Топор - Дональд Уэстлейк

возможно, даже чуть лучше моей. Люди с таким же опытом, как у меня, но образованием, которое выглядит в резюме чуть более выдающимся. Люди, после которых я был бы на втором месте, если бы мое объявление было реальным и я отправил бы свое собственное резюме в ответ.

Людям нравится Эдвард Джордж Рикс.

КОГО ЭТО МОЖЕТ КАСАТЬСЯ

Меня зовут Эдвард Г. Рикс. Я родился в Бриджпорте, штат Коннектикут, 17 апреля 1946 года. Я получил образование в школах Бриджпорта и получил степень инженера-химика в Техническом колледже Хенли, Брум, Коннектикут, в 1967 году.

Во время моей службы в военно — морском флоте — с 1968 по 1971 год — я работал техником-полиграфистом на авианосце флота Уилкс-Барре, где я отвечал за выпуск ежедневной корабельной газеты, а также за выполнение всех заказов и другой печатной продукции на корабле, и где я впервые объединил свое химическое образование с интересом к специальным формам бумаги.

После службы в военно-морском флоте я был принят на работу в Northern Pine Pulp Mills, где с 1971 по 1978 год занимался разработкой продукции. Когда Northern Pine объединилась с Gray-lock Paper, меня повысили до руководства, где я отвечал за ряд продуктовых линеек.

С 1991 по весну 1996 года я отвечал за линейку продуктов для производства полимерных бумажных пленок в Graylock, где заказчиками были почти исключительно оборонные подрядчики. В связи с недавними сокращениями в армии Graylock прекратила производство этой линейки продуктов.

Теперь я могу поделиться своим опытом и экспертизой с другой перспективной компанией в специализированной бумажной промышленности. Я работаю в Массачусетсе с 1978 года, но не возражаю против переезда. Я женат, и мои три дочери на момент написания этой книги (1997) все учатся в университете.

Эдвард Г. Рикс

7911 Berkshire Way, Лонгхолм, Массачусетс 05889

413 555-2699

5

Я бы нанял его до того, как нанял себя. Эта степень в области химической инженерии — настоящая кость у меня в горле.

И уверенность в себе мужчины. И он проработал двадцать пять лет у одного и того же работодателя, так что он, должно быть, хороший и преданный работник (точно так же, как они, конечно, плохие и неверные работодатели, что не имеет значения).

Форма его резюме — единственное, что говорит против него, и этого недостаточно. Этот бизнес «для всех, кого это может касаться» слишком искусственен, как и сдержанная болтовня. Помпезность раздражает, он «может свободно себя преподносить» и у него три дочери «в университете», как будто все они в Оксфорде, а не в каком-то местном колледже. Этот человек, несомненно, педант и зануда, но он идеально подходит для любой работы, для которой я был бы очень хорош, и из-за этого я его ненавижу.

Понедельник, 12 мая. За завтраком я говорю Марджори, что сегодня буду заниматься библиотечным исследованием, на что я действительно иногда трачу время, просматривая свежие журналы и газеты в поисках зацепок за вакансии, которые могли бы открыться, но которые еще не указаны в колонках «Требуется помощь».

По понедельникам и средам Марджори работает на одной из двух своих подработок с частичной занятостью. В прошлом году мы продали Honda Civic, так что мне придется отвезти ее в офис доктора Карни, а затем снова забрать в конце дня. Теперь она работает секретаршей у нашего дантиста два дня в неделю, и ей платят сто долларов в неделю неофициально. По субботам днем она работает кассиром в «Нью Варьете», нашем местном кинотеатре, это ее другая работа на полставки, где ей платят минимальную зарплату по бухгалтерским книгам, вычитаются налоги, и она ничего не приносит домой. Но она чувствует себя лучше, когда выходит из дома, чем-то занимается, и преимущество в том, что мы можем ходить в кино бесплатно.

Однако сегодня доктор Карни. Я отвозлю Марджори в торговый центр, где находится его офис, и оставляю ее там в десять. Теперь у меня есть восемь часов, чтобы доехать до Массачусетса, посмотреть, как обстоят дела с EGR, и вернуться в торговый центр, чтобы забрать Марджори в шесть.

Но сначала я должен вернуться в дом, так как я не осмелился взять с собой «Люгер», пока Марджори была в машине. Дома я кладу пистолет в пластиковый пакет из аптеки, несу его к машине и кладу на пассажирское сиденье рядом с собой. Затем еду на север.

Ехать сорок пять минут на север, в Массачусетс, затем повернуть направо на Грейт-Баррингтон и еще тридцать минут езды до Лонгхолма. Попутно я продолжаю вспоминать мероприятие с Everly на прошлой неделе, которое теперь кажется мне настолько чистым и совершенным, насколько вообще может быть подобный опыт. Повезет ли мне сегодня снова? Могу ли я просто еще раз последовать за почтальоном и заказать доставку EGR прямо мне на колени?

(Конечно, я понятия не имею, что произошло после того, как я покинул «Эверли» на прошлой неделе, и я думаю, было бы опасно пытаться это выяснить. Стрельба была недостаточно важной, чтобы о ней писали в New York Times, а единственная другая газета, которую я обычно читаю, Journal, наш местный еженедельник, не распространяется так далеко, как Фолл-Сити. Наша кабельная служба не транслирует местные каналы, но я сомневаюсь, что «Эверли» попала в телевизионные новости.)

Мой дорожный атлас Массачусетса показывает Лонгхолм примерно в двадцати милях к западу от Спрингфилда и к северу от магистрали Массачусетс Тернпайк. Беркширская дорога — еще одна извилистая черная линия, снова напоминающая холмы, простирающаяся за пределы собственно города, на этот раз на север. Мне приходится долго объезжать город и держаться проселочных дорог, но я думаю, что это стоит потраченного времени и хлопот. Тем не менее, уже почти двенадцать часов, когда я наконец сворачиваю на Беркшир-уэй.

Это определенно более сельская местность, с несколькими настоящими фермами по пути. Частные дома в основном большие, но непритязательные, как будто жители не чувствуют, что им нужно что-то доказывать своим соседям. Сельская местность более открытая, с расчищенными полями и широкими долинами, а не с поваленными лесами Коннектикута. Здесь нет ощущения пригорода, возможно, потому, что это слишком далеко от Нью-Йорка, Бостона, Олбани и любого другого городского центра на северо-востоке.

7911 Berkshire Way оказывается современным домом традиционной планировки, расположенным по правую сторону дороги, по которой я проезжаю. Вероятно, построен после Второй мировой войны, когда мальчики вернулись домой, чтобы создать из нас бэби-бумеров, чтобы