Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

потому что ты не выведал того, чего хотел… – сказал Ли Чжиюн. – Но Чжэн с самого начала неверно оценил ситуацию. Он заискивал перед тобой, наверняка начитавшись твоих романов, думая, что ты имеешь влияние на полицию и сможешь помочь ему откреститься от «Дела станции Саошулин» – и даже от связей с «Благотворительным фондом любящих сердец». Жаль, он не знает, что китайская полиция никогда не жаловала частных детективов.

Хуянь Юнь кивнул:

– Лао Чжэн похож на хрусталь – прозрачный, но скользкий, многое он говорил лишь наполовину, но между строк ясно давал понять, что знает все.

– Бизнесмен есть бизнесмен, не станет показывать весь товар, пока не решит, почем продавать будет, – пожал плечами Ли Чжиюн.

– Как ты думаешь, какой на самом деле ответ на вопрос, который я пытался выяснить?

К этому времени они дошли до парковки. Ли Чжиюн, открывая ключом дверь серой Jetta, сказал:

– После того как я пришел в компанию «Минъи PR», я следил только за Чжоу Липином, на остальное особо не обращал внимания. Многое из того, что Чжэн сегодня рассказал, я тоже слышу впервые. Но по моим предположениям, Син Цишэн поругался с Чжоу Липином, скорее всего, из-за того, что тот домогался или даже насиловал детей в приюте, и Син Цишэн это обнаружил. Это и стало основной причиной того, что потом Чжоу Липин убивал и поджигал на холме Саошулин – он заметал следы.

Хуянь Юнь медленно произнес:

– Большинство людей – включая полицию – так и думают.

– Конечно, ведь за Чжоу Липином уже были подобные преступления! – воскликнул Ли Чжиюн, садясь за руль.

Хуянь Юнь сел на пассажирское сиденье. В машине стоял затхлый запах, его нога задела что-то. Глянув вниз, он увидел пару грязных кроссовок, видимо источник вони.

– Извини! – сказал Ли Чжиюн, но на его лице не было и тени раскаяния. – Я редко кого-то подвожу, поэтому использую машину как мусорный ящик.

– Видно, что так. По состоянию твоей машины можно определить, что ты холостяк… Кстати, тебе же скоро сорок, неужели у тебя до сих пор нет девушки?

Ли Чжиюн завел машину:

– Девушки? Сейчас девушки ищут парней «с квартирой, с машиной, без мамы». У меня только подержанная Jetta, нет своего жилья, да еще больная мама – кто за меня пойдет?

– В вашей компании вроде немало девушек.

Ли Чжиюн усмехнулся:

– Эти девушки, извините за грубость, все там для количества – ни красоты, ни толку.

Хуянь Юнь с любопытством спросил:

– Для количества – это как?

– Когда покупаешь что-то онлайн, всегда хочешь получить побольше скидок, верно? Допустим, акция: при покупке на сто юаней скидка двадцать. В корзине товаров меньше чем на сто, добавляешь какую-нибудь мелочь, чтобы дотянуть до ста – толку от нее нет, но и выбрасывать жалко… PR-компания, говоря грубо, как тот толстяк из «Чайной» – профессиональный посредник, живет за счет связей[18]. Ты используешь других, другие используют тебя. У Чжэна нет никаких связей, он не из влиятельной семьи, нелегко ему было добраться до нынешнего положения. Каждый день приходится всем кланяться да улыбаться, никого не обидеть, осторожно обхаживать всяких больших людей – мало ли когда понадобится попросить об одолжении. Кому-то нужны деньги – он должен дать, чьему-то ребенку нужна работа – он должен найти место, даже если тот ни на что не годен. Все ради того, чтобы «сократить» проблемы. Взять того же Син Юньда – обычный хулиган, а стал замдиректора, с чего бы? Только потому, что у него отец – директор приюта, а дядя – зампредседателя… Посмотри на нашу компанию – такие площади, столько рабочих мест, а реально работают каждый день всего три-пять человек. Остальные раз в сто лет появляются, но Чжэн все равно должен платить им страховку, зарплату… И чем реже кто-то появляется, тем выше зарплата – у них крепкая поддержка, потому и гонор большой.

Хуянь Юнь был очень удивлен:

– Что это за логика?

– Какая логика? Это логика, которой компания должна следовать, чтобы выжить! – Ли Чжиюн вздохнул. – Впрочем по сравнению с «Благотворительным фондом любящих сердец» это еще ничего…

– Есть что-то еще более возмутительное?

– Есть! – Ли Чжиюн бросил только одно слово и замолчал.

Машина двигалась на юг, было около четырех часов дня. Пробки еще не образовались, но как раз заканчивались занятия в начальной школе, дети группами по два-три человека рассыпались по дороге как капли ртути, мелькая, прыгая, снуя туда-сюда. Скорость приходилось то увеличивать, то уменьшать, время от времени резко тормозить, Ли Чжиюн немного нервничал, шипел сквозь зубы. Остановившись у входа в центр социального страхования, он поспешно выскочил из машины и вбежал внутрь. Хуянь Юнь подождал в машине некоторое время, пока не увидел, как тот вышел с бланком «Регистрации информации о страховании от тяжелых заболеваний для городских жителей» в руках, стоя у входа с растерянным выражением лица.

Хуянь Юнь вышел из машины:

– Что случилось?

Ли Чжиюн указал на бланк в руках:

– Я подал несколько дней назад, центр соцстрахования вернул, сказали, что родственникам застрахованного не разрешается платить взносы, только сам застрахованный может вносить плату.

Хуянь Юнь посмотрел на бланк:

– Здесь же есть два варианта: самостоятельная оплата и оплата родственниками застрахованного.

– Говорят, новые правила, – вздохнул Ли Чжиюн. – Я им объяснил, что у мамы кровоизлияние в мозг, паралич, она не может сама прийти, у старушки даже банковской карты никогда не было, а они сказали, чтобы я сам искал выход…

Хуянь Юнь выхватил бланк и решительно направился в центр соцстрахования, Ли Чжиюн последовал за ним.

В пустом холле почти никого не было, только ряд сотрудников сидел за стеклянными перегородками, зевая от безделья.

Хуянь Юнь подошел к одному из них, показал бланк и спросил:

– Если в бланке указано, что застрахованное лицо может выбрать между самостоятельной оплатой и оплатой родственниками, почему сейчас родственникам не разрешается платить?

– Это новые правила.

– Где эти правила? Покажите мне, пожалуйста.

– Вы кто такой? По какому праву требуете показать их? – раздраженно ответил сотрудник.

В тот же миг тон Хуянь Юня стал необычайно строгим:

– Я гражданин, и поскольку этот вопрос затрагивает законные права граждан, я, конечно, имею право требовать, чтобы вы предъявили соответствующие документы!

Его голос эхом разнесся по пустому холлу; несколько работников, как испуганные головастики, наклонились в его сторону, но не осмелились покинуть свои места.

Общающийся с Хуянь Юнем сотрудник, напротив, как будто стал ниже ростом, его голос тоже звучал тише и мягче:

– Вообще-то это не жесткое правило, просто некоторые люди, платящие взносы за других, забывают