Неугомонная покойница - Кемпер Донован

она отправит их моей бывшей, если я не сделаю, как она хочет. Она знала все о нашей борьбе за опекунство, я даже не уверен, откуда. Но Вив всегда была большой сплетницей, у нее можно было найти компромат на кого угодно.

– И откуда она добыла эти фотографии? – осведомилась Дороти.

– Ну, м-м-м… имели место несколько случаев, когда мы участвовали в групповых мероприятиях. – Я опустила взгляд на свои руки – такая уж я пуританка. – Вы удивитесь, узнав, как часто делаются фото процесса. Клиенты доплачивали, если им предоставлялась возможность оставить что-то на память. В те времена, когда загрузить информацию в интернет было не так просто, риск последствий был невелик. Но, естественно, и минимальным он не был.

– Угу.

– Но я все еще не понимаю, откуда взялось видео. Она что, прятала видеокамеру в стене или что-то в этом роде? Что именно вы видели?

– Не стоит сейчас вдаваться в подробности, – изящно ушла я от ответа. – Важно то, что Вивиан вас шантажировала.

– Ну, в такой формулировке все звучит гораздо драматичнее, чем было на самом деле. Но, полагаю, можно выразиться и так.

Он уставился на нас. Мы уставились на него в ответ. Внезапно у него отвисла челюсть в гримасе ужаса, которую, по моим ощущениям, Пол тоже отрабатывал для сцены.

– Я ее не убивал, вы что?! Вив была настоящей стервой, но я и не подумал бы ее убивать. Или убивать кого-то еще! Я из кожи вон лезу, чтобы остаться частью жизни моего сына, и вы правда полагает, что я в такой ситуации решил бы утопить кого-то или столкнуть с балкона?

– Согласна, что это было бы очень глупо, – кивнула Дороти. – Но я все еще не понимаю, почему?

– Почему что? – нахмурился Пол.

– Почему Вивиан пришлось шантажировать вас? Почему она просто не могла нанять кого-нибудь другого?

– О! Все довольно просто. Потому что она была на мели. Они оба были на мели. Они с Вальтером исчерпали все свои кредитные карты, чтобы снять этот дом. Она сама призналась мне после того, как пригрозила использовать эти фотографии против меня. – Он встал, чтобы размешать пасту. – А зачем они все это затеяли? Чтобы уговорить того индийского чувака выложить им кучу наличных за кожаную штуку, которую изобрел Вальтер. Это был их последний шанс, от этого зависело все. Все. – Он снова сел. – Им нужно было представить все так, будто у них полно наличных, при этом не потратив ни цента. И тут на помощь пришел я.

Я вспомнила, как Самир Шах назвал Вальтера мошенником, сказав, что нельзя верить ни единому слову: ни его, ни Вивиан. Я решила, что он преувеличивает. Но, возможно, он был прав.

– Итак, когда вы с Вивиан поссорились в ночь ее смерти, – подтолкнула его я, – я так полагаю, это произошло из-за денег? Ну, не могу вас винить.

Он непонимающе посмотрел на меня.

– Вы о чем? Я ни разу с ней ссорился. Согласившись на эту работу, я просто притворился, что все в порядке. Это сильно облегчает жизнь, я уже давно понял.

– По словам ее сестры Лоры, в среду поздно вечером вы поднялись к ней спальню. Она сказала, что вы двое стояли в дверях и о чем-то спорили, но она не могла расслышать, о чем именно.

– Значит, сестра Лора лжет. В любом случае, эта дама – настоящая чудачка, я ее почти не видел. Она вечно валяется в своей комнате и заставляет меня оставлять подносы у нее под дверью, как будто она в отеле «Четыре сезона» или на каком-то курорте. – Он пренебрежительно махнул дряблой рукой. – Наверное, просто пытается привлечь к себе внимание.

Учитывая, что Лора оказалась права насчет того, что Полу не платили за его услуги, я не была склонна отмахиваться от того, что еще может сказать Лора Дюваль. Но я не стала заострять на этом внимание. У меня в рукаве еще оставалась последняя карта.

– Что ж, теперь я понимаю, почему вам приходилось приторговывать наркотиками во время своего пребывания здесь, учитывая, что Вивиан вам ничего не платила.

Несмотря на одутловатость, губы у Пола были тонкими и вытянулись совсем в ниточку, когда он ухмыльнулся в ответ на мои слова.

– Ну понятно, что и об этом вы в курсе. Держу пари, где-нибудь на дороге стоит камера, так?

Я кивнула.

– Логично. – Он пожал плечами. – Я подумал, что эти несколько недель, пока я здесь, я отдохну от возни с дурью, но слухи распространяются быстро. У местных ребят тут все серьезно, и что еще остается делать актеру, который перебивается то здесь, то там?

– И вас не беспокоит, как ваше занятие может отразиться на вашей борьбе за опекунство? – поинтересовалась Дороти.

Он рассмеялся.

– А как вы думаете, кто мой поставщик? Я же говорил, что моя бывшая зарабатывает намного больше, чем я.

Внезапно мне стало жаль девятилетнего Дэнни. Но в то же время было приятно видеть, как два родителя устроили вокруг него такую суматоху. Дурное воспитание детей перестало быть прерогативой только малообеспеченных пар.

Дороти встала. Я тоже.

– Что ж, Пол, должна поблагодарить вас за то, что вы были с нами так откровенны. Мы искренне это ценим.

Он неуверенно кивнул, несомненно, гадая, насколько боком ему выйдет это интервью.

– Кстати, – Дороти обернулась, будучи уже на полпути к двери, – любопытно, а какую роль вы играли в «Ричарде III»?

– Ой, только не смейтесь, но… – Он встал, и в его маленьких поросячьих глазках появился вызывающий блеск. – Первого убийцу.

Глава 38

– Отлично сработано, – похвалила меня Дороти, когда мы снова оказались в коридоре на пути обратно в столовую. Телохранитель шел за нами быстрыми пружинистыми шагами.

– Спасибо, – ответила я. – Так ты думаешь, это сделал он? Мотив у него довольно веский.

– Поставленная на карту опека над ребенком? Согласна. И на самом деле, возможно, это лучший мотив из тех, что мы уже обнаружили.

– Ты говорила, что в конце концов это дело раскроется, когда мы поймем мотив.

– Точно, – согласилась она.

– Что ж, даже если Вивиан и не была великой актрисой, она, должно быть, отлично преподавала актерское мастерство, – пожала плечами я. – Потому что Вальтер Фогель явно лгал нам сплошь и рядом. Эти двое по-прежнему та еще загадка.

Дороти остановилась. Я тоже замерла. Она повернулась ко мне.

– Интересное замечание, – протянула она. – Очень интересное.

Я кивнула, довольная тем, что высказала интересное, на ее взгляд, замечание, хотя понятия не имела, что в нем особенного. Она постояла так еще немного, глядя