Когда она вернулась - Люсинда Берри

принять душ, чтобы он хотя бы ненадолго успокоился. Мы остановились в ESA[14] – в таких местах можно было сразу бронировать номер на месяц. Номер был больше похож на небольшую квартиру, чем на комнату в гостинице. Здесь было приятнее, чем в других апартаментах, которые мы успели посмотреть. В номере оказалась кровать кинг-сайз и раскладной диван. Мама тут же предложила, что она будет спать на диване.

Она все еще нервничала, хотя прошло уже больше двух часов с тех пор, как мы здесь поселились. Шайло вырубилась полчаса назад, но мама была слишком взвинчена, чтобы присесть, и ходила кругами по номеру.

– Прости меня за все это, – выдохнула она, заламывая руки.

– Прошу тебя, прекрати так говорить, – отрезала я. Мама все время извинялась, но она же не была виновата в том, что у Мередит снесло крышу, и та устроила суперслежку за всеми нами. Никто и предположить не мог, что она так поступит. Я не стала рассказывать маме, что Мередит тоже уехала из дома. Мама точно стала бы винить в этом себя, а я ни в коем случае этого не хотела. К тому же Мередит вполне могла вернуться домой к утру. Однажды она уже уходила, когда они с папой поругались. Думаю, она тогда ночевала у Калеба или у Тада. В любом случае она была дома на другой день к обеду.

– Ты уверена, что не хочешь чаю или супа? – поинтересовалась я.

Мы прогулялись до магазина «Севен-Элевен» на углу, чтобы купить немного съестного. Я заплатила за все своей банковской картой. Папа разрешил мне пользоваться ей на свое усмотрение. Раньше такой свободы действий у меня никогда не было.

– Все в порядке. Я в самом деле не хочу есть, – ответила мама, хотя за весь день почти ничего не съела.

Я вдруг вспомнила, что она привыкла обходиться без еды целыми днями – такой ерунды она могла и не заметить. А может быть, она намеренно соблюдала пост. Шагая по комнате, мама тихонько бормотала слова молитвы. Как ни странно, они успокаивали, и очень скоро я почувствовала, как мои веки тяжелеют от усталости. Как мама еще держалась на ногах? Не говоря уж о хождении по кругу. Скинув туфли, я повалилась на кровать. Постель оказалась жесткой, а подушка под моей щекой – колючей, но мне было наплевать, до такой степени я устала. Я могла бы уснуть на чем угодно. Я провалилась в сон, не успев даже пожелать маме спокойной ночи.

Кейт

Тогда

Удары моего сердца эхом отдавались в ушах. Тьма давила на меня со всех сторон. Тело взывало ко мне, требуя бежать, и беспомощно подергивалось, потому что я принуждала себя стоять неподвижно и ждать. Куда запропастилась Марго? Мы договорились встретиться на этом месте. Мы проходили его раз десять, не меньше, – по оленьей тропе к дереву с содранной корой. Я едва уговорила Абнера позволить мне спать одной сегодня ночью. Он не терял времени в попытках зачать очередного солдата – Абнер поставил себе целью оставить меня беременной, когда он отбудет в свое странствие с Шайло. Я притворилась, что подхватила желудочный грипп, – даже тогда он не соглашался уйти из моей палатки. Пришлось изобразить рвотные позывы – лишь после этого он оставил меня в покое и удалился, чтобы выбрать кого-то другого.

Ощупывая взглядом лесную опушку в поисках Марго, я боялась, что в любой момент раздастся голос Абнера, призывающий меня вернуться обратно. Почему она так задержалась? Мы рассчитывали, что после сеанса любви он традиционно пустится в долгие рассуждения, и у нас будет достаточно времени, чтобы уйти подальше, прежде чем кто-то догадается, что мы сбежали. Однако Абнер не стал бы болтать вечно.

У меня за спиной хрустнула ветка. Обернувшись, я разглядела среди деревьев стремительно приближающийся силуэт Марго. Зеда она крепко прижимала к своей груди, а другой рукой держалась за живот. Бросившись к ней навстречу, я обняла ее, словно мы не виделись много лет.

– Слава богу. Я уже стала нервничать. Здесь каждый звук кажется громче.

Обхватив Марго за талию, я хотела помочь ей.

– Давай же, нам нужно спешить. – Я сделала попытку сдвинуть ее с места.

Но Марго не двигалась. Она неподвижно стояла.

– Нет, Марго, нет. Только не это.

Из-за низкой облачности лунный свет не мог пробиться сквозь плотный лесной полог у нас над головами, делая темноту черной как смоль, но мне и не нужно было смотреть на ее лицо, чтобы понять, что Марго плачет.

– Я не могу его покинуть. Просто не могу, – сквозь рыдания проговорила она и протянула мне Зеда. – Возьми его.

– Я не возьму его. Это нелепо. Ты просто напугана, но мы же вместе. Мы сможем сделать это вместе. Я тоже боюсь. Давай, нам пора идти.

Марго осталась стоять, словно приросла к своему месту. Схватив ее за руку, я потащила ее вперед. Я подумала, что потом она еще будет мне благодарна. Но Марго оттолкнула меня.

– Убери руки! – воскликнула она.

Мы обе замерли. Она прихлопнула рот ладонью, сжавшись от ужаса.

– Боже мой, прости меня, прости!

Она еще раз попыталась передать мне Зеда, но я только покачала головой. Мы обе знали, что, если она вернется в лагерь без ребенка, ей конец.

Слезы покатились у меня по щекам.

– Я не могу уйти без тебя.

– Иди. Ты должна, – срывающимся голосом проговорила Марго. – Беги.

– Идем со мной, прошу, – плача, прошептала я. – Я не справлюсь одна.

– Они явятся в любую минуту. Ты должна идти прямо сейчас. Ждать нельзя.

Марго сделала шаг назад, приготовившись убегать.

– Помни, что всегда говорит Абнер, – если уходишь, не оглядывайся. Иди, Кейт.

Рыдания сотрясали меня.

– Марго, нет.

Но она уже повернулась ко мне спиной и бежала назад, к лагерю. В какое-то мгновение я едва не последовала за ней, но сопение Шайло у моей груди придало мне мужества, которое требовалось, чтобы повернуться лицом к лесной чаще и сделать шаг в ночь.

Глава 41

Эбби

Сейчас

Чья-то ладонь накрыла мой рот, и я, вздрогнув, проснулась. Все мое тело мгновенно напряглось. Внезапно прямо передо мной возникло мамино лицо – склонившись надо мной, она прижала палец к губам и жестами объяснила, что нужно вылезать из постели. Мои глаза постепенно привыкали к темноте, в которой начали проступать контуры нашего номера. Шайло была туго привязана к маминой груди, и, стаскивая с меня покрывало, мама ее нервно покачивала. Я впала в замешательство, не