Поезд от платформы 2 - Стефани Стил

как новость доходила до ее попутчиков, Джесс наблюдала, словно в замедленной съемке. Лоб Сола наморщился в потрясении, его рот приоткрылся. Усталые глаза Исы расширились, продемонстрировав белки, перекрещенные сеточкой красных прожилок. Пораженный Лиам что-то буркнул под нос. А Хлоя выдохнула плохо сартикулированное: «Что?» Эмилия, прежде смотревшая в пол, резко вскинула голову и перехватила взгляд Джесс; ее округлившиеся от шока глаза готовы были вылезти из орбит. А Скотт остался недвижим, разве что едва заметно мотнул в неверии головой.

Джесс немного подождала – не скажет ли кто-нибудь что-нибудь? Но никто не прокомментировал ее новость.

– Что ж, – заговорила Джесс, встав почти в боевую стойку в зоне стояния у дверей.

Остальные скучились на местах перед кабиной машиниста. Из-за выброса адреналина кровь взбурлила в венах Джесс, застучала в висках, а в ее раненой руке вновь запульсировала боль. Проигнорировав ее, Джесс заявила:

– Учитывая новые обстоятельства и то, как я вижу дело, только я, Хлоя и Лиам вне подозрений.

– И я! – воскликнул Сол. – Я тоже не выходил из вагона.

– Я еще вернусь к этому, – сказала Джесс, мысленно составляя план речи. Она примерила на себя роль Пуаро: все подозреваемые собрались вместе в ожидании развязки. Внезапно усомнившись, что эта роль ей по силам, Джесс испустила слабый вздох – не так обычно завершались расследования столичной полиции. А у нее ведь даже не было вердикта по делу. Только скудные улики да свидетельские показания, достаточные для того, чтобы подозревать практически каждого. – Хлоя, Лиам, я и Сол, – добавила Джесс с примирительным кивком Солу, – не покидали этот вагон. И только мы вчетвером не могли физически убить Дженну или толкнуть Эмилию.

И на этот раз никто не попытался высказаться в свою защиту; как будто все вдруг оказались под заклятьем. Как будто все решили: раз Джесс заговорила, перебивать ее нет смысла.

– Я все еще пытаюсь увязать эти события с убийством машиниста, а также понять, была ли кем-то намеренно спровоцирована остановка поезда, или преступник попросту воспользовался случаем. На данный момент мне известно следующее. – Джесс вперила взгляд в Сола, почувствовав, что ей следовало начать с него и озвучить единственную причину, по которой она продолжала причислять его к подозреваемым.

– Сол, я помню, что вы не выходили из вагона. Однако я не могу игнорировать тот факт, что вы работаете в национальной энергосистеме, нападение на машиниста выглядит преднамеренным и заранее спланированным, пусть и совершенным по личным мотивам. Учитывая обстоятельства его убийства, факт отключения электроэнергии мне представляется очень важным, чтобы его игнорировать. Так что я вынуждена держать его в голове. Кроме того, вы до сих пор остаетесь единственным человеком, у которого имеется оружие. Хотя при осмотре невооруженным глазом следов крови на вашем ноже обнаружено не было, – сказав это, Джесс подумала о ноже, вонзенном в шею Дженны. «А что, если в этом деле два орудия убийства? Два ножа… следовательно… – при этой мысли по коже Джесс пробежал холодок, – два убийцы!» – Пока ваша связь с машинистом не прослеживается. Но я допускаю, что в ходе более тщательного расследования, которое будет проведено, когда мы выберемся отсюда, факты ваших контактов вполне могут всплыть.

– Но Дженна… – слабо возразил Сол. – И Эмилия…

– Все так, но я не исключаю, что вы могли действовать с кем-то сообща. – Взгляд Джесс сам собой устремился к Исе. – Или… – добавила она с усталым вздохом, невольно выказав беспокойство, внезапно овладевшее ею, – убийства совершили два разных человека, действующих самостоятельно. Иса, – обратилась Джесс к девушке, – вы сказали, что пошли в тоннеле в другую сторону. Но мы это знаем лишь с ваших слов. Вам не составило бы труда затаиться в темноте, толкнуть Эмилию, лишить ее фонарика, разбив мобильник, а затем напасть на Дженну.

Иса вроде бы хотела сказать что-то в свою защиту, но Джесс продолжила, повысив голос, чтобы не дать себя перебить:

– Здесь всем было очевидно, что вы не питали особого уважения или расположения к Дженне Пейс. И в беседе со мной вы о многом умолчали, оставив без ответа мои вопросы: куда вы направлялись, почему не вышли из поезда вместе с друзьями. И это наводит меня на мысль о том, что эти подробности могут быть очень важны в свете нападения на машиниста.

Похоже, при упоминании о ее планах на ночь, которые она предпочла веселью с друзьями, Иса утратила всякое желание обороняться и отстаивать свою непричастность к убийствам. Девушка обессиленно откинулась на спинку сиденья, позволив Джесс продолжить монолог.

– Эмилия. – Джесс повернулась к рыжеволосой попутчице, откровенно недоумевавшей из-за того, что ее причислили к подозреваемым. – Мне очень жаль, но вы тоже были в тоннеле. И поскольку Иса настаивает на том, что шла в другом направлении, нам опять-таки лишь с ваших слов известно, что вас толкнули, и вы решили вернуться сюда, а Дженна двинулась дальше одна.

Эмилия села прямее, собираясь возразить, но успела пробормотать лишь «Какая нелепость!» Проигнорировав ее восклицание, Джесс произнесла:

– Как бы то ни было, доказательствами вашей связи с машинистом я пока тоже не располагаю.

Повернувшись лицом ко всем спутникам, Эмилия кивнула, удовлетворенная тем, что ее так быстро реабилитировали.

– И наконец, вы, Скотт, – со вздохом повернулась к мужчине Джесс. – К сожалению, я выявила связь между вами и машинистом. Вы оба принимали участие в драке футбольных болельщиков в «Мейсонс Армс», причем по разные стороны баррикад.

От удивления у Скотта отвисла челюсть.

– Как вы, черт возьми, узнали?

– Это сейчас не важно, но у меня имеются неопровержимые доказательства, которые я обязательно передам полиции. И вы находились в тоннеле один во время нападений на Эмилию и Дженну.

– Занятно! Выходит, я убил мужика, который вел мой поезд, ловко смылся и по дороге оприходовал еще двух дамочек, а потом я – что? Вернулся – так, для прикола – дождаться, когда сюда заявятся копы и уведут меня в арестантских браслетах? – Скотт вытянул вперед руки. – Обыщите меня, попробуйте найти что-то крупнее зубочистки. При мне нет ничего. – Из кисти одной из его рук вытянулся указательный палец, нацеленный на Сола: – А вот у него есть чертов нож, и вы сами сказали – он мог все это провернуть. – Скотт мотнул головой на неравномерно освещенную кабину.

– Нет, я не мог! – опротестовал его обвинение Сол.

– Правильно, потому что он весь из себя такой хороший и собранный, носит костюмчик, вам приятней меня назначить убийцей, а не его.

– Это не имеет никакого отношения… – начала было Джесс, но прекословие Скотта развеяло заклятье с остальных пассажиров, и они все разом