Нулевой день - Рут Уэйр

южные лондонцы, а его лицо расплылось в ухмылке, он стал выглядеть лет на четырнадцать.

– Слушай, ты, конечно, ничего, только я за деньгами пришел, перепихон на улице не мое.

Я выдавила фальшивый смешок.

– Рада слышать. Телефон взял?

Он снова стал серьезным и протянул дешевый одноразовый мобильник. Темный экран залило дождем.

– Вот. Мой агент подменит номера, когда я скажу, что получил деньги.

– Сначала телефон, – отрезала я, стиснув кулаки, чтобы унять дрожь.

Мэдрокс покачал головой.

– Прости, детка. Нет денег, нет телефона. Давай деньги, или я уйду.

Мне стало дурно. Я понятия не имела, как к нему подступиться. Понимала, почему он не хочет отдавать телефон: решил сначала проверить, что у меня хотя бы есть деньги. А я не могла показать ему чемодан, набитый банкнотами, – ключ от кошелька ничего не значит, если не знаешь, что внутри. С другой стороны, вдруг он обманщик с дешевым телефоном? Самое главное, я не могла позволить ему уйти. Это был мой последний шанс.

– Ладно, сначала переведу деньги, – решила наконец я, – только проверю, что мобильник работает и ты подменил номера.

– Да я тыщу раз так делал! – Он спохватился, пожалуй, слегка притянуто за уши. – Ну, сто точно. Я мастер.

– Слушай, я тебе верю, но вдруг… – Хотела сказать: «Вдруг полиция заблокировала симку», – но остерегалась признавать, что полиция вообще замешана. Сильно подозревала, если скажу, цена вырастет, а может, парень вовсе сбежит, оставив меня на холодной парковке с бесполезной цепочкой цифр на обороте книги. – Симку заблокировали? Мне нужно убедиться, что номер перенесли, а затем уже переводить деньги. Я не прошу дать телефон, просто хочу проверить, работает или нет, а потом нажму «Отправить».

Долгое молчание.

– Да ладно! – убеждала я, пуская в ход все дружелюбие, все навыки социальной инженерии, которым обучалась десять лет. Благодаря им я умела мило разговаривать с совершенно незнакомыми людьми, очаровывать их, а они мне помогали, ничего не прося взамен. – Двадцать штук! Думаю, заслужила предварительный просмотр за такие-то деньги?

Мэдрокс скользнул по мне оценивающим взглядом, прикинул мою силу и габариты. Я задрожала то ли от холода, то ли от страха. Старалась держаться. Не показывай, что боишься.

И тут он закатил глаза.

– Ну я и идиот… Ладно, валяй. – Он вытащил из кармана куртки другой телефон, куда более навороченный. – Какой номер хочешь поменять?

Я назвала, парень записал, потом позвонил со своего и тихо заговорил:

– Джей? Да, это Мэ… – Он, видимо, передумал называть прозвище и неуклюже исправился:

– …м-мой номер. Я с покупателем. Поменяй симки прямо сейчас.

Я не слышала, что говорили на другом конце провода, но сильно подозревала: спрашивали парня, получил он деньги или нет.

– Да не собираюсь я отдавать! – с легким возмущением воскликнул он, повернулся ко мне спиной и отошел, но я все равно слышала. – Она хочет… – Похоже, его перебили, и Мэдрокс раздраженно бросил:

– Да в ней футов пять роста, ничего она не сделает!

Разговоры, кивки, возмущенные заверения Мэдрокса, чья сутулая спина выглядела все более жалкой. Он напоминал подростка, которому мама помешала выделываться перед друзьями. У меня возникло дурное предчувствие, какой-то смутный страх, хотя не из-за Мэдрокса, а скорее его собеседника. А вдруг не послушает? Вдруг велит забрать деньги и сбежать? Работа научила меня: злые, пристыженные люди опасны. Надо нравиться другим. Надо, чтобы тебе доверяли. Плохо, когда пытаются доказать свою крутость. С дружелюбным покладистым Мэдроксом можно сладить. С неуверенным парнем, который выпендривается перед боссом, – вряд ли.

В конце концов Мэдрокс повесил трубку и повернулся, а я подняла голову, делая вид, будто не слышала каждое слово.

– Агент производит обмен, – с важным видом сказал он. Я чуть не закрыла глаза от облегчения. – Можешь позвонить и проверить. Но потом переведешь биткоины, ясно?

Я кивнула. Долгое ожидание, а затем на телефон Мэдрокса пришло уведомление.

– Все, можно. Попробуешь?

Опять кивнула и достала свой мобильник. Все, момент истины. Я вешала себе на спину огромную мишень. Самые навороченные методы шифрования не помогут – как только наберу номер Гейба, покажу полиции местоположение его нового телефона и своего тоже. Самое главное другое: полиция в считанные минуты может заметить подмену и остановить меня.

Затаив дыхание, набрала номер Гейба. Ждала, сама не зная, чего больше боюсь: что сработает или наоборот. Миг промедления, не больше, и телефон в руке Мэдрокса зазвонил.

Я ахнула от облегчения, чуть ли не рассмеялась, но дернулась слишком резко – боль в боку вспыхнула с такой силой, что искры посыпались, и я едва не потеряла сознание.

– Живая? – услышала я будто сквозь толщу воды. В ушах противно шипело.

– Да, – выдавила я, подавляя волну дурноты. – Живот… схватило. – Более-менее похоже на правду, а если стошнит, вот оно и объяснение. Мэдрокс смотрел на меня со смесью беспокойства, тревоги и недоверия. Разве можно его винить? Я бы, наверное, тоже заподозрила уловку. Поэтому взяла себя в руки. – Все хорошо. – Вранье. Я с трудом сглотнула полный рот слюны и желчь, подступающую к горлу. Главное – забрать у Мэдрокса телефон и получить код, пока никто ничего не понял. – Честно. Все, перевожу. Скажи адрес кошелька.

Он продиктовал, и я достала из рюкзака книгу с ключом. Дрожащими руками набрала цифры, изо всех сил стараясь не перепутать длинный и сложный номер, и открылся биткоин-кошелек Гейба. Кошелек, в котором хранились все оставшиеся у меня деньги.

На мгновение я засомневалась: а смогу ли подтвердить перевод? Руки тряслись, и не только от приступа боли. Я понимала: конец. Последний шанс, остатки моего запаса. Впрочем, я разыграла последнюю карту, когда подменили номер Гейба. Телефон в руках Мэдрокса превратился в маяк, ведущий полицию прямиком к обладателю. Все остальное неважно: ни биткоин, ни Мэдрокс. Только телефон.

Я стиснула зубы. Приказала дрожи утихнуть. И нажала «Отправить».

Мэдрокс смотрел на свой мобильник, постукивая ногой. Пришло уведомление, и он с хмурым видом проверил уже одноразовый телефон. Я думала, передаст мне, но нет. Вместо этого он, похоже, переключился на другую вкладку и что-то печатал.

– Недостаточно, – раздраженно сказал он.

Земля ушла у меня из-под ног. Развести пытается?!

– Что ты несешь? – сорвалась я и тотчас пожалела. Голос Гейба словно бы прошептал в ухо: «Не зли его, детка».

Поздно. Он уже разозлился, очень.

– Двадцать штук. – Несмотря на собственный страх, часть меня, опытная в социальной инженерии, умудрилась подметить: он расстроен и насторожен не меньше моего и считает, что его надули. – Так мы договорились. А ты перевела восемнадцать.

– То есть? – совсем растерялась я. – Согласилась на двадцать, потому что у