную контору, потом в ЖКХ. Штырякина чего-то захотела меня увидеть…

Окинув себя в зеркале критичным взглядом, он немного подумал, и достал из шифоньера лёгкий летний костюм типа «сафари» – позапрошлогодний       подарок сестры к дню рождения. Его он, фактически, не надевал ещё ни разу – а когда?! По какому случаю?

– Что, решил малость принарядиться? – насмешливо поинтересовалась Ольга.

– Да, надоело ходить в наряде «а-ля бомж»… – включая утюг, пояснил Андрей.

Он вкратце поведал о своём недавнем разговоре с милицейским сержантом у двора Хахарновых.

– …Вот и подумалось мне: а оденусь-ка я во что-нибудь более-менее приличное… Костюм мне – ещё когда презентовали? Вот! А его я даже не примерил. С этой работой, блин, скоро человеческий облик потеряешь…

– Давай-ка я поглажу! – Ольга взяла утюг. – А ты, что, и ЖКХашное подсобное хозяйство обслуживаешь? Зарплату-то ты у них, насколько я знаю, не получаешь…

– Ну, как обслуживаю? Плановые исследования и прививки делать я обязан по всему ветучастку. А лечить своих коров и свиней они не приглашали. У них кто-то свой есть, ездит сюда из Кротовки. Сколько они ему платят – я не знаю. Но не думаю, что больше четвертака-тридцатки…

– Кстати, сегодня к тебе приезжала какая-то важная особа. То ли, из района, то ли, из области… – сноровисто работая утюгом, сообщила Ольга. – Вышла напротив нас из машины, озирается по сторонам. Увидела меня, спрашивает: где тут проживает завветучастком Березинцев? Ну, я указала ей на наш дом, сказала, что ты на обработках по селу. Она глянула, головой покрутила, глазами похлопала, и, слышу, как бы, про себя говорит: оё-ёй!.. Потом села в машину, и тут же смылась. Кто она, зачем?

Одевшись и, взглянув в зеркало, своим внешним видом Андрей остался вполне доволен. Ольга, издав ироничное «хм-м-м», отметила:

– Да ты у меня – о-го-го! Прямо, брутал и мачо. Как бы не отбили…

Коротко отмахнувшись, Березинцев, кивнул в сторону окна.

– Ага! В окно выглянь – там озабоченные отбивальщицы перед нашим двором уже выстроились в очередь!

Первым делом, он отправился в правление колхоза. В кассе его ждало разочарование: Пупырин выделил денег в пределах лишь половины от минимально необходимого. Выдавая ему новенькие, деноминированные купюры с не совсем ещё привычным рисунком нового образца, колхозная кассирша Тарасовна – шустрая, бойкая тётка предпенсионного возраста, не без ехидцы прокомментировала:

– Вот что делает с людьми моднячая одежда – тебя, Андрей Васильевич, в этом костюмчике и не узнать. О, как сидит! Кого завлекать собрался?

– Всю колхозную контору – от уборщицы, до главбухши! – направляясь к двери, отмахнулся Березинцев.

– Если только твоя Олечка разрешит! – жизнерадостно хохотнула Тарасовна. – Она у тебя стро-о-о-гая… Шаг вправо, шаг влево – сразу увидит. Молодец! Так и надо с вами, мужиками!

– Надо думать, кости мне и ей тут уже не раз перемыли? – с долей сарказма уточнил Березинцев.

– Ну, а как же ты хочешь, Андрей Васильевич? – кассирша энергично из стороны в сторону покачала головой. – Чисто бабский коллектив, посплетничать – первое дело. Но ты не переживай, тут всем «кости моют». И тебе, и твоим сотрудницам, и Федьке Зазнобину – ему, каб, не больше всех, и Лёвчику… То бишь, Льву Львовичу. Всем!

– А в процессе вот этой «гигиенической процедуры» тема сибирской язвы у вас не проскальзывала? – изучающе глядя на Тарасовну, Андрей остановился у двери.

– Что, всё-таки надеешься найти хоть какие-то «концы»? – посерьёзнев, кассирша утвердительно кивнула. – Да, только вот сегодня утром толковали про эту заразу. Вчера Вероника Михайловна ездила в Кипарово на совещание, и там разговаривала с главбухом из «Урожайного». В «Урожайном» о сибирке тоже все знают! Ну и вот, был такой слушок, будто там уже несколько раз видели этого Хахарнова. Он там уже даже примелькался. Вроде того, как на своей «тачке» вечером туда прикатит – значит, по тамошним бабам. Ещё тот кобелишка! А вот раза три приезжал он зачем-то ночью, на чьей-то грузовой с тентом. У них в совхозе овцы уже нет, а вот у людей – полно. Вот и делай выводы…

…Шагая в сторону конторы ЖКХ, Березинцев обдумывал только что услышанное. Значит, Хахарнов не редкий гость в «Урожайном»… Но там главврач – спец старой закалки. Юрий Павлович – не тот человек, чтобы прошляпить с прививками от сибирки. Не-е-е-т! Халтуры он не допустит. Да, он может и «заложить за воротник». Может! Но когда массовые прививки, трезв, как стёклышко. Может, сгонять туда, с ним поговорить? Вдруг, подскажет что-нибудь дельное?

Андрей прошёл в машинный двору ЖКХ, огороженный невысоким бетонным забором, который примыкал к длинному одноэтажному складу, в крайнем отсеке которого и был оборудован «офис» коммунальщиков. У решётчатых ворот машдвора, за которыми на территории виднелась уже ветхая, давно выработавшая свой век, техника – самосвал, лёгкий МТЗовский экскаватор и ассенизаторская автоцистерна, стояла пара столь же «видавших виды» «Москвичей», «копейка» с мятыми боками и чей-то новенький «ИЖ» без коляски.

Войдя в просторный вестибюль конторы, Андрей увидел там человек