Михаил Березин - Пляска дервиша (сборник)

– Ваша?!

– Да.

Я был поражен.

– Но разве Мебель не был с нами заодно?

– Вовсе нет.

– Тогда я отказываюсь что-либо понимать. Когда все начинают воевать против всех, ситуация выходит из-под контроля.

– На этот счет можешь не беспокоиться, – заверила меня Рыжая. – Ситуация находится под контролем. Мебель что, был твоим другом?

– Отнюдь.

– Ну и ладушки.

В пять минут второго мы с Миксером и Гвоздевым вошли в здание, где находился кегельбан. Снаружи он выглядел как обычно, но внутри оказался полностью завален трупами. Схватка получилась недолгой и беззвучной: с обеих сторон применялись автоматы и пистолеты с глушителями. Такая вот штука. Посреди запруженного курортниками города состоялась самая настоящая крупномасштабная битва, совершенно бесшумная, если не считать грохота падающих тел и поваленной мебели. Это могло бы, наверное, напомнить трансляцию какого-нибудь крутого боевика по телевидению, когда в телевизоре вырубили звук. Миксер и Гвоздев с интересом осмотрелись.

– Здорово! – проговорил Миксер.

– Что именно ты имеешь в виду? – осведомился я.

– Классная работа!

Со второго этажа спускалась Рыжая. На ней были кроссовки и спортивный костюм фирмы «Адидас». В руке она сжимала радиотелефон.

– Бой начался, как только выпроводили последнего посетителя, – сообщила она. – А сейчас нужно уходить. Подальше от греха.

– Где Гомес? – поинтересовался я.

– Мертв, как и все остальные.

– Он успел что-нибудь рассказать про Лорда Махмудова?

Рыжая отрицательно покачала головой.

– Вот вам и классная работа! – возмутился я.

– Даже если бы мы захватили Гомеса живым, он бы все равно ничего не сказал.

За спиной у Рыжей промелькнули тени с короткими автоматами, на дулах которых имелся этакий живописный нарост, и скрылись в направлении черного хода.

– Нам бы сказал, – возразил я Рыжей.

– Ерунда, – бросила она.

– Имеется еще какой-то Эскобар, – напомнил я. – Может быть с ним нам повезет больше. Но я ведь тебе говорил, что Эскобар, как и Лорд Махмудов, для нас – абстрактная величина! Где мы станем его искать? Постой… – Смутная догадка промелькнула у меня в голове. – Гомес и Эскобар, Гомес и Эскобар…

– Нужно уходить, – повторила Рыжая. – Что ты заладил как попугай «Гомес и Эскобар»?

– Гойя! – воскликнул я. – Конечно же, Гойя! Один из его постоянных клиентов!

Мне вспомнилось это добродушное смеющееся лицо и от ощущения близкой удачи захватило дух. «Интересно, людей с какой фамилией на свете больше: Гомес или Эскобар?» Или что-то в этом роде.

– Похоже, я знаю, кто такой Лорд Махмудов, – сообщил я Рыжей.

Гойя уже спал, когда мы нагрянули к нему домой. Двери открыла Аська, которая тоже спала, поскольку я обещал ей все рассказать только завтра утром. Она очень удивилась, когда выяснилось, что я приехал не к ней, а к Гойе.

С счастью Гойе были известны фамилия и адрес клиента. Звали его Моралес.

– Еще одна редкая испанская фамилия, – заметил я.

Потом, кое-как отделавшись от Аськи, я поспешил назад к Рыжей, поджидавшей меня в большом черном «Крайслере».

– В общем, пока это только догадка, – подчеркнул я. – Ведь бывают же на свете и совпадения.

– В совпадения я не верю, – отозвалась она. – Впрочем… разберемся.

– На сей раз мы ведем игру, – поспешно сказал я. – Вам туда вообще лучше не соваться. Наверняка вся их боевая сила уже уничтожена с вашей помощью.

Рыжая отрицательно покачала головой.

– А зачем он вам вообще нужен, этот Лорд Махмудов? Я долго думал, почему вы убили Мебеля, и у меня появилась идея…

– Не будем терять времени, – перебила она меня. – Махмудов нам нужен… сам знаешь почему. Ведь это он в конечном итоге пытался наложить лапу на деньги моих друзей. Вина Мебеля, естественно больше, но… А вот почему он интересует тебя? – Она рассмеялась. – Знаю, знаю, из-за Симы Отс. Надеюсь, ты мне расскажешь, что связывает тебя с этой бабой. Вы были раньше знакомы?

Только теперь я сообразил, что, быть может, уже этой ночью встречусь с Симой.

– Хорошо, – пошел я на попятный, – проведем эту партию вместе. Как говорится, в четыре руки.

Она снова отрицательно покачала головой.

– Мы обещали госпоже Лидок, что вы останетесь целы и невредимы: ты и твои люди. А мы умеем держать слово. К тому же у вас имеется «узи», но нет к нему патронов. Есть, правда, патроны от «парабеллума», но нет самого «парабеллума».

