Издательство «Развлечение» - Курильня опиума Линг-Джи

Данни поблагодарил и вышел из столовой.

— Что ты на это скажешь? — спросила Ида, после того, как он ушел.

— Прежде всего скажу, что мне это очень неприятно! — ответил Ник Картер. — Не надо было поручать ему обязанности сыщика. Он по призванию не сыщик и поэтому я не в праве требовать, чтобы он, исполняя безукоризненно свои обязанности шофера, еще и рисковал бы жизнью для меня!

— Но ведь ты не раз говорил, что он умолял тебя воспользоваться его услугами для слежки и тому подобное! — возразила Ида.

— Так-то оно так, но он, как и все непосвященные, не знает, как опасно наше дело и ему хочется немного поразвлечься. Все это, однако, продолжается только до тех пор, пока такому любителю не попадет самым основательным образом. Хорошо еще, что он остался жив, а то я и не знал бы, что сказать его молодой жене!

Спустя полчаса после этого, когда Ник Картер, сидя в своем рабочем кабинете, читал газету, к нему вошел Данни.

Он нарядился в один из костюмов лакея Иосифа.

— Рассказывайте, что с вами случилось сегодня ночью, — проговорил Ник Картер, указав своему шоферу стул. — На вас глядя, можно подумать, что вы дрались с десятком бешенных котов!

— Коты-то были двуногие, но когти у них довольно острые!

— Скажите, автомобиль остался цел!

— Да, я в этом убедился, прежде чем прийти сюда! Когда вы вчера вышли, я поставил его в один из гаражей поблизости, где он стоит еще и теперь под замком. Правда, ключ от этого замка я потерял. Удивляюсь, как это они еще оставили мне сапоги! Так вот слушайте, мистер Картер: поставив автомобиль в гараж, я на трамвае вернулся на бульвар Четема, где нашел ваш меловой знак, указывавший на Дивизионную улицу. Я пошел по этой улице, пока на тротуаре возле модного магазина не нашел стрелу, указывавшую на входную дверь. Я попробовал открыть эту дверь, но она не поддалась и мне пришлось ожидать. Я поступил так, как это делаете иногда вы и ваши помощники: зашел в подворотню напротив и стал ждать, полагая, что вы скоро вернетесь. Но я простоял целый час, а вы не выходили. Тем не менее я не ушел, помня наставление мистера Дика, согласно которому хороший сыщик должен уметь простоять на одном и том же месте хоть трое суток!

Ник Картер с трудом подавил улыбку. Он знал, что Дик и Патси иногда потешаются над Данни и рассказывают ему разные небылицы о своем деле. Ник Картер как-то раз застал Патси, с пресерьезнейшей физиономией поучавшего Данни, что сыщик должен уметь голодать несколько дней подряд и стоять, не дыша, в течение нескольких часов.

— Так вот, я постоял еще час, — продолжал Данни, — но никто не подходил к дому, перед дверьми которого вы начертили стрелу. Я стал думать, как бы мне попасть в дом, но ни до чего не додумался. Вдруг явился какой-то человек, подошел к двери, вынул ключ и начал возиться у двери. Он возился так долго, что я, наконец, подошел к нему и спросил, не могу ли я чем-нибудь помочь, так как я полагал, что таким образом я попаду в дом. Я очень сильно беспокоился за вас и охотно выручил бы вас, если бы мог!

— Знаю, милейший! — воскликнул Ник Картер. — И вы, действительно, доказали ваше доброе желание! Но рассказывайте дальше: это крайне интересно!

— Я и подошел к тому человеку, — продолжал Данни, — но тут увидел, что он совершенно пьян. Вероятно, поэтому он и не мог открыть дверь. Сначала он упорно отказывался дать мне ключ, пытаясь доказать мне, что он вполне трезв и что он без труда может открыть замок. Но это ему, конечно, не удалось и, в конце концов, он дал мне ключ. Я начал с ним беседовать, чтобы расспросить его о внутреннем расположении дома, но он отвечал мне совершенно бессвязно. На его вопрос, занимаю ли я в этом доме квартиру, я ответил утвердительно, только для того, чтобы попасть в дом. «Вы, вероятно, наняли квартиру на пятом этаже?» спросил он. Я подтвердил и это, а он сказал: «В таком случае вы можете сделать мне большое одолжение. Дело в том, что мне очень трудно держаться на ногах, но не думайте, что я пьян, у меня в ногах ревматизм. Проводите меня наверх к моей квартире и позвоните там. Когда моя жена откроет, то скажите ей, что я нездоров и нуждаюсь в заботливом уходе!»

— Понимаю! — засмеялся Ник Картер. — Он намеревался воспользоваться вами в качестве громоотвода!

— Лучше скажите — козла отпущения! — тоскливо поправил Данни. — Это будет ближе к истине! Так вот, я согласился на все, так как мне нужно было во что бы то ни стало пробраться в дом, чтобы узнать, где вы находитесь. Я открыл дверь, втащил пьяного за собой и запер.

