Убийство под солнцем Тосканы - Юлия Владиславовна Евдокимова

свиток и снять с него печати?», явно имел в виду весь контекст и, прежде всего, его заключение.

– И что там в заключении?

Падре открыл книгу, которая все это время была у него в руках, нашел закладку и зачитал.:

«Кто достоин раскрыть свиток и снять с него печати? Никто ни на небе, ни на земле, ни под землей не мог развернуть свиток и увидеть его содержимое. Я горько плакал, потому что не нашлось никого достойного открыть свиток и увидеть его содержимое. Но один из старейшин сказал мне: «Перестань плакать. Вот, лев из колена Иудина, потомок Давида, победил и может открыть свиток и семь его печатей».

– Все равно ничего не поняла, и что в контексте?

– Я понял! – Комиссар поднял вверх указательный палец, – дон Доменико, ты хочешь сказать, что таким образом аноним говорит нам имя убийцы?

– Да. Он хочет сказать, что узел загадочного убийства может быть «разомкнут» только Львом, потомком Давида. Я бы проанализировал тех, кто был знаком с жертвами, или жил неподалеку, а вообще посмотрел был все данные по переписи жителей долины по имени Леоне.

– Леоне Давиде, – наконец дошло и до Саши. – Анонимный «библеист» говорит нам имя!

– Леоне может быть имя и может быть фамилия. А вот Давиде – только имя. – комиссар задумался. – Не думаю, что людей с таким сочетанием имен и фамилий очень много. Давиде может быть отцом Леоне. Здесь вариантов больше, но тоже не такая сложная задача.

– Дедушка тоже предок. И прадедушка, – вздохнула Саша.

– Не думаю, что наш таинственный богослов стал бы настолько все запутывать. Мы ищем Давиде Леоне или Леоне Давиде или Леоне, у которого отец Давиде. Леоне имя распространенное, но в сочетании с именем отца будет проще.

– Но зачем так все запутывать? И причем тут Библия? Почему не написать просто: ваш убийца такой-то.

– Наверное, аноним не мог этого сделать. Но и смолчать не мог. Ему было очень тяжело, но он написал это письмо и решил отдать все в руки Господа.

– Ты так говоришь, словно знаешь анонима.

– Я не знаю кто он. Но я знаю, кем он является.

– Интересно! И кем?

– Я уверен, что он священник.

Лука кивнул:

– А что, логично, мне в голову не пришло. Профессор богословия не так часто встречается. А раз человек так заморочил все это дело, он очень хорошо разбирается в вашей этой… как ее… эз…эгз..

– Эгзегезе.

– Не важно. Но зачем это все, зачем все запутывать?

– Тайна исповеди. Я думаю, что он узнал об убийстве из исповеди. Но не может рассказать. Тайна исповеди священна.

– И он нашел способ?

– Да, призвал на помощь Библию и отдал все в руки Господа.

– Ты бы так сделал? – с интересом глядя на священника, спросила Саша.

– Нет.

– Даже если речь идет об убийстве ребенка?

– Нет. Тайна исповеди не может быть нарушена.

– А этот падре, значит, не выдержал… может поговорить со всеми священниками в округе?

– Их очень много. Тем более, мы не знаем, исповедался убийца здесь в долине Эльзы или во Флоренции, или в другом месте? И даже если вы найдете священника, падре ничего вам не сможет сказать.

– Тайна исповеди?

– Да.

– Значит, будем искать Леоне.

– Комиссар… это все может оказаться моими домыслами. Я смотрел на фразу из библии, как священник. А она может быть просто издевательством над полицией, вроде «никто не раскроет эту тайну»

– А я все больше убеждаюсь, что ты прав. – Лука вздохнул. – Тем более, что это единственная наша зацепка.

Решив не тратить время на дальние поездки, Лука и Саша собрались поужинать в Кастельмонте, пригласив в компанию дона Доменико.

Но священник предложил другой вариант: сестра Мария прекрасно готовит, и сегодня на ужин обещаны великолепные фрикадельки из брокколи и паста алла путтанеска.

– Тем более, – подмигнул он собеседникам, – такую пасту вы мало где попробуете. Сестра Мария родом из Неаполя и лучшей пасты с этим соусом я в жизни не пробовал!

– Мы не хотим вас объедать!

– Сестра Мария готовит столько, что потом приходится приглашать соседок, нельзя, чтобы еда пропадала. Так что, не волнуйтесь!

Так и оказались Саша с комиссаром за одним столом с сестрой Марией и двумя padri. Дон Доменико был прекрасным собеседником, дон Артуро молчал и не отсвечивал, даже странно, что такой интроверт мог стать священником. Сестра Мария румянилась от похвалы.

Дон Доменико оказался прав, соус к пасте был великолепен. Сестра Мария приготовила его с томатами, оливковым маслом, чесноком, черными оливками из города Гаэты, мелкими анчоусами, каперсами и орегано. Смущаясь, она рассказала о названии блюда, которое ну никак не подходило для стола священников.

– Общепринятая версия не верна! Все думают, что название связано с неаполитанскими… прости меня, Святая Мария! … куртизанками, ведь оно готовится из повседневных и дешевых продуктов, но аромат таков, что все бегут в их заведение. – Она снова покраснела. – Нет, это неправда! На самом деле его придумал давным-давно неаполитанский повар по имени Сандро, к нему неожиданно пришли гости, а продукты, из которых можно приготовить приличный обед, закончились. И тогда по просьбе друзей намешать что-нибудь, «puttanare qualsiasi», заправил пасту тем, что смог найти – оливками, томатами, каперсами, анчоусами. Мы, неаполитанцы, лучше знаем! Все так и было! Путтанеска с анчоусами готовится только на родине, в Неаполе, в Риме в ней лишь овощи.

Но «путтанеску» Саша ела и раньше и ей казалось, что эта паста всегда вкусна. А вот фрикадельки, вернее фрикаделищи из брокколи… такого Саша точно раньше не пробовала, она восхитилась, какую же вкуснятину кто-то придумал.

«Фрикаделищи» таяли во рту, обжигали горячим сыром, плавились и шипели, вызывая безумный аппетит и желание съесть все, что нажарила suor Maria.

Ужин доставил море удовольствия от еды и разговоров, но не дал Саше поговорить наедине с комиссаром. Когда они наконец вышли на площадь, девушка сразу схватила Луку за руку:

– Что ты обо всем этом думаешь? А новости есть? У вас есть прогресс? Ты же был у начальства, у вас не отберут дело?

– Давай по одному вопросу, а не все подряд, ладно? – засмеялся Лука. – Дело у нас не отберут, дела вообще разделили на два.

– Почему на два? Ты же говорил, могут отдать сквадра мобиле (летучий отряд, или специальная группа для расследований особо серьезных преступлений, в которую входит и подразделение полицейского спецназа) или создать общую группу с карабинерами?

– Ты так и будешь вопросы задавать, или дашь мне рассказать?

– Молчу! Рассказывай!

– Нас