Картина с убийством - Юлия Владиславовна Евдокимова

поклон в сторону Саши. Никколо скривился. — И мы надеемся, что вы попытаетесь пролить свет на появление картины.

— Считайте, что здание выполнено. Я узнала, что антиквар приобрел картину у старой женщины из Сиены. Она недавно умерла, так что никаких проблем с той стороны не будет.

— Прекрасно, просто замечательно, мы не ошиблись в вас, синьорина! — Фра Маттео довольно потирал руки. Саша давно общалась со священниками, а с некоторыми дружила, но фра Маттео почему-то был ей неприятен. Какой-то он слащавый, неестественный.

— С убийством сложнее, но я не сомневаюсь, что скоро мы раскроем преступление, — сказал Никколо. Похоже, убийство интересует церковного чиновника гораздо меньше, чем картина.

— Cominciate col fare ciò che è necessario, poi ciò che è possibile. E all'improvviso vi sorprenderete a fare l'impossibile.

— Простите? — Переспросила Саша.

— Как говорил наш любимый Святой Франциск, начните с того, что необходимо, затем с того, что возможно, и вы удивитесь, что внезапно совершите невозможное. Я верю в вас, уважаемый полковник. Надеюсь, что убийца, осквернивший святое место, будет найден в короткие сроки. Да благословит и вдохновит вас Отец Небесный.

* * *

Саша с карабинером устроились в старомодном ресторанчике, словно материализовавшимся из середины прошлого века. Мягким фоном играли аккордеон и акустическая гитара, на стенах- фотографии Клаудии Кардинале, Джины Лоллобриджиды, Софии Лорен и единственного мужчины в женском царстве- Марчелло Мастроянни.

Саша и Никколо сели за свободный столик у окна и пролистали меню.

Брускетты с помидорами и жареными оливками и капоколло — вяленая шейка как антипасто, странгоцци- умбрийская паста, похожая на феттуччини, с трюфелем из Норчи и сливочным маслом, знаменитое вино Сагрантино ди Монтефалько по очереди появлялись на столе. Аромат трюфеля, который официант натер над пастой на специальной терке, окутал терпким облаком.

Вместе с вином на столе появился кувшин с красным напитком, в котором плавали палочка корицы и кусочки фруктов.

— Мы готовим этот напиток из смеси сока белого и красного винограда, добавляем чуть-чуть фруктов. Он очень популярен, мы сами его придумали и называем Sangria Vergine, девственная сангрия. Не все туристы, тем более паломники, хотят пить вино, а вода- это скучно.

Обед закончился, уже подали кофе, когда к их столику скользнула девушка в джинсах и кожаной курточке, с темно-русыми волосами, волной спадающими на плечи. Девушка была настолько красива, что даже у Саши захватило дух. А Никколо… он выглядел так, словно его только что ударила молния.

Полковник молчал и пялился на незнакомку, пришлось Александре поинтересоваться, чем они могут ей помочь.

— Мне очень нужно с вами поговорить.

— Мы знакомы? — Наконец выдавил Никколо.

— И да, и нет.

У девушки была идеальная кожа, черты лица, словно нарисованные художником Эпохи Возрождения, идеальная фигура. Вот как, как появляются на свет настолько прекрасные создания?

— О чем вы хотели поговорить? Может быть, кофе? Мы как раз закончили обедать.

— О… наверное, нет, мне неловко… я займу всего лишь несколько минут вашего времени.

— Три кофе! — Махнул официанту Никколо. — Но… я все же где-то вас видел.

— И я тоже, — подумала Саша, лицо девушки казалось знакомым, но она никак не могла вспомнить, где ее видела.

Щеки незнакомки порозовели, от чего она стала еще прекраснее.

— На самом деле мы встречались позапрошлой ночью…

— О, как! — иронично подняла брови Саша

— Вы… — глаза Никколо округлились. — Вы — монахиня?

— Не совсем. Я не принимала обетов, но скоро собираюсь их принять. Я послушница.

— Как вас зовут?

— Аньезе.

— Сестра Аньезе?

— Нет, просто Аньезе. Я же сказала что не принимала обетов.

Если Никколо продолжит пялиться на Аньезе, не говоря ни слова, они так ничего не узнают. Придется брать дело свои руки.

— Так о чем вы хотели поговорить?

— Я была очень предана матери-настоятельнице. Она мой наставник не только в духовной но и в повседневной жизни. Она всегда была рядом с нами и готова помочь. Но…

— Но?

— Но управлять монастырем не просто, порой приходится принимать решения, которые расстраивают других людей. Даже в монастырях бывают недоразумения и споры, и еще решения вышестоящих, с которыми приходится мириться… Не все к такому готовы.

— И не все искренне любили Марию-Серафину?

— Да, но это нормально, монахини живые люди а не роботы. Но никто не мог бы ее убить… я очень надеюсь… не смею об этом думать… Вы же знаете о краже?

— Картины, появившейся ниоткуда, исчезнувшей в никуда и оставившей труп. Простите…

— Она стоит больших денег.

— Это эскиз.

— Не совсем так. Это самостоятельная картина, и неизвестная работа Пинтуриккьо стоит очень дорого.

— С чего вы взяли?

Щеки девушки снова порозовели.

— Я случайно услышала разговор матери-настоятельницы по телефону.

— Откуда узнала она?

— Я не знаю… Я шла по коридору, дверь была открыта и я услышала всего несколько фраз.

— Но раз вы подошли к нам сейчас, значит, хотели сказать что-то важное? — На Сашу чары прелестницы не действовали, наоборот, вечное чувство женского соперничества заставило насторожиться.

— Я хотела извиниться. Нас всех вызвали на станцию карабинеров, а я не пришла, плохо себя почувствовала, поэтому решила воспользоваться моментом и рассказать все сейчас, когда случайно вас увидела.

— Список тех, кто должен явиться, у местных карабинеров. Я даже не знаю, кого они пригласили. — Никколо засуетился, заявил, что довезет девушку до монастыря.

Саша никогда не видела полковника таким. Она сказала, что доберется на виллу на такси, Никколо принял это как должное и забыл о ней через секунду.

А девушка решила прогуляться по городу, прежде, чем отправляться на виллу. Она думала о двух встречах и удивлялась. Фактически никто ничего не сказал. Много слов, и никакой информации. Даже непонятно зачем они встречались с фра Маттео видимо, нельзя было не явиться к официальному лицу епархии в Ассизи. Также и Аньезе. Зачем она подошла, если ничего и не сказала?

Но если эскиз и вправду полноценная картина, все меняется. За такие деньги могут и убить. Антиквар не понял, что попала в его руки?

Но мысли все время уходили в сторону от картины и убийства. Никогда, ни разу за все время их знакомства Никколо не смотрел на Сашу так, как на прекрасную Аньезе. Хотя он не делал предложения, это подразумевалось в ближайшем будущем, они даже пытались жить вместе, но сегодня девушка поняла, что все это было абсолютно не серьезно.

Только что она впервые увидела, как любовь ударила человека молнией прямо в сердце. Прямо на ее глазах. И ничем другим это просто не может быть.

Она представила лицо Аделе делла Ланте, когда графиня узнает, в кого влюбился ее