Распущенные волосы - Афанасий Рогин

— Спасибо, действует отрезвляюще! — Я приложил ладонь к горящей щеке. — Поскольку целование моих рук автоматически отменяется, то разрешите откланяться. Ни минуты здесь не задержусь. Дорогу найду, можешь не провожать.

Я раскидал тапочки по углам гостиной и направился к выходу. Не успел я надеть ботинки, как почувствовал на плечах руки Александры. Я резко передёрнул плечами и развернулся к ней лицом: Шурочка тут же всем телом прильнула ко мне.

— Останься, Андрей, — жарко прошептала она. — Хотя бы на одну ночь. Хочешь, я буду твоей пушистой морской свинкой?

— Послушной и очень ласковой? — Вся моя злость мгновенно улетучилась, как женщинам это удаётся?

— Очень!

После бурной ночи я проспал до полудня, меня разбудил телефонный звонок. Открыв глаза, обнаружил, что в постели нахожусь в гордом одиночестве: Шурочка исчезла! Подарок Ахрора, который я снял и положил на тумбочку рядом с телефонным аппаратом, испарился вместе с ней.

— Добрый день, соня! Зубную щётку я тебе положила, завтрак приготовила, кофе в кофемашине. Ты уже проснулся?

— Только что. Может, объяснишь мне, что происходит?

— Я тебя обокрала! "Распущенные волосы" теперь мои! — Я услышал в трубке издевательский смех Александры.

— Пусть они будут прощальным подарком. Надеюсь, что наши пути никогда не пересекутся, — отрешённо ответил я и повесил трубку.

Приняв душ, я оделся и прошёл на кухню. Яичницу с беконом оставил нетронутой и ограничил свой завтрак чашкой кофе. Телефон все это время трезвонил, не переставая, но мне это уже было безразлично. Я успел повернуть ключ зажигания, когда Александра, вихрем ворвавшись в распахнутые ворота, перегородила мне путь и упёрлась руками в капот машины.

— Выходи сейчас же, Дубровский!

— Отойди, — опустив стекло, бросил я Шурочке, не обращая внимания на её заплаканное лицо. — Все кончено, понимаешь?

— А я-то дура, вообразила себе невесть что! — Тело женщины содрогалось от рыданий. — Ждала все эти годы, надеялась, молилась и вот оно случилось. Теперь он весь мой, как и прежде, никуда его не отпущу!

— Не верю, Шурик! Ты снова в шоколаде, а я привычно уползаю в закат, — тон получился на редкость издевательским. — Освободи дорогу. Пожалуйста.

— Знаешь что, Дубровский, — Взгляд Шурочки потускнел, лицо приняло суровое выражение, и она резко оттолкнулась от капота. — Катись-ка ты ко всем чертям. Жила ведь как-то без тебя, не пропала. А подарок свой…

Александра подошла к отрытому окну автомобиля, достала из сумочки амулет и швырнула мне в лицо. Как же хорошо, что Ахрор сделал оплётку не из проволоки!

Мне удалось-таки затащить упирающуюся Шурочку на заднее сиденье, и целый час я потратил на то, чтобы вымолить прощение. Убеждал и уговаривал, обнимал и целовал: бесполезно! Глаза её засверкали вновь, когда я пообещал взять на себя роль морской свинки, но отреагировала Шурочка весьма своеобразно.

— Ладно, вы прощены, месье Дюбуа. — Женщина расстегнула верхнюю пуговицу блузки. — Но, прямо здесь и сейчас!

Натан Шапиро, именно к нему догадалась съездить Александра, подтвердил подлинность монеты, но удивился драконовским комиссионным, которые запросил месье Анри.

— Натан Израилевич согласен на десять процентов, но ему не терпится заполучить "Распущенные волосы". Предложил обменять монету на "чистые" экземпляры из своей коллекции. Если ты захочешь их продать, то он поможет с реализацией. Это хорошая сделка, Андрей, соглашайся.

