Стеклянный дом - Сара Пекканен

Разум наконец хватается за плотный узел, находящийся в самом эпицентре проблемы, которую я так долго старалась решить, и начинает его распутывать. Если Гарриет узнала об интрижке, угрожающей семейному благополучию, и если семья так важна для нее, почему она не приняла меры, чтобы положить этому конец?

У меня пересыхает во рту, когда в голову приходят два слова: или приняла.

– А не лучше ли выпить немного шардоне вместо воды? – спрашивает Гарриет. – Как вы на это смотрите, Стелла?

Во рту так сильно пересохло, что я с трудом выдавливаю:

– Было бы неплохо.

Пока она доковыляет до кухни, у меня будет немного времени, и кто знает, может, я сумею развязать этот проклятый узел!

– После вас. – Гарриет, встав у своего стула, жестом приглашает меня проследовать на кухню.

Кратчайший путь туда – обогнуть журнальный столик и пройти мимо Гарриет. Но мои инстинкты кричат, чтобы я и близко к ней не подходила. Поэтому я обхожу журнальный столик с другой стороны, делая крюк. Я ни на секунду не выпускаю Гарриет из поля зрения.

Она пристально смотрит на меня. Не могу понять, о чем она думает. Выражение ее глаз изменилось.

– Вино! Звучит отлично! – громко восклицаю я, надеясь, что Роуз услышит меня и поймет, что мы идем на кухню.

Разрозненные части пазла быстро собираются воедино. Я знаю, что делать, – как и обещала Чарльзу. Нужно как можно скорее увезти Роуз из этого дома.

Я наконец поняла, кто является источником темной энергии, пронизывающей особняк. Я почувствовала это, когда шепот Гарриет, словно серый дым, проник в мое ухо. Темная энергия всегда здесь, потому что ее средоточие живет в доме. Тьма исходит от Гарриет. Она устроила шоу, якобы стараясь обеспечить внучке алиби на момент смерти Тины. Но думаю, что именно Гарриет использовала Роуз в качестве своего алиби.

60

Не слишком приятно ощущать присутствие Гарриет за спиной, пока мы шагаем на кухню. Плохо, когда враг вне поля зрения. Ну хоть стук трости служит каким-то ориентиром. Я задерживаю дыхание и выдыхаю лишь у самого порога, отступив в сторону.

– Я обычно не пью алкоголь, разве что по особым случаям, и сейчас, кажется, такой момент наступил, – провозглашает Гарриет.

Ее голос вплывает в кухню, а потом в помещении появляется и сама женщина.

– Не поняла вас?

– Наша беседа о возможном примирении Иэна и Бет привела меня в радостное настроение. Я надеюсь, что Бет в скором времени заберет свое заявление.

Рука Гарриет находится в кармане свитшота. Она что-то держит, и этот предмет достаточно весомый. Оружие?

Я оглядываю кухню. Ни разделочных досок с ножами. Ни тяжелых стеклянных бутылок с оливковым маслом на столешнице, ни большой хрустальной вазы на кухонном острове. Под рукой нет ничего для защиты.

Гарриет стоит между мной и дверным порогом. Маска добродушия сползает, обнаруживая истинное лицо, и на нем написано отчаяние.

Она делает ко мне шаг. Я инстинктивно отступаю, сохраняя дистанцию примерно в три фута.

– Ох, Стелла… Когда вы все поняли?

– Поняла что?

– Не притворяйтесь. Что-то случилось в гостиной. Я где-то оплошала, так?

Если Роуз находится рядом, ей необходимо услышать правду. Она должна знать, что я ей верю. Что для меня теперь все ясно. И я сделаю все возможное, чтобы девочку больше никогда не приносили в жертву.

Поэтому я громко говорю:

– Я знаю, что вы убили Тину.

В глазах Гарриет отражается боль, и с виду она неподдельная.

– Нет-нет, это был несчастный случай. Я даже пальцем ее не тронула. Но я была там, на мансарде, когда она выпала из окна.

– Если вы знали, что это вышло случайно, почему не признались?

Она качает головой:

– Кто бы мне поверил? И кроме того… ну… были смягчающие обстоятельства. В общем, я легко могла угодить в тюрьму до конца своих дней. А сейчас все еще больше запуталось. Я не могу позволить тебе пойти в полицию и рассказать им все, что ты знаешь. Это для меня плохо кончится. Бет, Иэн и Роуз возненавидят меня. Я навсегда потеряю семью. – Гарриет делает шаг вперед, а я – шаг назад. – Зачем ты вообще сегодня пришла, Стелла? Все было так близко к завершению.

Я делаю ужасную ошибку – забываю о том, что необходимо следить за ее руками. Она вскидывает правую руку, целясь мне в грудь металлическим предметом, похожим на пистолет. Левой рукой поднимает трость. На мгновение кажется, что она хочет ударить меня. Мелькает лихорадочная мысль, что надо вырвать у нее трость. Тогда Гарриет будет еще труднее передвигаться. Но она тычет кончиком трости в панель рядом со мной. Открывается лифт.

– У меня есть особая бутылочка вина, которую Бет подарила мне на день рождения. Я хочу, чтобы мы выпили ее с тобой.

Желчь обжигает мне горло. Я не могу снова зайти в лифт… Качаю головой:

– Нет.

Гарриет наверняка оставила Роуз в огороде и отлучилась в дом, и как раз в течение этих считаных минут погибла Тина. Именно поэтому девочка сильно стучала ногой во время ужина. Но я подвела свою юную клиентку. Я не поняла сигналов, которые она старалась передать.

– А это что? – Тяну время, ужасно не хочется снова попасть в это крошечное пространство, вызывающее у меня клаустрофобию.

– Ты знала, что электрошокеры можно купить онлайн с доставкой на дом?

Пит говорил, что Тина собиралась приобрести электрошокер. Может, именно поэтому Гарриет пришла в голову эта идея?

– Я сосчитаю до трех, а затем выстрелю в тебя этой штукой. Я смотрела несколько видео и знаю, что с тобой произойдет. Ты можешь обделаться. Вероятно, потеряешь сознание. Тогда я втащу тебя в лифт. Прошу, не вынуждай меня это делать.

Если я послушаюсь Гарриет, мы окажемся вместе в замкнутом пространстве. Но я могу превратить свой сильнейший страх в преимущество. К примеру, броситься на нее и выхватить электрошокер. Или ударить по ее больному колену.

– Раз.

На мне легкий пуховик. Он расстегнут на груди, но его можно использовать как щит, который ослабит действие электрошокера, даже если Гарриет выстрелит в меня.

Роуз ждет моей помощи. Если я ей не помогу, она останется во власти Гарриет.

– Два.

Я делаю шаг к лифту. Когда Гарриет войдет в кабину, я обернусь и ударю ее. Я захожу в лифт. Стены начинают прогибаться, перед глазами все расплывается. Я как можно сильнее впиваюсь ногтями в ладони, чтобы острая боль на короткий миг отвлекла мой мозг. Я делаю еще