– Лили! – взревел я. – Какая трогательная забота!

– На, держи. – Она протянула мне радиотелефон. – Будете сидеть в машине неподалеку. Я позвоню.

«Бык Крайский словно ураган понесся по арене, сметая на пути остатки куадрильи. В воздух взлетали тела и глухо бились оземь, не подавая более признаков жизни. Та трибунах раздался вопль ужаса…»

Телефон зазвонил, когда уже начало светать. К тому времени я весь извелся. Я то садился в машину, то выходил из нее и слонялся вдоль погруженной в сон улицы, сжимая в руке злополучную трубку.

– Крайский?

– Да, – прорычал я.

– Ты был прав, это действительно оказался он. Я имею в виду Моралеса.

– Вы с ним уже пообщались?

– Не успели, он полез на рожон. Ну и черт с ним!

– А…

– Да, она здесь, и пока еще жива, – предвосхитила мой вопрос Рыжая.

– Что значит, «пока»? – я задохнулся от волнения. – Она ранена?

– Нисколечко. – Голос Рыжей зазвучал насмешливо. – Ты сам решишь, как с ней лучше поступить. Считай, что это подарок от меня. Кстати, она не одна, тут ее мать. Словом, приезжай.

Меня охватило смутное чувство беспокойства, и тут я сообразил, что одет неподобающим образом.

– Я буду через несколько минут, – крикнул я в трубку. – Обязательно меня дождись.

Прыгнув в машину, я отрывисто бросил сидевшему за рулем Гвоздеву:

– В гостиницу.

В «Вавилоне» я поспешно натянул на себя заготовленный специально для этого случая легкий летний костюм с элегантной бабочкой. Бабочка, правда, была без батарейки и лампочек, здесь наши вкусы с Гвоздевым не совпадали.

Еще минут через пятнадцать мы прибыли на место. Какая-то фигура маячила у въезда во двор. Еще издали я заметил Рыжую. Завидев меня в новом обличье, она на какое-то время лишилась дара речи. Потом хмыкнула.

– Когда мы появились, они как раз готовились к отъезду, – рассказала она. – Посреди двора стояла машина с работающим двигателем, а из дома носили вещи. Их было трое: Моралес, тот негр и Эскобар. Кстати, Эскобар был при Моралесе кем-то вроде личного секретаря или референта.

– Отлично! – быстро проговорил я. – Она в доме?

Рыжая утвердительно кивнула, и я нетерпеливо двинулся мимо нее.

– Крайский! – было в ее голосе что-то такое, что заставило меня обернуться. – Знаешь, Крайский… Тебе, конечно, будет неприятно это слышать, но только она сама заварила всю эту кашу, эта твоя зазноба.

– Какую кашу? – не понял я.

– Никто не похищал Симу Отс. Никто об этом даже не помышлял, ведь она не была проституткой. Она сама разыскала Махмудова. Она ненавидит своих бывших одноклассниц, и в первую очередь дочь Галагана. Она хотела разорить ее. И… это она дала приказание убить близняшек.

– Ни хрена себе, – удивленно проговорил Гвоздев.

А Миксер только и сказал:

– Хорошая девочка.

В первый момент я был готов наброситься на Рыжую с кулаками. Потом открыл рот, чтобы дать достойную отповедь. Но еще через секунду понял, что, в общем-то, все сходится. Все становится на свои места.

Я молча прошел к дому. Машина, на которой собирался бежать Моралес-Махмудов, по-прежнему стояла посреди двора, только двигатель сейчас был выключен.

Они находились в холле: Сима, ее мать и еще двое с автоматами. Один из сторожей был совсем молодой, у другого уже прореживалась седина. Я сказал им, что они могут быть свободны. Потом повернулся к Отс-старшей.

– Значит это все-таки были вы? Тогда, в ресторане?

Она не ответила. И даже не посмотрела в мою сторону. Тогда я медленно повернул голову и бросил взгляд на ее дочь. Но еще прежде, чем я увидел ее, я уже твердо знал, что передо мной сейчас не Малышка наяву, не та, о которой я грезил ночами и надеялся, наконец, обрести. Я твердо знал, что передо мной… ЧУДОВИЩЕ.

В углу лежало нечто, накрытое одеялом. Я наклонился и слегка приоткрыл его. Три трупа.

– Зачем? – обратился я к ней.

У меня было опасение, что она промолчит, как и ее мать, но она тут же заговорила.

– Что «зачем»? – вызывающе спросила она.

– Зачем я вам понадобился? Зачем нужно было ломать эту комедию с запиской? И, наконец, зачем нужно было убивать однояйцовых?

– Кого?

– Я имею в виду сестер-близняшек.

Она вспылила.

– Плевать мне на близняшек. Мне нужно было время. Галаган не должен был узнать, где находится его отродье, пока я…

– Не выпьешь из нее все соки?

– Да. И вы, коль уж вы так отреагировали на мою фотографию, должны были все время быть начеку. Иначе вы бы сообщили Галагану, где ее дочь, и все бы сорвалось. Убивать же лично вас было рискованно.