Пропавшая в сети - Анна Андреевна Иванова

темненькую. Вы бы как раз по типажу подошли. И рядом хорошо смотритесь. Не хотите попробовать?

Переглянувшись, девочки закивали и остановились.

– Тогда давайте быстренько по сценке запишем, прямо на телефон. Я режиссеру покажу. Если ему понравится, вам перезвонят.

– Ну, мы вообще-то на треню опаздываем… – ответила светловолосая. – Может, через полтора часа?

– Да? – рассеянно ответила Даша, глядя в даль. – Ну ладно. Как вон ту девочку зовут, с фиолетовым рюкзаком? Она тоже вроде ничего…

– А долго это? – шагнула к ней темненькая.

– По два предложения на каждую. С первого дубля справитесь?

– Попробуем.

– Ну, давайте. – Девушка наставила на нее камеру телефона. – Повторяй за мной: «Я видела, как Наташа села в черную машину».

Девочка начала повторять, но Даша опустила мобильный.

– Не пойдет, шумно очень. Надо с прохода отойти.

– Может, в раздевалку? – предложила светленькая.

– Это куда та девочка с рюкзаком пошла?

– Нет, знаете, в раздевалке тоже шумно, – подняла бровки темненькая. – Давайте лучше в туалет.

– Отлично. Там и освещение, наверное, поярче…

Оглядываясь, Даша вошла за девочками в туалет и прикрыла дверь.

Глава 58

Лиза сидела в темной комнате уже с полчаса. Дверь по-прежнему облизывало пламя света, доносились шорохи. Вот только на этот раз снаружи точно был Слава. Возможно, Полина тоже рядом. Хоть бы… Как узнать? При Славе кричать нельзя. Пусть они с дядей Женей думают, что она сломалась. Тем более это недалеко от правды. Иногда ей казалось, что сбоку кто-то скребется. Похоже на мышь, но уж очень монотонно. Звук сводил с ума. Хотелось добавить ритма… Ритм. Их с Полиной вальс в четыре руки. Если подруга и правда за стеной, это шанс с ней связаться.

Прижавшись ухом к кирпичам, Лиза принялась негромко выстукивать ритм. Ответа не последовало, но скрести перестали. То ли мышь испугалась, то ли… Лиза сбилась. Начала заново. Дошла до части, в которой обычно вступала Полина. Тишина. Глаза защипало, подбородок задрожал. Девушка сглотнула подступившие слезы. Это движение так отдалось в ушах или она и правда услышала удар в стену? Второй. Третий. Тишина в том самом месте, где должна быть пауза. Снова стук. Полина! Жива!!! Слезы брызнули из глаз. Стук прекратился, а Лиза все продолжала плакать от радости. Похоже, всю жизнь, пока она не плакала, слезы хранились в каком-то резервуаре, и теперь его опрокинули. Трясясь всем телом, она не сразу расслышала голос.

– Лиз, – заглянул в дверь Слава, – на какую кнопку нужно нажать, чтобы крышка у пианино поднялась?

Она вздрогнула. Напрасно утирая щеки, по которым тут же бежали новые ручейки слез, сказала:

– Кнопка «Функция» и ля субконтроктавы. А что?

– Ля – это где?

Только сейчас она заметила телефон возле его уха и сообразила, к чему этот вопрос. Дядя Женя думает, что деньги и записка до сих пор в пианино. Слезы остановились сами собой. Кажется, впервые за все время ей повезло. Она ведь сказала ему настоящий код от сигнализации, так? Значит, наказывать ее не за что. А если у него не получается поднять крышку пианино – это уже его оплошность. Она сможет помочь, пусть только привезут в квартиру.

– Ля – это самая первая клавиша слева. Нужно одновременно зажать кнопку «Функция» и эту клавишу.

Слава кивнул и вынырнул. Через несколько секунд его голова снова показалась в двери.

– Сказал, ничего не получается.

– Странно. Может, он не включил пианино? Я же говорила, крышка поднимается только на включенном инструменте.

– Говорит, кнопка красная горит.

– Даже не знаю. Может быть, перед этим он нажал какое-то другое сочетание? Оно могло заблокировать настройки.

– А что тогда делать нужно?

– Пусть попробует отключить от сети и включить заново.

Лиза затаила дыхание. Жаль, сейчас ее способность долго не дышать вряд ли поможет. Правда, благодаря ей девушка вдохнула меньше химикатов с тряпки и трезво соображает, иначе, наверное, уже призналась бы, что пианино заменили.

– Все равно не получается. Может, есть еще какой-то способ?

– Такое бывает, если настройки изменить. Нужно смотреть на месте. Я по памяти не исправлю.

– Понятно.

Слава прикрыл дверь, а Лиза принялась молиться. Она клянется, что, если сейчас ее отвезут домой, она больше никогда в жизни не сдастся. Не опустит руки. Начиная с этого дня. Нет, с этой секунды. Сделает все, чтобы спастись самой и вызволить Полину. Потом тоже как-нибудь выкрутится, продолжит играть… За дверью раздался грохот. Она вздрогнула. Это еще что?

– Жень, ты совсем охренел?! – донесся голос Славы.

– Нормально. Сейчас разберемся.

Слыша, как приближаются тяжелые шаги, Лиза сжалась. Вся смелость и настрой куда-то пропали.

– Ну, Лиз. – Дядя Женя распахнул дверь. Та ударилась о стену снаружи и, судя по звуку, треснула. – Смотри, что я тебе привез.

Улыбаясь во весь рот, он занес в комнату пианино. Девушка согнулась пополам от скрутивших живот спазмов.

– Ты совсем долбанулся?! – Перед дверью взад-вперед заметался Слава.

– А что такое?

– Что такое?! Ты соображаешь вообще? Сколько человек видело, как ты пианино выносишь?

– Нисколько. Я быстро. Оно легкое совсем. На, подними.

– Да при чем здесь… Ай, – махнул рукой Слава.

– Тащи лучше сюда удлинитель.

Пока дядя Женя доставал из кармана блок питания, распутывал провод и подключал пианино к сети, Лиза покрылась холодной испариной. Что теперь делать? Лучше бы она сразу призналась, что денег и записки в нем нет. Может, умерла бы быстрее. Нет, быстрее тоже не хочется. Нужно тянуть время. Вдруг случится чудо, и кто-нибудь ее хватится. Может, соседи и правда видели, как он выносил пианино? Хоть бы рассказали полиции… О чем она? Какая полиция? Даже девушка в сообщении в ВК написала, что в службы обращаться бесполезно. Об этом дядя Женя не врал. Он вообще в основном говорил правду, наверное поэтому ему было легко поверить. Она схватилась за голову, чтобы успокоить мечущиеся в панике мысли.

– Готово. Давай, Лиз, – дядя Женя поставил пианино на пол и, кряхтя, присел рядом, – открывай свою шкатулку.

Покачиваясь, девушка встала с кровати. Подошла, опустилась к инструменту. Зажала то же сочетание клавиш, которое поднимало крышку гибрида. Естественно, ничего не произошло. Провела еще пару липовых манипуляций.

– Ну что, не получается?

Она покачала головой, боясь ответить. Вдруг голос ее выдаст.

– Записка ж вот здесь где-то? – Мужчина постучал костяшками пальцев между динамиками. – И деньги там? Ну-ка, отойди.

Они оба поднялись. Не успела Лиза шагнуть назад, как дядя Женя с размаху наступил на центр пианино. Дешевый пластик тут же раскололся под его ботинком.

– Ну, а ты говоришь. – Наклонившись, он принялся доламывать пальцами корпус. – Ай, порезался… Где бумажки эти?