Черное лето - Майкл У. Крэйвен

кровью, у нас нет шансов, – рассуждала Флинн.

По кивнул.

– Нам нужна девушка. Если мы найдем ее, план Китона рухнет.

Но даже если мы выясним ее имя, подумал По, это нам все равно не особенно поможет. «Очередной обман!» – закричит команда Китона, размахивая распечаткой анализа ДНК, доказывающей, что в комнате для допросов была Элизабет Китон. Им нужно было найти девушку и нужно было, чтобы она объяснила, как была подделана кровь. Все остальные варианты неминуемо вели к победе Китона.

– Завтра я еду в Пентонвилль, – решил По.

Флинн нахмурилась.

– Зачем?

По объяснил, что он обнаружил, когда просмотрел записи с тюремных камер. Флинн тоже просмотрела их и кивнула.

– Его настроение определенно изменилось, – согласилась она. – Хочешь, я поеду…

Телефонный звонок не дал ей договорить. Она показала ему экран. Неопознанный номер.

– Инспектор Флинн.

По слышал только ее реплики, но было ясно, что Флинн чем-то недовольна. Она попросила перевести на громкую связь. По представился. Брэдшоу даже не подняла головы от компьютера.

– Это старший детектив Барбара Стивенс, – произнес металлический голос с сильным акцентом, выдававшим жительницу Ньюкасла, которой пришлось на какое-то время покинуть любимый город. – Я тоже работаю в Национальном агентстве по борьбе с преступностью. Сержант По, вы назначили встречу с заключенным Ричардом Блоксвичем. Я могу знать, почему вы им заинтересовались?

– Его имя фигурирует в деле Камбрии.

– Эта версия кажется мне маловероятной. Насколько мне известно, у Ричарда нет там никаких связей.

– Он общался с Джаредом Китоном, – пояснил По.

– Ах да, тот шеф-повар, что убил свою дочь. Я слышала об этой истории, но не знала, что мы в этом замешаны. Я полагала, это какая-то местная проблема.

По объяснил, чего они добиваются.

Спустя, казалось, целую вечность Стивенс проговорила:

– Хотя я очень вам сочувствую, сержант По, и все понимаю, боюсь, я не могу разрешить визит.

Она сказала им, в каком отделе работает. Это объясняло, почему в деле Блоксвича были определенные ограничения. По даже не задавался вопросом, у какого из дел выше приоритет – все, чем занимался этот отдел, было очень важно.

Иногда слишком важно.

– Но если вы скажете мне, что вам нужно, – добавила Стивенс, – я сама встречусь с ним и передам вашу просьбу. Посмотрим, сможет ли он чем-то вам помочь.

Настроение По тут же поднялось. Откровенно говоря, это был лучший из вариантов. Раз Стивенс уже общалась с Блоксвичем, ей явно было легче что-нибудь выяснить. По рассказал ей, что видел на записях с камер видеонаблюдения, Стивенс пообещала, что просмотрит эти записи и свяжется с ним.

Брэдшоу отправила ей видео по электронной почте в виде сжатого файла. Им пришлось нервно ждать тридцать минут. Поскольку ждали они в напряженной тишине, когда телефон Флинн наконец зазвонил, все подпрыгнули. Флинн снова включила громкую связь.

– Ладно, я согласна, – решила Стивенс. – Похоже, вы хотите что-то увидеть в камере Блоксвича. Хотя, насколько мне известно, ничего запрещенного там нет.

– Почему вы так уверены? – удивился По. Заключенные – настоящие гении, когда идет речь о том, чтобы спрятать что-нибудь противозаконное. Поэтому с мобильниками и возникает столько проблем.

– Потому что! – Ее тон давал понять, что дискуссии не будет.

По задался вопросом, что скрывала Стивенс. Масштаб личности Блоксвича она явно преуменьшала. Просто бухгалтер-мошенник, сказала она, но тут что-то явно не сходилось. Бухгалтеров редко сажают за решетку и уж тем более в одиночную камеру в условиях переполненности тюрем. Может быть, он был участником какого-то серьезного дела о мошенничестве. Может быть, давал по нему показания.

Но очень уж раздумывать по этому поводу не стоило. Национальное агентство по борьбе с преступностью работало разрозненно – у кого-то был доступ к важной информации, у кого-то не было. По большому счету, их отдел занимал чуть ли не последнее место. Чем занимается отдел Стивенс, не знал даже ван Зил.

– Сегодня я встречаюсь в Лондоне со своим мужем Тревором, – добавила она, – вечером поговорю с Ричардом, а завтра позвоню вам.

– Можно сегодня ночью, – заметила Флинн, – мы все равно спать не собираемся.

– Хорошо, сегодня ночью, – легко согласилась Стивенс.

Глава сорок девятая

Стивенс сдержала слово. Она позвонила около одиннадцати. Никто не спал – все поужинали в восемь и продолжили работу.

Брэдшоу раздражалась все больше и больше. Ей поставили задачу, а она, судя по всему, и близко не подобралась к решению. Она мычала себе под нос что-то, что обычно мычат, потеряв ключи от машины.

– Я просто не понимаю, как это можно было провернуть, – пробормотала она. – Даже самая совершенная синтетическая кровь не обманет судмедэксперта, По.

Черт. Хотя все это говорили, он думал, что уж Брэдшоу-то разберется. Теперь казалось, что и она не выпутается. Он не особенно верил остальным, но верил ей.

Вместе с тем он понимал, что прав. Двоемыслие.

Так что телефонный звонок Стивенс, когда он раздался, стал облегчением. Тайм-аут от их самой необычной проблемы.

– Боюсь, ничего ценного вам не скажу. Ричард знал Китона, но они не были друзьями. Оба любили почитать, и хотя предпочитали разные жанры, в тюремной библиотеке выбор небольшой, так что они менялись книгами.

– Он не говорил, что Китон стал чаще его навещать после беспорядков?

– Говорил. Он понятия не имеет, почему.

– И в его камере не было ничего противозаконного, что Китон мог бы обнаружить?

– Определенно нет.

Еще один тупик.

Если только они не рассматривали ситуацию под неправильным углом. Они искали девушку, а По знал о том, что могли прятать заключенные, хотя это не было запрещено законами тюрьмы.

Семейные фотографии. Иногда их прятали, чтобы другие заключенные не могли их увидеть. Особенно фото детей и молодых женщин. Никому не понравится мысль о том, что их самые близкие и дорогие люди станут объектами для онанизма.

– Вы были в его камере? – спросил По.

– Была.

– Нет ли там фото кого-нибудь из членов семьи?

Повисло долгое молчание.

– Ой, – наконец вспомнила Стивенс.

– Именно, – подтвердил По.

– И у него есть дочь. Хлоя. Ей сейчас где-то двадцать с небольшим.

– Сколько времени потребуется, чтобы подтвердить, что в его камере фото, мэм? – спросила Флинн. – Вы не представляете, насколько это важно.

– Это не займет много времени. Вряд ли он спрятал их каким-то высокотехнологичным способом, если ему требуется быстрый доступ к ним.

Стивенс пообещала, что проведет обыск завтра же, как только тюрьма откроется, и если обнаружит фотографию, тут же отправит им копию. По ее поблагодарил, хотя и сомневался, что ему понадобится фото – зная имя, Брэдшоу без труда могла найти Хлою Блоксвич в