Субъекты безумия - Чжу Минчуань

видеонаблюдения точно не были подделаны, какие еще могут быть подтверждения? Мне действительно больше ничего не приходило в голову. Вдруг у Ню Дагуя обострилась болезнь и психическое расстройство вновь дало о себе знать, а его слова – это чушь, которую он придумал, чтобы обмануть меня?

Сейчас я понимаю, что был тогда слишком самоуверен. Я изначально думал, что у моих книг достаточно запутанные и необычные сюжеты, но Ню Дагуй превзошел все мои ожидания. Я никак не мог подумать, что он действительно говорил правду. Когда я вернулся, меня ждал поистине большой сюрприз. Но об этом будет сказано позже.

Той ночью, поговорив по телефону, я хотел дождаться Ян Кэ, чтобы немного побеседовать с ним. Прождав его какое-то время, глянул на часы – одиннадцать вечера, а он все еще не вернулся… Я весь день был за рулем, сильно устал и постоянно зевал, поэтому зажег спираль от комаров и пошел спать.

Комары в Маншане словно маленькие вампиры, обычные средства никак от них не спасали. Все мое тело покрылось волдырями от укусов. Я еще долго ворочался в кровати; только когда в комнате стало не так жарко, а комары наелись досыта, я провалился в сон.

Не знаю, сколько было времени, но тут вернулся Ян Кэ; от него несло спиртным. Он улегся на маленькую кровать, даже не приняв душ. Я и так-то спал на боку, но, улегшись на кровать, Ян Кэ одним махом столкнул меня на пол.

– Эй! – крикнул я от боли и раздражения.

Свет уличных фонарей пробивался снаружи, и я увидел, что Ян Кэ уже лежит с закрытыми глазами. Он не снял ни обувь, ни одежду, только рубашка была наполовину расстегнута, обнажая накачанную грудь. Тут я вспомнил, как во время учебы мы изучали различные анатомические схемы и изображения внутреннего строения человека.

– Ян Кэ, ты совсем с катушек съехал? – Я все еще был вне себя от злости.

Достав телефон, я увидел, что было два часа ночи. Ян Кэ упился до полного бесчувствия, и я никак не мог улечься рядом на такой крошечной кровати. Обычно Ян Кэ был вполне стабильным и надежным человеком, он редко напивался до такого состояния. Никто в хорошем расположении духа не пойдет в одиночку распивать алкоголь. Может, это из-за того, что недавно заведующий упомянул его отца? В этом плане я мог его понять – и не стану препираться с ним по этому поводу.

При сильном опьянении лежать на спине ни в коем случае нельзя. Если возникнут рвотные позывы, в таком положении очень тяжело вытошнить, и может произойти вброс содержимого желудка в гортань. Если при вдохе оно попадет в легкие, то велика вероятность асфиксии, что приведет к смерти. А сон на животе может вызвать нарушение ритма дыхания, что только усугубит состояние алкогольного опьянения. Когда пьяный человек засыпает, ему лучше всего спать на боку, сняв тесную одежду – или хотя бы ослабив галстук и расстегнув пуговицы. Голову необходимо повернуть набок и чуть запрокинуть назад, чтобы было легче дышать. Я помню это со времен учебы в университете.

Ян Кэ справился с задачей только наполовину, поэтому, согласно всем правилам, я уложил коллегу в нужной позе, чтобы ему было удобнее спать и ничего не угрожало его жизни и здоровью. На самом деле очень много людей умирают из-за того, что сильно напились и легли спать в неправильной позе… В конце концов мы с Ян Кэ приехали сюда вместе и я снимаю у него квартиру, поэтому считаю себя в какой-то степени ответственным за его безопасность. Чтобы он не ворочался и не перевернулся на спину среди ночи, я сел на край кровати и подпер его сбоку, а голову опустил на угол стола – и так задремал.

Очень скоро наступило утро. Мы с Ян Кэ проснулись почти одновременно; нам обоим было очень неловко, и поскольку мы поняли друг друга без слов, никто из нас не заговорил о прошлой ночи. Позавтракав, мы в спешке направились в местную поликлинику, чтобы увидеться с двумя пациентами, которые еще оставались в городке.

Коллеги, работающие в пункте наблюдения, представили нам пациентов. Одного звали Чжан Лэй – он был уроженцем Яньтая провинции Шаньдун, занимался торговлей фруктами и часто ездил на границу с Вьетнамом; женщина по имени Люй Янь прибыла из Цзюцюаня провинции Ганьсу, здесь она впервые и прибыла как турист. Оба пациента озадачили нас – мужчина уже много раз приезжал в Маншань, но заболел только сейчас, а девушка и вовсе приехала сюда в первый раз. Только поэтому ситуация уже вызывала много вопросов.

Местная поликлиника находилась недалеко от той самой мифической могилы Столетнего предка. Стоя у ее входа и слегка приподняв голову, можно было увидеть дым, исходящий с места захоронения. Конечно, дым источала не сама могила – кто-то на вершине поминал предков.

Я какое-то время смотрел в сторону горы, затем развернулся и зашел в поликлинику. Нашел палату, где лежал Чжан Лэй, а Ян Кэ направился к Люй Янь. Медработники поликлиники переживали, что, так как психическое состояние пациентов совсем плохое, они могут тайком сбежать и причинить кому-то вред, поэтому одолжили у полицейских наручники и приковали пациентов к больничным койкам. В подобных маленьких приграничных городках обычно нет специальных медицинских приспособлений – как, например, ремней-фиксаторов, – поэтому врачам оставалось только одолжить наручники у полицейских. Тут не могло быть каких-либо вопросов, все всё понимают. В конце концов, никому не захочется, чтобы пациент сбежал из клиники или кому-то навредил.

Чжан Лэй уже немного пришел в себя. Увидев, что я захожу в палату, он с ужасом в глазах посмотрел на меня и воскликнул:

– Доктор, я вовсе не болен, мне не нужны уколы!

Пункт наблюдения предоставил мне соответствующие материалы о пациенте. Когда Чжан Лэя усмирили и положили в поликлинику, врачи вводили ему внутривенно фенобарбитал, чтобы снять раздражительность. Фенобарбитал применяется в качестве седативного средства, а в поликлинике был только этот препарат. В таких удаленных местах существует огромный дефицит лекарственных средств, поэтому можно понять, почему пациенту ввели седативное средство в небольших дозах.

Я не хотел вызывать у него лишнее волнение, поэтому сразу представился:

– Я доктор Чэнь. Можете не переживать – я здесь не для того, чтобы ставить вам уколы.

На мне не было белого халата, и это немного притупило бдительность Чжан Лэя. В душе я порадовался, что сегодня верно подобрал себе одежду. Мы с Чжан Лэем ровесники, и я хотел для начала присесть