Настоящее пробуждение. Real Awakening. Книга 2 - Си Чжицзяо

оставался тонкий кровавый след. В воздухе стоял сильный рыбный запах, а грязная вода на полу поблескивала кровью.

Недалеко по полу были разбросаны окровавленный скальпели, плоскогубцы, пинцеты и обломки инструментов, а стоявший рядом металлический крест был обмотан пеньковой веревкой, с одного конца которой капля за каплей стекала кровь, падая в воду с тихим «кап-кап»…

– Вэйвэй, давай, скажи «папа». – Он скривил обветренные губы в улыбке, посмотрев на гроб.

Пауза затянулась, пока наконец не раздался тихий голос.

– Папа, папа…

– Да, Вэйвэй, все правильно! Это папа, папа! – Он взволнованно похлопал себя по груди, но тут его восторг был прерван девичьим голосом.

– Нет, это, кажется, не папин голос…

Он ошеломленно покачал головой.

– Как же так? Вэйвэй, послушай внимательно, почему ты говоришь, я не твой папа? Папа здесь, папа Вэйвэй здесь…

– Нет, голос папы звучит не так…

– Вэйвэй, я правда твой отец! Ты еще помнишь, как ты любила розы в детстве, потому что они были похожи на твое имя, поэтому твой папа часто водил тебя в цветочный магазин по выходным, чтобы купить разноцветных цветов. Были красные, голубые, сиреневые. Я помню, что сиреневые были самыми любимыми у Вэйвэй. На каждый день рождение Вэйвэй папа покупал тебе большой букет сиреневых роз. Ты помнишь?

В гробу было тихо. Спустя некоторое время раздался нерешительный вопрос:

– Ты… правда мой отец?

– Ну, конечно!

Он энергично закивал головой и собирался вытереть слезы с глаз, как вдруг почувствовал холод на тыльной стороне ладони.

Из гроба высунулась маленькая бледная рука. Тонкая, кожа да кости, а пальцы были словно веточки – горстка безжизненных костей.

Она медленно коснулась тыльной стороны его ладони. Прикосновение было холодным, как лед, но тонкие пальцы оказались неожиданно сильными, подобно металлическим щипцам.

– Папа… – тихо позвала она. – Вэйвэй любит папу больше всех на свете.

– Ах, папа тоже очень любит Вэйвэй! – Улыбнулся он со слезами на глазах, крепко сжав в ответ стылую руку, и приложил ее к своей щеке.

* * *

Если напавший не отец Шэнь Вэй, Шэнь Гочжун, тогда кто он? Почему он подражает методам Гочжуна в убийствах? Что означает окровавленные розы, оставленная рядом с жертвами?

Е Сяо был озадачен этими вопросами. Хоть в нем не особо отзывалась теория о восставших мертвецах, теперь даже показания Жосюэ подтвердили, что это не более, чем выдумка Су My. Просто одно из предположений.

В тот день после работы Е Сяо и Су My сидели в ресторане западной кухни за столиком у окна. На улице было пасмурное и серое небо, как и лицо Су My в тот момент. Он, держа приборы в руках, мрачно смотрел на Е Сяо. Если бы он захотел, то запросто налетел на Е Сяо и прирезал его столовым ножом за чавканье.

Иногда непробиваемость и невосприимчивость можно считать талантом. Например, когда, сидя в приличном западном ресторане, он чавкал купленными на улице гамбургерами так, будто находился в безлюдном переулке, и время от времени его лицо сияло блаженством.

– Ну, этот стейк-бургер из нового меню того сетевого магазина. Он очень вкусный… мгм… мгм… намного лучше, чем еда, приготовленная той малявкой дома. Мгм… мгм… я лучше пойду. Но, прежде чем уйду, я поем, иначе меня опять будет мучить несварение…

Су My понятия не имел, о чем говорит его напарник, но он потерял всякий аппетит просто от взгляда на него.

Он отложил приборы и угрюмо сказал:

– С тех пор, как мы стали напарниками, спокойно поесть стало роскошью.

– А? Ты что-то сказал? – Е Сяо поднял голову и широко улыбнулся. В уголке его губ осталась небольшая капля кетчупа. Он высунул язык и слизнул ее, а затем перевел взгляд на тарелку Су My и бесцеремонно спросил: – Ты уже доел? Можешь отдать мне этот толстый кусок сыра, хочу добавить его к себе. – Он указал на недоеденный бургер.

На лицо Су My опустилась тьма.

– Хорошо, – ухмыльнулся он. – Но ты должен обменять его на кусок стейка.

– Обмен? – Е Сяо опустил голову и посмотрел на восхитительный кусок стейка, зажатый между двумя кусочками булки, и тут же покачал головой и закатил глаза. – Не буду меняться. Это нечестно. Забудь, не нужен мне твой сыр.

– А ты думал тебе что-то просто так достанется? Ждешь манны небесной? – Су My в ответ также закатил глаза и прикусил себе язык. «Зачем я последовал примеру этого идиота и вступил с ним в этот бессмысленный диалог?»

– Ну, что будешь делать дальше? – жуя, спросил Е Сяо.

– Делать дальше?

– А как же, кое-кто опроверг твою далекую от реальности идею. Убийца не казненный сорок девять лет назад Шэнь Гочжун. В каком направлении будет двигаться расследование?

Лицо Су My, казалось, покрылось коркой льда. Он сделал глоток лимонада и промолчал.

– Что ж, не расстраивайся. Все мы совершаем ошибки. Нужно просто признать это и двигаться дальше. – Е Сяо улыбнулся пораженному Су My и спросил: – Кстати, что там с портретом нападавшего?

Поскольку Мяо Жосюэ не подтвердила, что нападавшим был Шэнь Гочжун, полиция предложила нарисовать портрет преступника на основе слов свидетеля. Жосюэ не могла говорить и могла лишь посредством кивков или покачиваний головой отвечать на вопросы о внешнем виде нападавшего. Потребовалось немало времени, чтобы завершить портрет.

– Он готов, я сегодня утром получил его. – Су My взболтнул лимонад, наблюдая за ломтиком лимона в стакане, и выглядел удрученным.

– Закончен? А что ж ты мне раньше не сказал! – Е Сяо наклонился вперед и нетерпеливо поинтересовался: – Ну как? Как выглядит убийца?

Су My поднял на него взгляд и достал из кармана сложенный лист бумаги.

– Это лицо обычного мужчины средних лет. Таких полным-полно на улицах. У него нет каких-то внешних примечательных черт. Выглядит трусовато, совсем не походит на отпетого преступника.

– А ты когда-нибудь видел преступника с надписью: «Я убийца» на лбу?

Су My поперхнулся.

Е Сяо наклонил голову к портрету, заталкивая в рот остатки гамбургера, затем без спросу выхватил у Су My лимонад и в один большой глоток выпил его до дна. Счастливо отрыгнув, он спросил:

– Вы нашли, кто это? Чем он занимается?

– Ничего. Обычный человек, – ответил Су My, закрыл глаза и усталым голосом продолжил: – Его зовут У Чан, мужчина, сорок лет, бывший разработчик игрового программного обеспечения W Group.

– Бывший?

– Да, его уволили три месяца назад. – Парень откинулся на спинку стула, скрестив ноги. – А два года назад его жена с дочерью бросила его и ушла к другому мужчине.

– Похоже на жизнь Шэнь Гочжуна, – нахмурился Е Сяо. – Человек необычайного