— Если бы у вас был фонарь, или если бы было светло, то вы заметили бы в заднем конце коридора еще стрелу, указывавшую через заднюю дверь во двор!

— Этого я не успел бы сделать, даже если бы у меня и был фонарь, — вздохнул Данни, — самая трудная работа только началась. Надо было тащить пьяного на четвертый этаж. Смею вас уверить, мистер Картер, я до сих пор недоумеваю, как это мы оба не сломали себе шею, потому что этот болван ежеминутно терял равновесие, и мы раз пять скатывались кубарем с лестницы. Но все это только цветочки, ягодки еще впереди. Наконец, я добрался с ним до дверей его квартиры. Когда я позвонил, пьяный вдруг выпустил мою руку и куда-то скрылся в темноте. Дверь открылась и на пороге появились в сильном неглиже две женщины. «Старый, отвратительный пьяница!» — резко крикнула одна из них и дала мне пару таких пощечин, что у меня в глазах темно стало. Прежде чем я успел протестовать против столь странного приветствия, вторая женщина схватила меня за руки и втащила в дверь. В передней было совершенно темно и я не знал, куда деваться. Я отбивался руками и ногами от них. Одна поставила мне синяк, а другая исцарапала лицо. Если бы это были мужчины, то я бы действовал иначе, но на женщин я ведь не мог идти с кулаками. Пока они били меня, я пытался объяснить им, в чем дело. Но они и слушать меня не хотели. Мой голос заглушался их бранью, а орали они так громко, что и выстрела не было бы слышно! Само собой разумеется, на драку обратили внимание соседи и в коридоре послышались голоса. «Это опять у Джинни! — расслышали чей-то голос. — Опять этого пьяницу чистят жена и теща!» «Так ему и надо! — ответил кто-то. — Ведь он каждую ночь является пьяный!» Кто-то принес лампу и одна из женщин пожелала рассмотреть меня поближе. «Что вы делаете, миссис Джинни! — вдруг взвизгнула она. — Ведь, это вовсе не ваш муж!» Ведьмы тогда выпустили меня и вытаращили глаза. Вдруг теща вскрикнула: «Это тот вор, который два месяца тому назад взломал магазин на нижнем этаже! Караул! Грабят!». Я попытался объясниться, но меня никто не слушал и если бы я не стал отбиваться, как буйно помешанный, то, вероятно, остался бы на месте, так эти двенадцать ведьм начали меня тузить! В конце концов, явился полицейский и доставил меня в ближайшее бюро. А мой пьяница так и отделался ничем: у него хватило сообразительности куда-то спрятаться!

— Бедняга! — участливо сказал Ник Картер. — А что было в бюро?

— Там со мной обошлись тоже не слишком-то вежливо. Так как вся моя физиономия распухла и лица разобрать было нельзя, то некоторые чиновники стали утверждать, что я, именно и есть тот самый вор, который некоторое время тому назад взломал кассу в магазине в том доме. Меня посадили за решетку и, по всей вероятности, я сидел бы там еще и теперь, если бы случайно дежурный офицер во время ночного обхода не пожелал взглянуть на пойманного вора. Он выслушал мой рассказ. Я ему, конечно, ничего не сказал о том, с какой целью вы вошли в тот дом, а ограничился только заявлением, что вы приказали мне придти за вами туда. Оказалось, что мистер Миллер, — кажется фамилия его Миллер, — знает вас и даже несколько раз ехал с вами в автомобиле Он узнал меня и выпустил. Я посмотрел еще раз, цел ли автомобиль, а потом явился сюда. Должен еще добавить, что эти бабы вывернули мне все карманы; вероятно, они думали, что найдут деньги. Хорошо еще, что они не сняли с меня обручального кольца!

Ник Картер достал из ящика письменного стола бумажку в сто долларов, дал ее шоферу и сказал:

— Вот вам на лекарство, Данни! Само собой разумеется, что за изорванный костюм я тоже плачу. Пойдите к моему портному и закажите себе новый за мой счет! Сегодня вы мне больше не нужны. Идите домой и отдохните!

Данни не хотел брать денег, но Ник Картер заставил его принять их. Поблагодарив сыщика, он ушел.

«Хорошо, что он остался жив! — подумал Ник Картер. — Но это послужит мне уроком на будущее: не поручать ему таких дел! Однако, развлечение вышло довольно дорогое: двести долларов Линг-Джи, тридцать долларов китайскими сыщикам, еще сто долларов Данни, итого триста тридцать долларов! И при всем этом я занимаюсь этим делом только для своего удовольствия! Однако, надо будет прилечь, я ужасно устал».

Он перешел в спальную и лег в постель. Спустя несколько минут он заснул и проснулся лишь в три часа дня.