Преступление в «синих» тонах. Том №1 - Оксана Александровна Ливанова

— Конечно, я ему два месяца назад это сказала, как только цикл очередной пропустила. Он глаза округлил, а на следующий день общаться перестал. Взгляд в пол, мимо проходит. На прошлой неделе с новой «Барби» в университет пришёл. Ноги от ушей, задница и губы в силиконе. Как в худших сценариях дешёвого кино было. Мимо прошёл с ней под ручку, даже не поздоровался. Вот такие дела.

— Ксюша, ты зачем раньше молчала? С ума сошла? Ну хоть бы поплакала у меня на плече, или просто сказала. Ходишь как мумия, ни дать, ни взять. Срок беременности совсем плохой. Или ты рожать надумала?

— С ума сошла? Нищету плодить. Я себя то прокормить не могу, а тут дитя малое. И как его нянькать? Днём МГУ, ночью работа.

— Тогда сама знаешь, операцию срочно делай.

— Да была я у врача, поздно говорит. 15 недель уже.

— Ну ты даёшь. И какой выход?

— У тебя хотела спросить, сама я не знаю, что делать.

— Операцию на таком сроке делать очень опасно. Если решила не рожать, жди ещё месяц, потом другую сделают, но это тоже плохо.

— Нина, помоги мне пожалуйста. Ну есть же способ, должен быть. Я отблагодарю, ты же знаешь. У меня денег на «подпольную» в частной клинике нет. Я договорюсь, но мне две тысячи баксов нужно, за меньшее они не хотят браться.

— Ну ладно, чего ты, дам конечно. Главное, не отчаиваться. А с этой сволочью что делать? Папашкой недоделанным?

— Позже с ним разберусь, поверь мне. Вместе с новой «Барби» похоронят, не сомневайся.

— Да ты чего говоришь то, «тьфу» тебя. Накажи, да и дело с концом. Смерть нельзя звать, когда ещё ей не время. Ну он козёл конечно, не без этого, но, чтобы смерть…

— Нельзя, чтобы такие уроды плодились и размножались. Поэтому это «чистка» от генетического уродства будет, а не преступление. И не говори не кому, что я сказала. Я всего лишь злобу высказываю. Не убью конечно, просто накажу. Не переживай.

— Ну отлично тогда. Беги в клинику, я тебе бабки перевела на карту. Забрать тебя оттуда?

— Да, если можно. Я на завтра договорилась, ночью оперировать будут. Забери по адресу, какой скину. Сама не дойду после наркоза.

— Ну лады, конечно.

На следующий день Ксения сидела в кабинете у врача, который согласился оперировать её на таком сроке. Взяв деньки в «конверте», он молча протянул ей бумагу, в которой было прописано, что в случае её смерти, или непредвиденных обстоятельств в виде удаления не жизненно важных органов, пациентка берёт на себя ответственность, и претензий к данной клинике предъявлять не будет. Она «хмыкнула» на эту бумажку, и смело подписала.

— Повторюсь, Ксения, — продолжил диалог врач, — можно месяц подождать, и без особых проблем удалить плод. 15 недель, очень плохой срок. Зачастую, он приводит к очень «плачевным последствиям». Ты уверена, что не можешь подождать?

— Я уверена, доктор, — сказала Ксения и встала с кресла, на котором сидела как приклеенная битый час, — я хочу избавиться от этого кошмара, и вряд ли вы меня отговорите. Я родилась в нищете, росла в ней же и прекрасно знаю, на какую жизнь обрекаю ребёнка. Он не виноват, что отец оказался подлецом, а мама наивной дурой была. Это урок для меня на всю жизнь. Если я окажусь после этой операции «бесплодной», то только спасибо вам скажу. Мне уготовила судьба «дерьмовую» жизнь, и я не потащу туда невинную душу. Сберегу её, для другой судьбы. Пусть она поселится у той мамы, которая очень счастлива, что у неё родится малыш. Я всё сказала, доктор. Куда мне идти?

— В палату. Тебя сейчас проводят. Не ела сегодня?

— И вчера, и позавчера тоже не ела. У меня нет денег на еду. Поэтому, не переживайте.

— А откуда тогда деньги на операцию?

— Подруга из общаги одолжила. И отрабатывать мне эту вашу процедуру придётся в течении года трудом великим.

— Понятно, иди готовься, Ксюша.

Она ушла, тихо прикрыв за собой дверь. А доктор тяжёлым взглядом смотрел ей в след. «Такие как она рождены либо убивать, либо воскрешать. Не дай бог ей на пути попасться, да ещё «накосячить» там. Лучше стороной таких обходить. И вот чует моя душонка грешная, что операция тоже будет не удачная» — подумал он и вздохнул.

Ну вот как он подумал, так и произошло. Ксения на двадцать восьмой минуте операции «закровила». И всё очень пошло «не так». Пришлось пережимать вены матки, и ушивать разрывы. Матку не удалил, спас. Но её мечта о «бесплодии» осуществилась. Забеременеть она не сможет никогда.

Выйдя из операционной, доктор вытер пот со лба, и уныло пошёл по коридору. Работа выполнена плохо, и деньги, которые он взял у этой «каменной» леди, жгли ему карман. «Своими руками мальчика погубил, и маму обесплодил. Пусть будет проклята моя профессия, и весь этот мир пусть будет проклят, который рожает такую жестокость» — думал он по дороге в ординаторскую.

Нина приехала за Ксюшей рано утром. Подруга вышла из клиники вся бледная, с синевой возле губ. Без лишних разговоров, она помогла ей добраться до дверцы машины, и открыв её, аккуратно посадила на заднее сиденье. Когда они подходили к комнате в общаге, Ксюшу уже штормило от слабости и кровотечения. Дойдя до своей кровати, она упала лицом вниз. Не заплакала, нет. Сильная и властная, она не позволила себе эту слабость. Но ей было очень больно, и она попросила Нину дать ей обезболивающее, которое лежало у неё в сумке. Врач, который оперировал её, дал на всякий случай, если будет сильно больно. Началась борьба за выживание. К ночи, Нина вызвала скорую помощь. Ксюша температурила и уже бредила в забытье. С матраса под её кроватью на линолеум капала алая кровь. Ждать больше было нельзя.

Утром Ксению повторно прооперировали уже в бесплатной больнице, и отняли во время экстренной операции ей все репродуктивные органы. «Подпольный» аборт в этом сроке чуть не стоил ей жизни. Нина, которая сидела возле операционной в ожидании конца всех медицинских процедур, не ответила ни на один вопрос медиков. Нельзя было говорить, что были заплачены огромные деньги врачу из частной клиники, иначе у них будут большие проблемы. И Ксюша велела молчать ей, во чтобы то ни стало. Вот она с закрытым ртом и сидела. И плакала. А что можно сделать в такой ситуации? Только переживать и надеяться на то, что подруга выживет.

После недели, проведенной в