Исправительный дом - Никки Френч

вообще когда-нибудь прислушиваешься к советам?

– Я больше не буду так делать.

– А, ты всегда так говоришь! А потом на тебя снова находит, и опять та же петрушка получается.

– Это правда. Вот именно поэтому мне и нужно, чтобы рядом был кто-нибудь.

Микаэла молчала.

– Но ты же придешь на следующее заседание? Да ведь?

– А что мне еще остается? – с тяжким вздохом ответила Микаэла.

– Спасибо.

Табита немного помолчала.

– Завтра будут заслушивать эксперта-криминалиста.

– Тебя что-нибудь тревожит?

– Да меня все тревожит. Все время.

– Я хотела сказать, ты думаешь, будут какие-то новые факты по делу?

Табита задумалась.

– Я читала отчет эксперта об осмотре места происшествия. Орудия убийства там не нашли. Не знаю, хорошо это или плохо.

– Что ты хочешь, чтобы я сделала?

– Даже не знаю, что здесь может помочь, – сказала Табита с отчаянием в голосе. – Я не понимаю, что нужно искать. Ты могла бы просмотреть список вещей, которые находятся на складе вещдоков. Хотя ты и так уже много для меня сделала. Даже не знаю, как тебя благодарить.

Она посмотрела на офицера:

– Мое время вышло?

– Причем давно.

Табита снова повернулась к Микаэле:

– Или отдохни. Как сочтешь нужным.

На следующее утро, когда Табиту ввели в зал заседаний, Микаэлы там не оказалось. Возможно, после того, что случилось на предыдущем заседании, она решила больше не приходить. От этой мысли Табите стало тошно.

Показались присяжные, а вслед за ними и судья. Доктор Эндрю Белфи, эксперт, прошел к месту дачи свидетельских показаний, а Микаэлы все не было. Табита оглядела зал. Может, проспала? Или ей просто надоела вся эта морока и она вернулась к нормальной жизни? Ведь Табиту подвело уже так много знакомых – какой же спрос с бывшей сокамерницы?

Доктор Белфи был одет в помятый серый костюм, казавшийся ему слегка маловатым. Голову его украшала почтенная лысина, на носу поблескивали очки без оправы. С собой доктор принес папку с какими-то документами и сумку, из которой извлек ноутбук. В ожидании процедуры приведения к присяге он включил компьютер и стал что-то набирать на клавиатуре.

После того как унесли Библию, Элинор Экройд установила, что доктор не является полицейским, а работает на контрактной основе, имеет высшее образование и степень в области органической химии, стаж по специальности у него двадцать шесть лет и в течение этого периода он объездил весь юго-западный регион страны.

Экройд попросила доктора изложить детали его отчета. Положение тела, пятна крови на полиэтиленовой пленке, в которую был завернут труп, кровавые следы, что вели обратно в дом, и прочие подробности выглядели ужасно, но эксперт говорил о них так, словно обсуждал постройку модели железной дороги. То и дело он обращался к отдельным малоизвестным деталям своего доклада, которые ему приходилось долго искать, роясь в бумагах.

Голос у доктора звучал довольно необычно, как будто его язык не помещался во рту. Табита так увлеклась этим обстоятельством, что почти не разбирала того, что говорилось с трибуны. Время от времени она все же спохватывалась и делала кое-какие пометки в блокноте. В отчете эксперта не было ничего губительного для нее, кроме одного, но зато решающего: факта обнаружения трупа в сарае ее дома.

Сзади послышалось какое-то движение. Табита обернулась и увидела, как к ней пробирается Микаэла, неслышно извиняясь одними губами перед судьей, которая свирепо смотрела на нее.

Микаэла селя рядом, тяжело отдуваясь.

– У тебя все хорошо? А то я думала, что ты не придешь.

– Извини, что опоздала. Нужно было сделать несколько звонков. Я узнала кое-что странное. Пленка!

– Какая пленка?

– В которую было завернуто тело.

– Мисс Харди! – послышался голос судьи.

– Да?

– Потише, пожалуйста. Суд слушает показания эксперта.

Пока доктор Белфи продолжал свою речь, Табита попыталась разобраться в каракулях Микаэлы.

– Ты уверена? – наконец прошептала она.

– Я звонила в компанию по доставке.

Табита стала напряженно думать, отчего у нее заломило в висках.

– Так и при чем здесь эта пленка? – спросила она, почти прижимаясь губами к уху Микаэлы.

– Не знаю. Просто задай вопрос эксперту.

Элинор Экройд объявила, что у нее есть еще один вопрос.

– Доктор Белфи, – сказала она. – Вы провели осмотр места происшествия и проверили все улики. Ответьте, вам удалось обнаружить следы пребывания около трупа мистера Риза кого-нибудь еще, за исключением мисс Харди и Эндрю Кейна?

Прежде чем ответить, доктор Белфи повернулся всем корпусом к присяжным и громко, громче обычного, произнес:

– Нет!

– Благодарим вас за помощь, мистер Белфи, – сказала, садясь, Элинор Экройд.

Табита встала со знакомым ощущением легкого головокружения. Она заглянула в свои записи: «кровь» и «отпечатки». Негусто.

– Нет ничего удивительного, – начала она, – что мои отпечатки, следы и все такое прочее были повсюду. Это ведь мой дом, и я там живу.

– Отпечатки ваших пальцев, – отозвался доктор, – были обнаружены на полиэтиленовой пленке, в которую был завернут труп потерпевшего.

Произнося эти слова, доктор многозначительно приподнял брови и слегка поклонился присяжным. Табите захотелось треснуть его чем-нибудь или как следует наорать.

– Тело обнаружили мы с Энди, – сказала она. – Мы и разворачивали эту пленку.

– Мисс Харди, вам следует задать вопрос, а не делать заявления! – послышался голос судьи Мандей.

– Хорошо… Э… например, не могли бы мои отпечатки остаться на пленке, так как я и Энди трогали ее, чтобы проверить, жив ли еще потерпевший?

– Теоретически да, – ответил Белфи. – Но судя по моему практическому опыту, вряд ли.

– Простите, но вы не имеете права высказывать ваше мнение, – возразила Табита.

– Эксперт имеет право, – прервала ее судья. – Эксперт имеет право высказывать свое мнение при перекрестном допросе, если суд считает это уместным, – добавила она, обращаясь к присяжным. – Продолжайте, мисс Харди.

Табита так разволновалась, что никак не могла придумать следующий вопрос.

– Кровь! – сказала она, заглянув в блокнот.

– Что? – не понял Белфи.

– На полиэтиленовой пленке была обнаружена кровь, – пояснила Табита. – Также были зафиксированы кровавые следы, ведущие в дом. Кроме того, пятна крови были на диване. Где-то еще экспертиза нашла кровь?

– На вашей одежде, – пожав плечами, ответил доктор Белфи.

– Да, и на одежде Энди, поскольку мы вместе с ним нашли тело. Все верно, не так ли? – добавила она, спохватившись, что забыла облечь фразу в вопросительную форму.

– Да, верно.

– Где-нибудь еще кровь была?

– Следы на полу.

– Только следы, верно?

– Возможно.

– Стюарту Ризу перерезали горло, верно?

– Да.

Табита обратилась к присяжным:

– Извините, но то, что я сейчас буду говорить, может показаться вам ужасным. Но другого выбора у меня нет.

Она снова обратилась к Белфи:

– В человеческой шее есть артерии?

– Сонная артерия, да.

– Если ее