С тех пор как ты ушла - Сагит Шварц

убежденно, что слова будто жалят меня, ведь то, что я собираюсь сказать, может раз и навсегда изменить мнение Эдди обо мне.

– Если уж говорить совсем честно, я, наверное, сомневалась, что достойна быть матерью, – продолжаю я. – И попыталась справиться с тревогой, отказываясь от еды. В итоге у меня произошел выкидыш и брак развалился. После развода я снова стала делать все для выздоровления, но… – Я перевожу дух. – Мне очень сложно есть со вторника, когда я обнаружила, что мама, возможно, еще жива.

Эдди осмысливает мои слова, связывает их в голове с предыдущим разговором.

– Значит, ты попала в больницу не из-за Каделлов?

– Я упала в обморок, потому что уже пару дней не ела. Не хочу искать себе оправдания. Просто знай: когда я оказалась тут в одиночестве, то поняла, что вы с Сарой для меня важнее всего на свете. Я не могу позволить себе рецидив, потому что вы оба занимаете очень много места в моей душе. И даю тебе слово: я буду бороться изо всех сил, чтобы вы всегда могли на меня положиться. Я очень тебя люблю и надеюсь получить шанс стать матерью Саре, если ты по-прежнему этого хочешь.

Эдди ничего не отвечает. Он замирает, уставившись на стоящий передо мной больничный поднос с едой. Повисшее между нами молчание делается тяжелым.

– Надо было сразу мне рассказать, – наконец говорит он.

Глава 52

Октябрь 2012 года

Вначале до меня донесся ритмичный писк. Потом в нос ударил запах антисептика. Я открыла глаза и осмотрела себя: розовая ночная рубашка, к одной руке присоединена капельница. Я в больнице. И не помню, как там оказалась.

– Что случилось? – спросила я у медбрата, который производил какие-то манипуляции с капельницей.

– У вас был выкидыш. Вы потеряли сознание. Вам сделали выскабливание. Мне очень жаль, – ровным голосом сказал он.

Я что, больше не беременна?

В первый момент потрясение оказалось таким сильным, что я не смогла даже заплакать и только спросила:

– Где мой муж?

– Ушел позвонить, – ответил медбрат. – Принести вам что-нибудь?

Я покачала головой.

Когда он вышел из палаты, я стала вспоминать, как меня госпитализировали в первый раз. Тогда я была еще подростком, и меня кормили через трубочку. В прошлом РПП уже похитило у меня очень многое, и вот теперь из-за него я лишилась возможности стать матерью.

Я прижала ладони к животу. Он казался меньше, чем прежде. Вот тогда-то я расплакалась.

В палату вошла женщина. Я вначале не узнала ее, потому что все, кроме боли от потери будущего ребенка, пронизывающей каждую клетку тела, казалось нереальным.

– Беатрис! – позвала меня женщина.

– Да, – с трудом откликнулась я.

– Это я, доктор Ларсен.

Я не видела ее с тех пор, как покинула «Новые горизонты», то есть уже много лет. Она выглядела иначе: стала старше, отрастила волосы и обзавелась морщинами.

– Что вы здесь делаете? – спросила я у нее.

– Проводила ежедневный обход на отделении расстройств пищевого поведения, увидела медкарту с твоим именем и зашла навестить, – ответила она.

До сих пор я не знала, что меня положили на отделение для больных РПП, и теперь опустила глаза: встречаться взглядом с доктором Ларсен было слишком стыдно.

– Я слабачка, – сказала я тихо.

Психотерапевт подошла ближе и мягко, как в былые времена, коснулась моей руки. Ее кисть испещряли морщинки и пигментные пятнышки, которых не было прежде.

– Ты не слабачка, – возразила она мне. – Но иногда срыв – это часть выздоровления.

Я кивнула. На сердце у меня было слишком тяжело, чтобы говорить.

– Много лет ты отлично справлялась. Постарайся не позволить, чтобы случившееся задало тон всей твоей жизни. Пусть тон ей задаст не эта трагедия, а ты сама, когда возьмешь себя в руки.

Глава 53

В палате напротив моей кровати стоят специальный агент Джейсон Филдс и его коллега Кира Фриск из службы защиты свидетелей. На сотруднице черный брючный костюм, у нее на удивление мелкие зубки. Едва войдя, эти двое сразу сказали Эдди, что должны поговорить со мной наедине. Похоже, он был рад поводу улизнуть, пробормотав, что из-за Сары ему пора вернуться в Лос-Анджелес. Наш разговор сильно его расстроил, тут уж к гадалке не ходи.

– Мы знаем, почему на самом деле Каделлы вас преследуют, – говорит Джейсон. – Дело в вашей матери.

– Вы уже нашли ее? – спрашиваю я.

Они переглядываются, явно осторожничая.

– Про такое все равно мягко не скажешь, – начинает агент Филдс.

У меня сводит живот.

– Вначале нам поступила информация, что вашу маму видели на севере Калифорнии, в районе долины Сан-Джеронимо. Мы получили эти сведения вчера, – продолжает он, – но уже совсем недавно нам сообщили, что неподалеку обнаружены чьи-то останки. На месте проводят дополнительные мероприятия по опознанию. Но, похоже, первоначальный анализ ДНК дает ряд совпадений.

– Не-е-ет! – в отчаянии вою я. Мне снова суждено потерять маму, и моя боль безгранична.

– Печальная истина в том, что, если бы Ирен не ушла самостоятельно с радаров несколько десятков лет назад, а обратилась к нам в программу защиты свидетелей, такого, скорее всего, не случилось бы, – вступает Кира и закусывает нижнюю губу мелкими зубками. – Поэтому вам нужно прибегнуть к ПЗС. Хотя ваша мама больше не сможет дать показания относительно Салли, у братьев Каделлов есть и другая причина на вас охотиться. Они считают, что Кристина Каделл поделилась с вами обстоятельствами гибели ее матери.

Я окидываю взглядом больничную палату, ожидая, что в нее вот-вот снова войдет доктор Ларсен. И скажет мне, что я смогу повернуть свою жизнь к лучшему, как уже говорила в «Новых горизонтах» и после моей сорвавшейся беременности. Но доктор Ларсен давно умерла, а у меня больше нет второго шанса.

– Суть в том, что вернуться в Лос-Анджелес для вас небезопасно, – поясняет Джейсон.

– Я отказываюсь от программы защиты свидетелей, – отвечаю я им.

– Понимаю, это сложно, – кивает Кира, – но вы должны подумать о своих близких, которые могут попасть под перекрестный огонь, если братья Каделлы будут преследовать вас и дальше.

Мама потеряна навсегда. И Эдди, похоже, тоже. Он больше не хочет, чтобы я жила вместе с ним и его дочерью. Сбылись мои худшие страхи.

– У меня нет близких, за которых мне пришлось бы тревожиться, – бросаю я.

– Как насчет мужчины, который только что был здесь? – спрашивает Джейсон.

– А при чем тут он? – холодно парирую я.

Агент понимает намек.

– А ваши пациенты? – подключается Кира.

– Не уверена, что гожусь для того, чтобы и дальше работать психологом.

– Что же вы собираетесь делать? – спрашивает она.