Кукушонок - Камилла Лэкберг

– Теперь трудно поверить, что когда-то я был спортсменом мирового уровня, – с улыбкой сказал он.

Эрика не знала, каким должен быть вежливый ответ на это заявление, поэтому только улыбнулась в ответ. Частный детектив потянулся за фотографией в рамке на столе.

– Тысяча девятьсот восьмидесятый год, Олимпийские игры в Москве. Я получил бы бронзу, если б Ларс-Эрик Шёльд не опередил меня.

Он с сожалением покачал головой. На снимке был молодой и куда более стройный Рейдар в облегающем борцовском костюме.

– Это впечатляет!

Фраза прозвучала как обычный в таких случаях вежливый отклик, но Эрика не кривила душой. Поскольку ей самой было трудно подвигнуть себя даже на пятиминутную пешую прогулку, если в конце не ожидалось легкого перекуса в кафе, она искренне восхищалась спортсменами.

– Но не думаю, что вы явились сюда поговорить о моей несостоявшейся спортивной карьере, – продолжал Рейдар. – Подозреваете, что муж спит с секретаршей? Или нужна помощь в розыске сестры, о существовании которой вы только что узнали? Может, вызывает подозрения деловой партнер? И в том, и в другом, и в третьем случае Рейдар к вашим услугам. – Он развел руками и улыбнулся еще шире.

Не залюбоваться частным детективом Рейдаром Тивеусом было невозможно.

– Я помогаю полиции в одном расследовании, – ответила Эрика. – Петер Бауэр и его сыновья были застрелены на острове неподалеку от Фьельбаки. Полицию заинтересовало, что Петер нанимал вас для расследования смерти своей первой жены.

Рейдар пристально посмотрел на Эрику. Потом побледнел, и улыбка сошла с его лица.

– Петер мертв? И его маленькие сыновья тоже?

Эрика кивнула. Она не ожидала, что убийства на Шелерё – новость для детектива.

– Убиты в прошлое воскресенье ночью.

– Вот черт… – Теперь он, пожалуй, выглядел больным. – Но вы правы. Петер действительно поручал мне расследовать обстоятельства того наезда.

– И вам известно почему?

В носу защекотало от пыли, но Эрике удалось не чихнуть.

– Петер хотел выяснить, кто это сделал, и в этом я его понимаю. Полиция занималась этим делом, но, похоже, не особенно активно. «Определенно, мы имеем дело с вождением в нетрезвом виде», – сказал мне следователь, когда я попытался выяснить, что им известно.

– Неужели в расследовании не было ничего, что указывало бы на личность преступника? И потом, прошло много лет с тех пор, как Сесилия погибла. С чего вдруг Петеру взбрело искать человека, по вине которого это произошло?

На этот раз Эрике не удалось сдержаться, и она громко чихнула.

– Будьте здоровы!

– Спасибо. – Она пошевелила крыльями носа, чтобы избавиться от ощущения зуда.

– Честно говоря, не имею ни малейшего понятия, почему он нанял меня именно теперь, – ответил Рейдар. – Но такое горе может парализовать надолго, как показывает мой опыт. Требуется время, чтобы хоть немного оправиться. Очень может быть, что лишь спустя годы Петер осознал, что нужно делать.

– Звучит разумно, – согласилась Эрика. – У него появилась новая жена, которая стала ему поддержкой. Возможно, это придало Петеру уверенности.

– Именно так, – Рейдар снова развел руками. – Но, отвечая на первую часть вашего вопроса, – нет, ничто в расследовании не давало даже намека на личность преступника. Обратите внимание, я имею в виду расследование случая как такового. Самого виновника происшествия не особенно пытались найти. Это не было приоритетной задачей полицейских.

– И как далеко удалось продвинуться вам?

– Петер нанял меня всего несколько недель назад. И я предупредил его, что первое время не смогу заняться этим делом вплотную, так как должен закончить другое крупное расследование. Только в последние несколько дней мне удалось сосредоточиться на смерти Сесилии. Так что хвалиться пока нечем.

В носу снова защекотало. Эрика попыталась пошевелить им, чтобы предотвратить чихание, но вовремя поняла, насколько нелепо это будет выглядеть.

– Они были в загородном доме на Тюрешё, в Бревике. Все произошло в июле, четыре года тому назад. Сесилия бегала каждое утро в одно и то же время. Выходила из дома в восемь, возвращалась около девяти. Он забеспокоился часов в десять. А потом позвонила полиция. Сесилию нашли неподалеку от их дома, минутах в двадцати ходьбы в обычном темпе. И никаких свидетелей.

– То есть никто ничего не видел?

– Никто ничего, если верить протоколу полиции. Но не думаю, что они утруждали себя расспросами. По словам Петера, в июле в этом месте движение на дорогах не особенно интенсивное.

– То есть никто не видел, как ее сбили, и водитель скрылся с места происшествия, – задумчиво повторила Эрика. – Можете показать на карте, где именно ее нашли?

– У меня нет карты, к сожалению.

– Карта в телефоне. – Эрика достала телефон, ввела в поисковик «Бревик, Тюрешё» и протянула Рейдару.

– У меня до сих пор кнопочная «Нокиа»… Наверное, вам придется мне показать, как с этим управляться.

– Хорошо. А где они жили? Или это был всего лишь летний домик?

– Летний домик. – Рейдар прищурился на экран. Ему потребовалось около минуты, чтобы сориентироваться, после чего он показал на точку в дальнем конце мыса. – Вот здесь был их летний дом. А вот так она бегала… – Он провел пальцем по самому краю экрана. – Можно развернуть в этом направлении?

– Конечно.

Эрика провела пальцем, и карта развернулась вправо. Рейдар показал на дорогу, пролегавшую, судя по всему, по природной местности.

– Вот так она бегала… А вот здесь… ее нашли. На этом повороте. С одной стороны лес, с другой – крутой спуск к воде. На склоне есть дома, но их не видно за деревьями.

– По таким дорогам опасно бегать, – заметила Эрика, следя за изгибами линии на карте.

– Да. Петер говорил, что волновался за нее, но Сесилия уверяла, что это совершенно безопасно. Я проверял уровень аварийности в этом районе. Там установили камеру контроля скорости за год до смерти Сесилии, а до того случались аварии, в том числе и с трагическим исходом.

– Камеру контроля скорости? – Эрика выпрямилась на стуле. – И где она установлена?

Рейдар снова склонился над телефоном и, прищурившись, ткнул пальцем примерно в километре от места, где нашли Сесилию.

– Здесь. Сразу после спуска, как ни странно, где предел понизили с пятидесяти сразу до тридцати километров в час. Попадаются прежде всего чужаки, незнакомые с особенностями местности.

Эрика отметила про себя точку на карте. Новая идея медленно обретала форму.

– Можно я сфотографирую ваши записи?

Уверенным движением Рейдар открепил и вытащил лист из середины папки.

– У меня больше нет обязательств перед Петером, учитывая, чем все кончилось. Так что берите, что нужно.

Эрика ответила ему благодарным взглядом и осторожно перевернула исписанный с обеих сторон протокол расследования.

Выйдя на