Пропавшая в сети - Анна Андреевна Иванова

на глаза навернулись слезы. Она до крови прикусила губу, чтобы не расплакаться. Вместо этого тряхнула волосами и сказала:

– Когда трахаться начнем, дядь Жень? Затянулась прелюдия. Долго раскачиваетесь. Доставайте уже, что у вас там.

Лиза потянулась освободившейся рукой к его ширинке, чувствуя, что не сможет заставить себя до него дотронуться. Мужчина отпрыгнул от нее с таким видом, будто это она только что чуть не откусила ему сосок. Развернулся и, выйдя из комнатки, захлопнул дверь.

– Жень! – донесся голос Славы.

– Подожди, я не все еще. Активная больно. Сейчас, найду, чем успокоить.

– Жень, иди сюда! Там снова…

Шаги и голоса отдалились. Лиза натянула бюстгальтер, запахнула жакет. Сосок саднил, мешая перевести дух. Она обняла себя за плечи. Сработало. Но он вернется, и не с пустыми руками.

Глава 61

– Сука, этот снова в трусах вышел, – ударила по рулю Даша. Дым уже валит выше забора, а она сидит, как болельщик на стадионе, флажка только не хватает. А еще лучше, бутылки пива, чтобы запустить в голову мудаку. – Хоть бы халат запахнул. Жирный какой, фу…

– Снова? Ты его уже поджигала, что ли?

– Только службы вызывала. В прошлый раз он тоже сонного изображал. Делал вид, типа не при делах.

– А сейчас зачем? Пожар же, что ему трусы дадут?

– Не понял еще, что жопа горит.

– Так ты про его ж…

– Сдалась мне его срака. Ну ты смотри, он их опять отваживает. Звонит кому-то.

– В смысле? Дом же горит!

– Не ори, сама вижу.

– Так не надо было его поджигать, я бы не орал. А если там Полина с Лизой? О чем ты думала вообще?

И правда, о чем? Надеялась, что пожарные выведут Лизу, а тогда… Даша так сильно прикусила губу, что теперь, наверное, гиалуронка сместится. Так ей и надо. Хитросделанная нашлась.

– Насилие порождает насилие, – растирая виски, принялся качать головой Платон. – Сама посмотри, кому ты хуже сделала? Надо другие методы искать.

– Другие, как же… – ответила Даша, глядя, как из-за спины жирного выглядывает второй. Похоже, тот самый молодой хозяин, о котором рассказывали соседи. – Другие!

– Пойду скажу пожарным, что внутри люди, – дернул за ручку Платон.

– Сиди здесь! Жди меня. – Она открыла водительскую дверь. – И не вылезай, а то испортишь мне все. Я знаю, что делаю.

Даша выскочила из машины. Пробежала по асфальту, свернула на пробивающуюся травку. Каблук поехал по грязи. Еле удержавшись на ногах, влетела в приоткрытую калитку.

– Ну, что стоите? – спросила у опешивших хозяев. – Высовывались же, видели, что творится. Соседушка ваш пожарку назад отправляет. Дом ему не жалко. Говорит, шоу посмотрим. Сейчас разгорится. А если ветер?

Пухлая блондинка и очкарик в штанах с вытянутыми коленками уставились друг на друга. Сейчас бы вспомнить, как их зовут… Жаль, в прошлый визит ей было пофиг на имена.

– Леш, а вдруг правда, а? – наконец подала голос хозяйка.

– Да какой же это сосед, я такого мужика впервые вижу.

– Тем более. Не его дом, вот и не жалко.

– А что делать? Ой, Леш…

– По соседям бежать, – вместо него ответила Даша. – Я здесь новенькая, меня не послушают. Давайте вы, а я поддержу. Соберемся, все вместе заставим его пожарных впустить. Правильно я говорю?

Она заглянула в глаза хозяину дома так, будто новую шубу выпрашивала. Благо, опыт был, и шуб у нее много.

– Наташ, ты иди к Кузнецовым. Они со мной после спиленной березы не здороваются. А я к Марине схожу.

Глава 62

Лиза прислушивалась, ожидая, когда вернется дядя Женя. Шагов она так и не услышала, зато почувствовала запах гари. Может, с улицы? Или что-то подгорело на кухне? Ее все еще знобило, но вместо того, чтобы кутаться, она распахнула жакет и принялась обмахиваться. В тесной комнатке она уже долго, но только сейчас стало жарко. Эта мысль опалила, словно до нее добрался не запах, а сам огонь.

Открывая дверь, девушка не знала, чего боится больше – встретиться лицом к лицу с дядей Женей или вместо электрического света увидеть пламя. Подвальный коридор оказался пуст. Только в воздухе, словно духи загубленных девушек, колыхалась дымка. Лиза осторожно переступила порог. Нет, она не боялась ни огня, ни дядю Женю. Больше всего она боялась не увидеть. Затаив дыхание, Лиза развернулась и шагнула в сторону. Горло свела судорога. Руки сами потянулись к лицу, ладони зажали рот.

На полу, лицом вниз, лежала Полина. Свитер задрался, оголяя желто-фиолетовую спину. Гладкая сияющая шевелюра, которой Лиза любовалась на фото с последнего концерта, теперь напоминала пучок, вытащенный из слива. Волосы спускались по шее бесформенной колбаской, а на затылке сквозь них просвечивала кожа. Крик прорвался сквозь ладони, когда Лиза увидела руки. На тех самых пальчиках, поглаживавших клавиши пианино в видео, на тех, что с пяти лет, не зная покоя, бегали от октавы к октаве, больше не было ногтей. Подушечки выглядели так, будто их натирали на терку.

На мгновение Лизе показалось, что она вот-вот захлебнется в собственном крике. Только отдышавшись, она заметила разделяющую их с Полиной решетку. Еще секунду спустя поняла, что задыхается не от крика. Подвал заполнял дым.

– Господи! Полина. – Она просунула руку в решетку и потянула подругу за локоть. – Ты жива? Полина!

Та не отзывалась. Лиза принялась ее трясти, уже не боясь сделать больно. Никакой реакции. А ведь всего час назад она отвечала на стук! На этот раз девушка зарыдала в голос. Как она могла думать о пальцах, о пианино? Какое все это вообще имеет значение, когда Полина умерла. Лиза погладила локоть, который только что терзала. Поправила задравшийся свитер.

– Прости меня, пожалуйста.

За то, что смотрела, но не видела. За то, что не успела. За то, что встанет и пойдет искать выход, оставив ее тело здесь.

– Показалось, – услышала Лиза, поднимаясь с пола.

Она замерла, но не услышала ничего, кроме потрескивания над головой. Видимо, и правда «показалось». От дыма помутился рассудок.

– Я думала, показалось…

Лиза рухнула обратно на пол, прижалась щекой к решетке.

– Что ты сказала? Полина, что ты сказала?!

– Я думала, мне показалось. – Подруга приподняла голову и опустилась щекой на пол. Одутловатое от побоев лицо не узнать. – Вальс…

– Нет, это я выстукивала. – Слезы снова покатились по щекам, но она их смахнула. – Ты как? Сильно плохо?

– Мне хорошо, – улыбнулась Полина.

Ее сильная девочка. Вот и Лиза должна взять себя в руки.

– Нам нужно отсюда выбраться, – сказала она, сдерживая кашель. – Что-то горит.

– Наверху.

Полина уставилась