Маг и Отшельник - Маргарита Малинина

гадалке не помешает. — Сила и Восьмерка Кубков — уход, причем резкий, при поддержке каких-то серьезных обстоятельств — «Сил».

— А вы сказали ему об этом?

По отсутствующему выражению лица опера было ясно, что он не верит «во всю эту чепуху», как эзотерику и гадание называют обычно скептики.

— Вы же смотрели запись стрима, стало быть, знаете, что нет. О таких вещах как-то неудобно говорить. Тем более всегда есть вероятность, что человек свернет на другой путь и обойдется легким испугом. Допустим, авария произойдет у него прямо на глазах и, если бы он не отвлекся на пришедшее сообщение и не сбавил бы скорость почти до нуля, он бы успел в этой аварии «поучаствовать», — рассказала я то, чему свидетелем была сама. — В общем, я предостерегла его, сказала, чтобы он был осторожен. — Видя, что опер по-прежнему мне не верит, я добавила с хитрецой: — За пятьсот рублей — это максимум, на что он мог рассчитывать!

Опер выдал гнилую улыбочку, мол, все понятно с вами, мошенниками. Только деньги для вас имеют ценность. А я слегка кивнула. Пусть думает, как ему приятнее.

Хотя нет, пусть не думает… Ведь «приятнее» для него — посадить меня, представив следствию как соучастницу. Только зачем соучастнице так глупо подставляться в прямом эфире? Но на это его мозгов уже не хватит. Или он считает, что не хватает мозгов у меня. Мы же, блогеры, известные позеры. Убиваем людей в прямом эфире и совершаем прочие противоправные действия, заходя при этом в профиль со своего собственного IP, а не через какой-нибудь VPN, а потом удивляемся, что нас поймали. Действительно дебилы, чего уж… И я, видать, не исключение.

— Его зарезали в подъезде через час после вашего расклада, — снизошел-таки опер до пояснения.

— Десятка Мечей, — удовлетворенно закивала я.

— Прекратите! — фыркнул он, но быстро остыл. Видимо, вспомнил, что девяностые давно прошли, и сейчас никто не «прессует» подозреваемых после громких перестрелок в подворотнях.

Когда брезгливо-гневное выражение покинуло его лицо, я с удивлением обнаружила, что опер довольно симпатичный. Темные волосы и светло-серые в легкую голубизну глаза — сочетание, достойное аристократов. Милые родинки, рассыпанные хаотично по лицу и даже угодившие на шею — дальше не видно, одежда мешает, — вызывают материнский инстинкт. В ком-то веснушки будят желание защищать и оберегать, а во мне, значит, родинки. Но я быстро поборола все светлое, что родилось во мне от созерцания капитана полиции, ведь я знала, как никто другой, как обманчива бывает внешность.

— Значит, вы не знакомы с потерпевшим и не в курсе, кто мог желать ему смерти?

— Лично я — нет, но за пятьсот рублей могу сделать расклад.

Опер зло сплюнул прямо на ковер и покинул мою квартиру, попросив напоследок грозным тоном никуда не уезжать. Слава богу, ну и вали себе. Я как раз собиралась принять душ, а тут его черти принесли. Ну или кто там… Надо же, как оперативно сработали. Позавчера вечером зарезали дядьку, а сегодня, опять же вечером, они у меня дома. Неужели других подозреваемых нет? Причем в дверях ничего не сказал, только представился (Лисин? Лесин? Я уже и забыла) и попросил войти. После этого вместо кухни, куда обычно направляются гости, тем паче незваные, он зашел в мою спальню (какая наглость! хотя дверь была открыта все же), где я провожу трансляции (комната огромная и поделена на два сектора), внимательно все осмотрел, весь антураж, который ограничивался строго обзором камеры, даже черная стена (не краска, а просто натянутая на обои тряпка) закачивалась аккурат там, где начинался другой сектор (спальня), который не видят мои зрители, и только после этого начал задавать вопросы. Дядьку было жалко на самом деле (не мента, конечно, а убитого), но я ничего не могла для него сделать.

Ложась спать, я вытащила одну карту из колоды. Карта будущего дня. Я не всегда так делаю, полагая, что жизнь должна идти так, как она идет, но иногда интуитивно понимаю, что вот прямо сейчас мне нужна какая-то подсказка.

Выпала Луна. Карта-предостережение, означающая опасность и скрытых врагов. Хм, странно. Вроде ни с кем не конфликтую последнее время. Я отложила колоду и выключила звук в телефоне — всего за минуту, как выяснилось позже, до рокового сообщения, перевернувшего впоследствии всю мою жизнь.

Просыпалась я тяжело, за два-три этапа, как всегда бывает после долгой насыщенной трансляции. Я в принципе не самый общительный человек, и необходимость разговаривать, да еще и трактовать карты, забирает у меня много энергии. А некоторые ведьмы, кстати, считают, что Таро — энергетический вампир и берут такую вот плату за оказанные услуги. Что ж, пускай. Они ведь меня кормят. Подумаешь, посплю на пару часов дольше…

Так вот, я проснулась, потянулась к телефону, увидела время и легла снова спать, не заметив значок нового сообщения — я по утрам тугодум и до ужаса невнимательна. Выдернув себя из утренней дремы и в очередной раз поняв, что вставать нужно сразу, а не «когда-нибудь» потом, ибо с каждым разом в голове все больше тумана, а в теле все меньше бодрости, я снова потянулась к мобильному. Времени уже было заполдень, а значит, я проспала после первого просыпания около часа. Я отложила телефон с намерением вот прямо сейчас встать, только пусть глаза еще чуть-чуть отдохнут… И в конечном итоге поднялась уже в половине второго. У всех так происходят утренние просыпания или я какой-то особый подвид гомо сапиенс? А впрочем, у большинства людей по утрам какая-то официальная работа, где их ждут к конкретному времени, а значит, им тройные засыпания и просыпания — непозволительная роскошь и блажь.

Итак, умывшись и позавтракав, я наконец-то добралась до сообщения. Мозг еще недостаточно проснулся, чтобы четко осознать посыл. Однако мурашки уже побежали стройным муравьиным рядом по спине.

«Я знаю, что ты сделала. Я расскажу».

— Ну и рассказывай, — ответила я нарочито бодрым голосом, зевнув, и бросила телефон на кухне. Сегодня я собиралась смотреть новый сезон любимого сериала, так что мобильный мне не понадобится. И стримить, пожалуй, не буду. Надо отдохнуть от общения.

Через два часа, проголодавшись, я заказала пиццу. Молодой курьер, вручая большую коробку, из которой вырывались аппетитные запахи, кивнул куда-то вбок, где должна быть стена метров три длиной, и только потом дверь соседей.

— Вандалы малолетние. Вызовите участкового, у нас в доме тоже бегали, когда домофон не работал, так он быстро их нашел и за уши оттаскал.

Господи, я, видимо, до сих пор не