Черное лето - Майкл У. Крэйвен

– Есть что добавить, сержант По?

Вопрос был задан не агрессивным тоном. По всей видимости, Ригг хотел помириться, и это было очень плохо. У Уордла была цель: быстро продвинуться по службе. Никому из тех, с кем он работал, доверять было нельзя.

– Нет-нет. Беги.

Ригг даже не пошевелился. Ему хватило ума выглядеть смущенным. По уступил. Немного.

– Вот что я скажу, констебль Ригг. Если хочешь принять участие в игре, начни с вопроса, почему у девушки, которую вы допрашивали, нет татуировки.

Глаза Ригга сузились.

– Ты хочешь сказать, что она должна была быть?

– Я хочу сказать, что тебе стоит перестать лизать задницу Уордлу и попробовать самому стать полицейским.

По снова повернулся к ноутбуку. Какое-то время спустя он услышал, как Ригг вышел из бара.

Уордл вломился так внезапно, что По забыл поставить видео на паузу, и видео уже довольно далеко продвинулось. Теперь зона отдыха была пуста, заключенные находились в камерах, а охрана – на рабочих местах. Из любопытства По перемотал вперед, чтобы узнать, как долго они там просидели. По-видимому, в определенный момент их выпустили поесть, несмотря на беспорядки.

Сигнал тревоги прозвучал в одиннадцать пятнадцать. Прошло еще семь часов, прежде чем камеры были разблокированы. Заключенные постепенно начали выходить из камер – видимо, подошло время ужина.

По ждал, пока выйдут Китон и Блоксвич. Китон сидел там, пока мимо не прошел тюремный служащий, и лишь тогда рискнул выйти. По смотрел, как он брел вслед за охранником, пока не скрылся из поля зрения всех камер.

От его уныния не осталось и следа. Он улыбался.

По все еще не видел Блоксвича. Он смотрел видео до тех пор, пока крыло не опустело и его не заперли сотрудники тюрьмы. Блоксвича в камере не было. Заинтересовавшись, где тогда пропавший бухгалтер, По перемотал вперед, пока заключенные не вернулись с ужина. На этот раз Блоксвич шел с ними. Должно быть, он был за пределами крыла, когда прозвучала тревога. Он направился прямо в свою камеру и закрыл за собой дверь. Китон вернулся к себе и сделал то же самое.

Он по-прежнему был в хорошем настроении.

В камере Блоксвича что-то произошло. По был в этом уверен.

Китон пробыл там один семь часов. И когда он вышел, он улыбался.

Глава сорок восьмая

По задумался, впервые ли Китон оказался в камере Блоксвича. К счастью, на флешке были записи не только того дня, когда произошел бунт. По отмотал на неделю назад.

Только за этот период они встречались трижды, и хотя не выглядели друзьями, они явно были хорошими знакомыми. Судя по всему, они время от времени обменивались книгами.

По зашел в главный бар, заказал кофе, вернулся к столу. Теперь он перешел к видео спустя недели после изоляции из-за массовых беспорядков.

Он попросил Брэдшоу проверить, но уже по одним только визуальным эффектам было ясно, что после беспорядков Китон заходил в камеру Блоксвича гораздо чаще, чем до них. Однако их интерес друг к другу нельзя было назвать взаимным. Если раньше Блоксвич время от времени приносил книгу в камеру Китона, то теперь отчего-то перестал. Казалось, Китон навязывал ему свое общество.

Так продолжалось до тех пор, пока Китон не исчез.

По проверил свои записи: этот период совпал с датами его пребывания в больнице. Мог ли Блоксвич пырнуть Китона ножом, чтобы тот перестал его преследовать? На такого человека он похож не был. Он выглядел как стереотипный бухгалтер: очки в тонкой оправе, блестящая лысина. Может быть, он кому-то заплатил? Найти добровольца было несложно: Китона с его смазливой внешностью, надменным поведением и восьмизначным банковским счетом здесь явно невзлюбили с того момента, как он вошел в дверь. Видимо, потому-то он и старался провести как можно больше времени, скрываясь в больничном крыле.

Быстрая проверка подтвердила, что Блоксвич по-прежнему находится в Пентонвилле. По назначил встречу с ним на следующий день. Путешествие обещало быть долгим и, скорее всего, безрезультатным, но выбора не было – этого требовало дело. Он размышлял, как лучше проехать к югу, когда в бар вернулась Флинн.

– Ну что за идиоты. – Она тяжело опустилась рядом с По.

– Где Уордл? – спросил он.

– Где Тилли? – парировала она.

– Делает кое-какую работу по моей просьбе.

Флинн пристально посмотрела на него. Сейчас было не время скрывать информацию от инспектора. Он рассказал ей, куда отправил Брэдшоу и какой трюк провернул со смартфоном. К его удивлению, Флинн одобрительно кивнула.

– Я не претендую на то, что разбираюсь в происходящем, По, но они там явно проводят полноценную судебно-медицинскую экспертизу. Если кто-то тебя подставил и нашел доказательства того, что Элизабет Китон была у тебя на ферме, ван Зил никак не сможет помешать предъявить тебе обвинение в ее похищении.

– И в конечном итоге убийстве, – добавил По.

Флинн кивнула.

– И в конечном итоге убийстве. – Она поднялась, выражение ее лица было решительным. – Что ж, пойду закажу нам выпить, потому что я не намерена уходить отсюда, пока мы не найдем что-нибудь серьезное, над чем можно будет поработать.

* * *

– Скажите мне еще раз, почему мы не можем рассказать старшему инспектору Уордлу о том, что мы нашли? – спросила, вернувшись, Брэдшоу. По одарил ее нежной улыбкой. Брэдшоу опровергала теорию, согласно которой честность – непродуктивный метод работы.

– У нас нет доказательств, Тилли, – объяснил он. – С точки зрения Уордла – и помни, что у него нет мотивации принимать нашу точку зрения, поскольку это может привести к восстановлению в должности суперинтенданта Гэмбла, – это выглядит так, будто мы пытаемся мутить воду. Чтобы заранее себя защитить, если мне предъявят обвинение.

– Заранее себя защитить?

– Посредством другой версии событий. Присяжные с гораздо большей вероятностью усомнятся в его правоте, если мы выдвинем правдоподобную альтернативу версии обвинения.

– Но поскольку мы до сих пор не можем объяснить, как в организм этой девушки попала кровь Элизабет Китон, этот спор мы не выиграем, – добавила Флинн. – У нас есть предположения, у них – факты.

Брэдшоу обвела их печальным взглядом. Как бы она ни старалась убедить себя и других, что научные открытия – процесс регистрации нерабочих методов до тех пор, пока не будет найден рабочий, она уже начинала отчаиваться. Но По нуждался в ее помощи, и значит, нужно было продолжать бороться. Она поправила очки, открыла ноутбук и погрузилась в работу.

Флинн и По продолжали вполголоса обсуждать дело.

– Если мы не сможем объяснить, что произошло с