Царица роз и три папы - Янина Корбут

позови меня, когда все соберутся, ладно? Охотиться я не буду, но от прогулки на лошади не откажусь.

День потек своим чередом, и я занялась привычной рутиной, которая очень хорошо помогает избавиться от ненужных мыслей.

После обеда, на который Миша не спустился, я решила навестить его. Осторожно постучалась, и он радушно пригласил меня зайти.

Как раз перед этим официант прикатил к его номеру чай, Миша все время пил его литрами. Причем из стаканов с подстаканниками.

Мы уселись за столом, но я ограничилась одной чашечкой, потому что перед этим выдула три кофе. Немного поразглядывали фотки, которые были разложены прямо на столе, но я видела, что Мишу что-то тревожит.

– Дарина, я хотел кое-что рассказать.

– Слушаю тебя.

– Даже не знаю, как начать… За эти дни я понял, что ты – прекрасный, честный человек, и тебе можно открыться. У меня деликатное дело…

Услышав про деликатное дело, я насторожилась. Он что, собирается мне в любви признаться? Только этого не хватало… Наверное, смерть старика подтолкнула его к мысли, что жизнь быстротечна и не стоит терять время. Нет, Миша, конечно, парень симпатичный. Умный, интеллигентный. Да и мои родители бы его одобрили. Не зря они все время хитро улыбались, когда мы шли прогуляться вечером или играли в бадминтон или карты на веранде.

Но для любви мало симпатичной физиономии и приятной беседы. Тут нужна химия, страсть, в конце концов! И что я ему сейчас отвечу? Я никогда не умела отшивать парней. Оттого, наверное, постоянно начинала встречаться не с теми. Надеясь, что потом оно само собой как-нибудь рассосется. И всегда все заканчивалось крайне печально.

На этот раз нельзя давать слабину. Тем более что к отношениям я вообще не готова морально. Нужно срочно что-то предпринять. И тут на помощь, сам того не зная, мне пришел Славик. Точнее, его обычное невезение. Я увидела бедственное положение приятеля в окне, развернулась на пятках и успела бросить Мише:

– Ой, давай позже. Сейчас произойдет настоящая вонючая катастрофа!

– Да, потом. Ладно… – сдавленным от волнения голосом негромко молвил Миша. Но я уже не слышала его, потому что, игнорируя лифт, кинулась вниз, спасать приятеля.

То, что с ним происходило в этот момент, надо описать отдельно.

После назначенного часа охоты вдохновение осенило Славика своим крылом, и он стал мастерить себе лук. Он-то знал, что папа № 1 ни за что не допустит его до оружия. Первый отец всегда следил, чтобы Славик не получил разрешение даже на газовый пистолет в обход папиного ведомства.

Итак, выбор Славика пал на лук. Палку-копалку он, видимо, отмел, ввиду нежелания конкурировать с бабушкой Сирануш. Та грозилась зашибить своим костылем любую дичь, что попадется на их с Розочкой пути.

Для обретения лука Славик отправился к мусорным бакам, потому что там он приглядел чудесную леску и пруты, оставшиеся после мамулиного мастер-класса по плетению русских корзиночек. Почему-то Славка решил, что сделать лук – это тьфу что такое. Как два пальца об асфальт.

Прутья лежали в самом дальнем закутке, и Славик пытался протиснуться между баками. Туда он кое-как проник, но назад с прутьями лезть было несподручно. И Славик, копошась, нечаянно задел локтем крайний бак. Равновесие нарушилось, и бак зашатался. И когда Славик наконец вылез, но сильно дернул свой хворост, бак таки накренился. Славик к этому времени как раз запутался ногой в леске и пал, увлекая за собой бак. Тот опрокинулся всем своим вонючим содержимым прямо на лучника.

Тут, откуда ни возьмись, подоспел Дух Вонюх. Сразу с камерой и селфи-палкой. Он с восторгом наблюдал за Славиком, погребенным под кучей ароматного мусора. Ничтоже сумняшеся Адамович огладил бороденку и принялся снимать репортаж.

Запах, исходящий от мусора, приятно щекотал его ноздри, и Дух Вонюх, сделав стойку, принюхался. Его рука тут же нырнула в карман жилетки, и он уже почти выудил свою карту. Сейчас он достанет карандаш и поставит на нашем отеле жирную точку. И все, конец и без того дышащему на ладан бизнесу. Надо было действовать на опережение.

– Дмитрий Адамович, – кинулась я к нему, повисая на руке. – Как хорошо, что я вас нашла. Там такое! Йоги в лифте застряли. Оба! Нужна мужская сила, разжать двери.

– Что значит застряли? Вдвоем? Без своей дамы?

– Ага!

– Ну, не волнуйтесь, ничего с ними не произойдет. У вас тут не Европа, – захихикал он, непонятно на что намекая.

– Не Европа – оно понятно. Сидят там себе безо всякой фантазии. Но у одного из них клаустрофобия. Как бы чего не вышло!

– Ну, так позовите кого-то из персонала. Бардак какой-то! Видите, у меня тут важное дело. Я же не нанимался спасателем на полставки.

Славик к этому времени уже выбрался из-под очисток и, встряхнувшись, обиженно заявил:

– Не Европа… Да, не Европа! Мы – самостоятельная цивилизация. И из-под луковой шелухи сами вылезем, и ближних сами спасем. Пошли, Дарина, йогов откупорим.

В контексте разговоров о Европе «откупорим» прозвучало слегка двусмысленно, но я не стала роптать. И быстро засеменила следом. К счастью, в этот момент ветер сменил направление, и запахло европейскими духами. А все потому, что в сторону Духа Вонюха неслась мамуля, тоже узревшая в окно своего кабинета трагедию Славика. Дмитрий Адамович разочарованно засунул карандаш за ухо.

Со Славиком я разобралась быстро: посоветовала ему отмести вслед за луком рогатку, пращи и палки, а возложить надежду на устрашающий вид, пистолет из пальца и возглас «тра-та-та-та-та». До кучи Славик еще притащил рыцарский шлем, стащив его с фигуры рыцаря в доспехах, украшавшей наш каминный зал. Ее подарили папе будущие коллеги-депутаты. Папа еще шутил, что мамуля может носить этот костюмчик, ведь за него много денег отвалили. А сам костюмчик – «отковали».

– Итальянский дизайнер Кавалли никогда не делал подобную безвкусицу, – фыркнула мамуля.

А она знала толк в безвкусице. И в дизайнерских вещах. На что она последние годы безбедно жила в Ницце, оставалось для меня загадкой. Мне кажется, отцы продолжали платить ей алименты на мое содержание до сих пор. Но спрашивать про это я не решалась. До возвращения на Родину мамуля была дизайнером, но чересчур оригинальным: она скупала новые дизайнерские шмотки в европейских бутиках и шила из них набивных котов. Короче, Дольче и Габбане не снилось…

Мамуля утверждала, что коты разлетаются как горячие пирожки, но я подозревала, что дебет с кредитом у нее сходится редко. Парочка котов даже жила у меня на диване, пугая выпученными глазами из пуговиц и брендовыми ярлычками, вводящими в ужас