Топор богомола - Котаро Исака

доставки, поэтому я покупаю все сам и беру это с собой в такси. Остальные необходимые вещи забираю из арендованной мною камеры хранения. К тому времени как я заканчиваю с подготовкой квартиры, уже перевалило за полдень.

Я запираю за собой дверь квартиры и спускаюсь на лифте вниз. На первом этаже сталкиваюсь с управляющим. Он похож на крепкое старое дерево, все еще покрытое пышной зеленой листвой, на которой нет никаких признаков увядания.

– Ну, как у вас дела?

– Только что перевез кое-какие вещи.

– Вещи, которые вы не хотели бы показывать своей семье?

Я киваю. Я уже договорился о том, чтобы ежемесячная плата за квартиру снималась с моего банковского счета, – это еще одна вещь, о которой моя семья не знает.

– Я буду признателен, если вы не станете обращать слишком много внимания на мою квартиру. – Это лишь наполовину является шуткой, и наполовину более чем серьезно.

– Это ваш дом. Какой мне прок в том, чтобы обращать внимание на то, чем вы там занимаетесь? В здании живет много людей, которых я не видел по много лет. Иногда я задаюсь вопросом, не умерли ли они там в своих квартирах!

– Может быть, в таком случае вам все же стоит быть немного внимательнее?

– О, вы так считаете? – Его лицо кривится от недовольства. – А сами вы когда-нибудь работали управляющим здания?

– Нет.

– На этой работе ты можешь сделать не так уж много. Ты не можешь проверять каждую мелочь, иначе этим сведешь себя с ума. Поверьте мне, достаточно мороки и с тем, что я замечаю. Если же я начну беспокоиться о том, чего не вижу… нет, лучше и не начинать.

Это выглядит так, будто он меня инструктирует. Я не могу в точности сказать, о каких таких «невидимых» вещах он говорит, но это, похоже, правда не лишено смысла.

– Так что, если у вас есть что-то, что вы пытаетесь скрыть, делайте это так, чтобы я этого не видел, вот и всё.

– Спасибо за ваше понимание, – говорю я ему и уже собираюсь уходить, когда мне вдруг еще кое-что приходит в голову: – Если кто-нибудь из членов моей семьи когда-нибудь придет сюда…

– Если они раскроют ваш секрет?

– Я очень надеюсь, что этого не произойдет, – говорю я, пожимая плечами. – Но я ни при каких обстоятельствах не хотел бы, чтобы они входили в эту квартиру.

– А что случится, если они это сделают?

Я подыскиваю нужные слова.

– Это уничтожит мою семью.

Затем я ухожу.

* * *

Место, где я условился встретиться с врачом, расположено в одной остановке на поезде от кондоминиума. По соседству есть парк, а рядом с его входом стоит башня с часами. Я слышал, что ночью она красиво освещена и вокруг гуляет много людей, но днем этот район тих и пустынен. Я сказал врачу прийти к подножию часовой башни.

Я предположил, что он не захочет покидать клинику, и врач действительно прямо сказал мне, что не делает визитов на дом. Но я стоял на своем.

– Я не настолько глуп, чтобы прийти к вам в кабинет в такой момент, – сказал я. – Это слишком опасно. По-вашему, я ошибаюсь? Единственное место, где я могу встретиться с вами, – это где-нибудь на улице.

Я напомнил ему о том факте, что он пытался убить меня, подстроив аварию с такси, когда я в последний раз от него уезжал. Чтобы еще сильнее надавить на него, я добавил, что, если он не придет к часовой башне, я выложу все, что у меня на него есть. В конце концов я назвал ему точное время и место.

– Будьте там. Иначе… – После этого я отключился.

– Он придет? – холодным голосом спросил Асагао вчера по телефону.

– Вероятно.

– Ты нанимаешь меня на работу, основываясь на вероятности?

– Я заплачу тебе вперед. Если врач не придет, тебе не нужно будет возвращать деньги.

– Вот как… – Его голос звучал совершенно безразлично. У меня снова возникло ощущение, что Толкателя на самом деле не существует. Я начал задаваться вопросом, не разговариваю ли я с призраком. Действительно, очень странный профессионал. Могу ли я на него положиться? Возможно, да, а возможно, и нет.

По пути к часовой башне я натыкаюсь на троих детей – судя по их виду, учеников средней школы. Они окружили ребенка помладше. У меня слишком много дел, чтобы отвлекаться на что-то подобное. Я понимаю, что должен просто пройти мимо. Но вместо этого кричу им:

– Эй, как вы думаете, чем это вы занимаетесь?!

Потому что их несколько, а он один, и каждый из них сильнее его. Это совершенно несправедливо.

Трое школьников бросают на меня раздраженные взгляды.

– Это несправедливо. Вас трое, а он только один.

Они бормочут в ответ, мол, какая разница, если это нечестно, что мне следует заткнуться и убраться восвояси, но при этом все равно выглядят всего лишь детьми.

– Не вмешивайся в наши дела, старик, – говорит один из них.

– А если я вступлю в команду этого младшеклассника?

– Чего?

– Так будет по-честному. Вообще-то у нашей стороны, вероятно, будет серьезное преимущество. Так что вам, дети, хорошо бы раздобыть какое-нибудь оружие. У вас что-нибудь с собой есть?

Школьники переглядываются. Один из них сует руку в карман.

– У тебя есть нож? Если нет, я могу одолжить тебе. И если ты все-таки решишься, лучше бы тебе показать все, на что ты способен. Если у вас, дети, есть при себе оружие, у меня не будет причин сдерживаться.

У меня нет времени, которое я могу впустую потратить на разборку с какими-то учениками средней школы, но я терпеть не могу, когда люди думают, будто они крутые, просто потому что могут помыкать другими людьми, которые их слабее.

В конце концов, взвесив все «за» и «против», они уходят. Младший удивленно смотрит на меня. Это неловко, и мне нужно идти, но я чувствую, что не могу уйти, ничего ему не сказав. Роюсь в карманах и нахожу леденец, который на днях купил во время визита к одному из наших клиентов в супермаркете. Протягиваю этот леденец мальчику.

– Вот, возьми. Это поможет тебе почувствовать себя немного лучше, – говорю я. – Быть ребенком тяжело. Держись и делай все, что в твоих силах.

Я думаю о Кацуми – о том времени, когда он был маленьким мальчиком.

– Я… у меня нет друзей, – жалобным тоном говорит мальчик.

– У меня тоже, – говорю я ему. – Но я счастлив. Каждый день моя жизнь для меня – подарок.

Малыш выглядит испуганным. Наверное,