Дом лжи - Дэвид Эллис

на нее внимательно. Когда не видишь кого-то двадцать лет, а потом вдруг встречаешь на улице, трудно так сразу понять, тот это человек или не тот. Но та женщина была очень похожа на Лорен.

– И что ты тогда сделал?

Дай-ка подумать… Много чего: (1) побежал к Вики и рассказал ей обо всем; (2) вместе с Вики мы придумали, как убить Лорен; (3) мы решили, что если она будет играть мою «жену», чтобы обмануть Ника, то ей придется жить у меня, а то вдруг он решит проследить за ней; (4) поставил высокий забор вокруг дома, чтобы она могла входить и уходить через гараж без ведома соседей. Ты об этом спрашиваешь, Джейн?

– Ну, в тот же день, когда я увидел Лорен на улице, я поискал ее в «Фейсбуке», – говорю я. – И нашел. Там было сказано, что она живет в Грейс-Виллидж.

Если дело зайдет далеко, то копы обыщут мой рабочий компьютер и все равно выяснят, что я искал ее в Сети. Так что будет лучше, если я сам выложу им эту информацию.

Вообще это, конечно, была моя ошибка. Зря я искал ее тогда, в мае. Но, увидев ее на улице, я был в шоке, меня как молнией ударило. Я и не думал ее убивать. Эта мысль пришла ко мне потом, после разговоров с Вики.

– Значит, ты с ней связался?

Я наклоняю голову.

– С кем? С Лорен?

– Да, ты…

– Нет, я с ней не связывался. Она – последний человек в мире, с кем мне хотелось бы разговаривать.

Мне незачем скрывать свою ненависть к Лорен. Невиновный человек ненавидел бы ее открыто, учитывая все обстоятельства. К тому же технически я говорю чистую правду. Я не контактировал с ней, и она действительно последний человек в мире, с кем мне хотелось бы общаться.

– Ты еще входишь в «Грейс кантри клаб»?

– Да, конечно. Унаследовал членство от родителей.

– Когда ты был там в последний раз?

– Давно. Много, много лет назад.

– Ты бывал там с тех пор, как туда вступила Лорен?

– А я и не знал, что она тоже в клубе… И не знаю, сколько лет она тут жила.

Хорошая попытка, Джейн.

– Ее друзья рассказали нам, что она ходила в клуб почти каждый день, – продолжает Джейн. – Играла в теннис, в гольф, обедала там…

– Как мило.

– То есть ты не говорил с Лорен, когда она вернулась в Чикаго и поселилась в Грейс-Виллидж?

– Нет, не говорил.

– И в доме у нее не бывал?

Я смеюсь:

– Ты что, шутишь?

– В смысле, «нет», Саймон? То есть ты никак не отреагировал на ее возвращение? Она украла у твоей семьи все деньги, практически из-за нее твоя мать покончила с собой, и ты никак не отреагировал?

– Позволь заметить, я очень хорошо помню, что сделала мне Лорен. И мне не слишком приятно об этом вспоминать.

Она поднимает руки ладонями вперед.

– Ты прав. Прости. Но я должна расставить все точки над «i», ты же понимаешь…

– Ну, так давай, расставляй свои точки, и покончим с этим.

– Ясно. Согласна. Значит, просто уточним. – Она складывает ладошки лодочкой и направляет их на меня, как стрелку. – Ты никогда не переступал порог дома Лорен Бетанкур?

– Совершенно верно. – Мои руки спокойно лежат у меня на коленях. Колени не дергаются. Ноги стоят на полу ровно. Руки не скрещены на груди.

– То есть нам незачем искать твои отпечатки у нее в доме?

– Даже не представляю, как бы они могли там оказаться.

Тоже правда. Я был в перчатках все время, что провел там, внутри. И Кристиан тоже. По крайней мере, выходил он в перчатках.

– Но ведь никто не мешает вам проверить, – добавляю я. – Если вам нужны мои отпечатки, пожалуйста, снимайте.

– В этом нет необходимости.

– Я просто предложил. И ДНК тоже дам, если надо. Все, что понадобится. Можем прямо сейчас поехать в участок и…

– У нас уже есть твои отпечатки, Саймон. И ДНК тоже есть.

Ее напарник Энди Тейт, который до сих пор сидел, уткнувшись в свой блокнот, и что-то там строчил, теперь поднимает голову и смотрит на Джейн с удивлением, как будто не понимая, зачем она мне это говорит.

– А. Ну да, конечно. – Я откидываюсь на спинку кресла и улыбаюсь. – Управление полиции Сент-Луиса, надо полагать? Ну вот, теперь мне все ясно… Полагаю, что и у вас тоже сложилась полная картинка. Много лет назад я убил своего отца, а теперь наконец добрался до Лорен… «Месть – это блюдо, которое лучше подавать холодным», так ведь?

– Надеюсь, ты не звонил своему психотерапевту наутро после Хэллоуина, – замечает Джейн.

Я всплескиваю руками, изображая аплодисменты.

– То есть вы правда думаете, что это сделал я? В смысле, убил Лорен?

– Я думаю, что ты очень умный парень, который ничего не делает в спешке, – отвечает Джейн.

– Почему-то мне кажется, что это не комплимент.

Сколько они уже нарыли, эти копы? Сегодня четверг. Расследование идет третий день. Тело Ника нашли?

– Ты знаешь человека по имени Кристиан Ньюсом? – спрашивает Джейн.

Вот и ответ на мой вопрос.

– Нет.

– А Ника Караччи?

– Нет.

– Могу я спросить у тебя, Саймон, какой размер обуви ты носишь?

– Какой… размер? – Полагаю, я имею право удивиться такому вопросу. – Ну, э-э… обычно десять с половиной… иногда одиннадцать.

Но не тринадцать!

– Ты часто бываешь в районе Бактаун – Викер-парк? – спрашивает она.

– Не то чтобы часто. Но я бегаю в разных районах города. Наверняка пробегал когда-нибудь и там. Когда именно – точно не скажу.

– Может, на днях? В треугольнике между Милуоки – Дамен – Норт. Или где-то поблизости. Когда ты был там в последний раз?

– Я… я не помню.

– Ты был там на прошлой неделе? Это-то ты помнишь?

– Не помню, чтобы бывал там на прошлой неделе. Хотя и не исключаю. Если б я знал, что это так важно, я бы завел дневник и все там записал.

(Шутка, хотя ее никто не понимает.)

– А ты бегаешь, Джейн?

– Я-то? Сейчас? Не-ет… Ну, разве что за преступниками, да и то больше в уме.

Я улыбаюсь:

– То есть сейчас у тебя вроде как тренировка?

Она чуть наклоняет голову:

– Туше́. Но, Саймон, вернемся к Викер-парку. Значит, ты мог там пробегать, как ты говоришь. И что? Ты не остановился? Не присел где-нибудь выпить пива? Еще чего-нибудь?

– Если я пробегал там, то именно пробегал. Я не останавливаюсь на бегу и не пью пива.

– Вообще не останавливаешься? – спрашивает Джейн. – А где-нибудь