— Какая же ты у меня умница! — Я поглаживал Шурочку по волосам и наблюдал, как она восполняет потраченные калории, с аппетитом уплетая остывшую яичницу.

— У очень многих нумизматов периодически возникают вопросы к Анри Бюжо насчёт происхождения его коллекции. Он частый участник аукционов, но всегда только продаёт свои экспонаты и не участвует в торгах, хотя бы для вида.

— У Бюжо связи на таможне, а он сам министерский эксперт по культурным ценностям. Можно это использовать?

— Конечно, простая, но рабочая схема: клиента тормозят, вменяют незаконный ввоз или вывоз. За сим последуют конфискация и экспертиза. Далее: кража конфиската со склада или скупка по липовой оценке. Также возможен шантаж с предложением поделиться, — с набитым ртом разъяснила Александра. — А почему я это знаю? Как доктор исторических наук привлекалась в качестве эксперта, причём неоднократно.

— Прожуй сначала, доктор! Получается, что Бюжо собрался кинуть меня повторно, ведь он без возражений согласился на две трети! Похоже, что этот котелок перестал варить! — В расстроенных чувствах я шарахнул себя кулаком по лбу.

— Осторожней, убьёшься! — Шурочка наконец-то проглотила последний кусок яичницы. — Уверена, что тебя обчистят ещё на таможне и выбросят, как использованный…

— Да понял я, понял! Помнишь, ты рассказывала про какой-то метод пластики? — Похоже, что удар по голове всколыхнул задремавшие было извилины.

— Гальванопластики, неуч! — Шурочка чмокнула меня в щеку. — За годы, проведённые на чужбине, ты совершенно разучился понимать шутки.

— Но, если можно скопировать целую лошадь, то с монетой…

— Все гораздо проще, — подхватила Шурочка. — Внутри ювелирный воск, а внешне один в один. Натан Израилевич перевёл почти всё столовое серебро, чтобы сделать копии экспонатов у нас в лаборатории. Люба, заведующая лабораторией — моя подруга. Весу в ней почти центнер, а все из-за Шапиро: он закармливает её тортами и заваливает коробками конфет.

— Копия нужна уже завтра: у меня билет на самолёт.

— Ты хочешь улететь? Один? — Щёчки Шурочки залились румянцем. — Не ври мне, Дубровский!

— Шурик, я тоже не хочу тебя отпускать. Ныне, и присно, и во веки веков! — Я приложил руку к сердцу. — Если на рейсе будут места, то мы летим вместе.

— Тогда, аминь! Любовь Соломоновна сделает все в наилучшем виде.

Нам повезло: в самолёте осталось одно место в эконом-классе! Александра пустила вход все свои женские хитрости, и ей удалось-таки выторговать мой бизнес-класс. Когда самолёт совершил посадку, я позвонил Михаилу Папину и попросил его забрать Шурочку из аэропорта. Перед зоной таможенного контроля мы с ней разделились и пошли разными коридорами.

Как и предсказывала Александра, на таможне меня взяли за жабры и провели через настоящее чистилище. В итоге, я предстал перед месье Бюжо с изрядно потрёпанным чемоданом, всколоченными волосами и в помятой одежде.

— Ну и вид у вас, месье Дюбуа! Присаживайтесь.

— Вашими молитвами, месье Анри, — буркнул я, плюхнувшись в предложенное кресло.

— При чём здесь я? — Месье Бюжо предсказуемо перевёл разговор на другую тему. — Монета при вас?

— Увы! Пока меня на таможне разбирали по косточкам, амулет пропал.

— Вы меня обманываете, — с уверенностью заявил старик. — Ведь монеты при вас не оказалось!

— Можно спросить: откуда у вас такие сведения? — Я в удивлении наморщил лоб.

— Это уже не твоё дело, щенок! — Месье Бюжо разозлился не на шутку.

— Наконец-то маски сброшены! — Я вальяжно раскинулся в кресле. — Ваши люди на таможне