Безумный март в Питере - Ольга Скляренко

– Миндаль забыла подоить, – выпалила я и посмотрела на Пашку. – Павел Сергеевич?

– Яна, сделайте нам, пожалуйста, кофе, – проговорил Пашка, избегая встречаться со мной глазами.

– Слушаюсь, – я вылетела из кабинета.

Нет, это уже вообще перебор. Я на такое точно не подписывалась. Он там будет со всякими девицами по кабинетам запираться, а я им еще и напитки должна подносить. Латте с миндальным молоком, мать ее! И Пашка тоже хорош! Павлуша чертов!

Кипя от негодования, я подошла к кофемашине. Чистых чашек не было. Я мстительно схватила салфетку, выудила из горы грязной посуды наименее испачканную и просто протерла чашку, избавляясь от остатков кофейной гущи. Ничего, и так сойдет. С миндальным молоком ей подавай. Что вообще происходит? К Пашке завалилась его бывшая, а я тут готовлю ей латте. Черт, жаль, что у меня нет слабительного, я бы знала, как его применить в данном случае.

Когда я снова вошла к Павлу, Милана нагло сидела на диванчике, выставив вперед длинные ноги в изящных сапожках на такой шпильке, что у меня от одного вида закружилась голова. Почему-то именно диванчик добил меня окончательно. Я уже в мыслях привыкла считать его своим, ну ладно, нашим с Пашкой. А тут эта фифа его осквернила.

Павел стоял напротив с очень напряженным выражением лица. Подавив в себе желание вывернуть чашку с дымящимся латте на голову этой Миланы, я не слишком вежливо шваркнула поднос на журнальный столик и вышла.

Эмоции переполняли меня, бурлили, как вскипевшая вода, грозя выплеснуться наружу. Чтобы хоть как-то справиться с ними и занять себя чем-нибудь, я взяла грязную посуду и пошла в помещение, где сотрудники пили кофе – что-то среднее между небольшой кухней, столовой и комнатой отдыха. Там никого не было. Я подошла к раковине и стала энергично драить грязные чашки, пытаясь справиться с возмущением и страхом. Потому что, надо было признать, мне стало страшно. Что, интересно, ей понадобилось? Павел говорил вроде, что не видел ее с того момента, как застал ее в недвусмысленной ситуации с его лучшим другом. А это было больше года назад. Что, если она решила его вернуть?

Когда я вернулась, Милана стояла посреди приемной и разговаривала по телефону.

– Да знаю я, что ты говорил, – раздраженно отвечала она своему невидимому собеседнику. – Ничего, я знаю, что делаю! Не учи ученого!

На меня она посмотрела, как на таракана, который внезапно выполз из-под шкафа, со смесью брезгливости и недовольства. Не удостоив меня и словом и продолжая свой разговор, она вышла в коридор и, судя по звуку застучавших по плитке каблучков, пошла к лифтам. Я подошла к столу, поставила на него поднос и тупо села на стул.

Из кабинета высунулся Пашка.

– Яна? Она ушла?

Я молча посмотрела на своего шефа. Или нет, сейчас он уже не был шефом, образ начальника слетел с него, как и не было. Передо мной стоял растерянный и смущенный Пашка.

– Я уже закончил на сегодня. Поехали домой? Сейчас, я только пальто надену…

И он снова нырнул в кабинет.

Я продолжала сидеть, глядя на разбросанные на моем столе бумажки.

Пашка вышел уже одетый.

– Ян, ну ты чего сидишь? Поехали.

– Паш, ты ничего не хочешь мне объяснить? – осведомилась я ледяным тоном.

– Я… – начал Павел, но тут нам помешали. В приемную вошла Ксения из юридического.

– Ой, – испугалась она, увидев торчащего в дверях Павла. – Здравствуйте, Павел Сергеевич! Яна, вы про меня забыли, наверное? Я с утра оставляла документы на подпись…

– Документы? – я не сразу поняла, что от меня хотят. – Ах да, точно.

Совсем забыла я про те документы. Странно, что они не попались мне на глаза за весь день. Я растерянно оглядела стол. Завалились, что ли, куда-то.

– Что за документы? – поинтересовался Павел.

– Это Инга Робертовна подготовила, договоры с «Флора-Сити», их с утра курьер привез. Инга Робертовна сегодня целый день на встречах, попросила меня их подписать, – затараторила Ксения, пока я обшаривала свой стол. Куда они подевались? Я хорошо помнила ту папку, бледно-голубого цвета. Кажется, я их положила тут, сверху.

– Яна? Где документы?

– Они тут были, – холодея, проговорила я. – А сейчас их нет. Может быть, кто-то по ошибке прихватил вместе со своими?

– Как это нет? – Пашка подошел к моему столу.

– Так это. Нет, – вздохнула я. – Лежали вот тут. А потом пришла эта Ковальчук, потом я на обед ушла, а дальше не помню…

– Т-а-а-ак, – протянул Павел. – Ксения, вы их точно не забирали? Может быть, Инга сама заходила? Или еще кто-то из вашего отдела?

– Инги Робертовны целый день в офисе не было, я же говорю. И никто другой не мог. Они что, пропали? – Ксения в ужасе расширила глаза.

Я подавленно молчала. Хороша секретарша. Пашка меня попросил помочь, а я вместо того, чтобы добросовестно исполнять не самую сложную работу, целый день только и думала, что о девицах, крутящихся вокруг него, да еще и по магазинам бегала, шмотки себе покупала.

– Паш… Павел Сергеевич. Там было что-то очень важное? – выдавила я из себя.

– Ну, как сказать… – Пашка сосредоточенно о чем-то думал. – Ксения, идите, я сам свяжусь с Ингой и все улажу. И не надо об этом никому говорить. Думаю, что это простое недоразумение.

Ксения вышла, Пашка закрыл за ней дверь приемной и, немного подумав, повернул в замке ключ.

– Яна, посмотри внимательно. Может, они под стол упали. Или ты их в ящик засунула.

Придавленная чувством вины, я с готовностью заглянула под стол и начал открывать ящики стола. Папки не было.

– Паш, прости, я не понимаю, как так могло получиться. Там такая папка была, толстая. Ума не приложу, куда она могла пропасть. А я их тебе не относила? Вдруг они у тебя там в кабинете лежат? – с надеждой спросила я.

Пашка прошел к себе и через минуту вернулся.

– Нет, там их нет. Я бы запомнил. Ты можешь вспомнить, кто был у тебя в приемной сегодня?

– Проще вспомнить, кого у меня сегодня тут не было. Все были. Паш, у тебя будут из-за них проблемы?

– Ну, не то, чтобы проблемы… Решим сейчас.

Он вытащил свой телефон.

– Инга? – заговорил он в трубку, задумчиво разглядывая меня. – Прости, пожалуйста, но тут договоры с «Флора-Сити», они, как бы сказать… в общем, я тут вылил на них кофе… Да, сильно, пришлось их выкинуть… Да, я понимаю, что это совсем не в кассу… Да… Нет, Ксения твоя не виновата. Ты можешь связаться с ними и