Улика из прошлого - Валентина Владимировна Гасс

— О-очень приятно, — пробормотала Эля, заикнувшись.

— Великолепно! — всё так же энергично отозвались в трубке. — Хорошо, что я успел до вас дозвониться! Связь ближе к деревне не работает! Вы ведь уже в пути или?..

— В пути, — подтвердила Эля. — Будем часа через полтора.

Расстояние от Города до Кочек, судя по карте, составляло 232 километра.

— Великолепно, великолепно! — «просиял» Роберт. — Хотел просто вас предупредить, что мы с Кларисой, к сожалению, вынуждены были срочно уехать из поместья. Дела, знаете ли, порой не терпят никаких отлагательств.

— И… что? — растерялась Эля. — Нам разворачиваться?

— Нет-нет, ни в коем случае! Ни в коем! Вас встретит… э-э-э… человек, который следит и за домом, и за хранилищем. Так сказать, эконом! Всё будет великолепно! Вас встретят и разместят, а ближе к вечеру мы постараемся быть! Уверяю вас, вы найдёте чем себя занять!

— Я не одна, — предупредила Эля. — С водителем…

— Великолепно! — традиционно отреагировал брат Кларисы. — Никаких проблем. Вас встретят и разместят обоих! Я просто хотел принести вам свои искренние извинения, что наша очная встреча откладывается по нашей вине. Но это нисколько не осложнит, я надеюсь, наше сотрудничество. Всё будет…

— Великолепно? — предположила Эля.

— Именно! Именно так, как вы сказали! Поэтому смело входите в дом, вам же объяснили, как его найти?

— Да.

— Тогда великолепно! Просто великолепно!

Кочки представляли собой обычную по меркам периферийной глубинки деревушку. Пыльная грунтовая дорога, которая, петляя, спускалась с двух небольших холмов, утыкалась в кривоватую улицу с неправильно расположенными вдоль неё деревянными домиками с покосившимися кое-где крышами; чуть в стороне уныло отсвечивало бурым остовом какое-то полуразрушенное сельскохозяйственное здание, все подходы к нему заросли бурьяном в человеческий рост. У некоторых заборов можно было увидеть технику: заляпанные грязью молотилки и сеялки, деревянную телегу с опущенными оглоблями и трактор «Беларусь» без одного переднего колеса, поддерживаемого вместо оного деревянной чурочкой.

Макар осторожно вёл свою развалюху по деревенской улице, крутя головой вправо-влево.

Эля сидела, нахмурившись: почему-то зашарпанный вид деревеньки погрузил её в экзистенциальное уныние.

— Куда ехать-то? — спросил Макар, притормаживая и окуная транспортное средство во внешнее облако пыли, выбившееся из-под шин.

— Говорила же, по центральной улице до конца, потом, перед колокольней, направо, потом налево и опять направо, там будет кладбище, после него ещё метров двести.

— Я думал, это маленькая деревня.

— Я тоже так думала.

Действительно, чем дальше автомобиль Макара двигался через населённый пункт, тем внушительней он, пункт, казался по площади. Хотя видовой состав строений практически не менялся — те же хиленькие и старенькие домики. Аборигены почему-то пока путешественникам не встречались, лишь возле одного длинного дома, похожего на барак, стоял веснушчатый пацан в длинной, до колен, майке и задумчиво провожал диковинный, по его меркам, автомобиль взглядом.

Несмотря на смутное описание фамильного дома фон дер Ляйн, предоставленное тётей Марфой, Эля не могла полностью абстрагироваться от стереотипа. Она всё-таки ожидала увидеть за очередным холмиком нечто внушительное — если не замок, как его изображают на английских гравюрах Средних веков, то хотя бы некое помпезное здание с башнями, крепостной стеной и глубоким рвом по периметру. Разумеется, ничего такого пред светлыми очами Элис не возникло.

В реальности «замок» представлял собой просто очень большой дом, словно бы его срубили в масштабе 2:1 по сравнению с остальными деревенскими строениями. Правда, правый флигель с некоторой натяжкой можно было принять за башенку — его круглая крыша поднималась над общим уровнем аккуратным «зонтиком». Ров отсутствовал полностью, а вместо крепостной стены «поместье» опоясывала глухая ограда чуть больше человеческого роста, которая скрывала нижнюю часть дома, но не мешала восприятию картины в целом.

В некотором отдалении, у кромки пустыря, заросшего вездесущим бурьяном, виднелся припаркованный фургон с какими-то специализированными символами на боку; Элис не успела рассмотреть, с какими именно. Макар развернул машину «мордой» к угадывающимся в ограде воротам и заглушил двигатель.

— Побибикать? — на всякий случай спросил он у Эли.

— Неудобно как-то, — с сомнением покачала головой та. — Давай я попробую вначале сама.

— Попробуйте, мадам, попробуйте, я же всего лишь водитель, — с нескрываемой иронией отозвался Макар.

Эля фыркнула и смерила его презрительным взглядом. А потом выбралась из машины. И пошла вдоль ограды.

Странно, но она никак не могла «нащупать» в ней калитку или обнаружить какой-то звонок.

Элис дошла почти до конца фронтального полотна забора, когда неожиданно и совершенно бесшумно часть ограды ушла в сторону, открывая прямоугольный проход.

Элис заглянула в него и обомлела.

Во дворе по ту сторону открывшейся калитки стоял… вначале Эле показалось, что это космонавт. Потом всё же в её мозгу что-то тяжко «провернулось», и она сообразила, что вряд ли космонавтов наряжают в ярко-жёлтые скафандры.

Короче говоря, перед ней стоял некто, одетый в вырви-глаз цыплячьего цвета дутый комбинезон, полностью скрывающий своё содержимое. На голове «космонавта» красовался циклопических размеров прямоугольный шлем с зеркальным забралом.

— А-ап… — это всё, что смогло вырваться из уст совершенно деморализованной Эли, она даже чуть присела от потрясения.

— Кхкххк, — сказал в ответ «космонавт». Вернее, создавалось впечатление, что он хочет что-то сказать, но его там, внутри огромного шлема душат подушкой. При этом он слегка пошевелил руками в перчатках, пальцы на которых напоминали толстые и короткие сардельки.

Успев для себя отметить высокую информативность произошедшего диалога, Эля немного «протрезвела» и сумела сформулировать для себя две мысли.

Первая заключалась в том, что если это и есть анонсированный Робертом «эконом», то что же, чёрт вас всех возьми, её ждёт дальше? Вторая оказалась более прагматичной. На «скафандре» существа Элис сумела рассмотреть знакомые значки биологической угрозы — три чёрные пересекающиеся окружности, образующие своеобразный трилистник, и смутная догадка потихоньку забрезжила в её сознании.

Как бы подтверждая эту почти сформировавшуюся догадку, «космонавт» отщёлкнул зажимы на шее и, ухватив себя за загривок пальцами-сардельками, неуклюже стащил с головы циклопический шлем. Под оным оказалась вполне себе человеческая мужская голова, обрамлённая длинными волнистыми волосами.

— Переговорник барахлит, — пояснил парень довольно-таки молодым голосом и поднёс шлем изнанкой ко рту, сказав туда: — Раз-раз, один-один, проверка связи.