Лицом к солнцу - Лесли Вульф

казалось. Вот только ненавидел самого себя. И еще ненавидел мать. Боже же ты мой, как же он ее ненавидел!

— А за что? Вы помните?

— Знаете, я не думаю, что она хоть раз обидела Мэттью, но он постоянно твердил, будто она ограничивает его, обращается как с заключенным, унижает. И что однажды она за всё заплатит. — Дженнифер помолчала. — Когда он закидывался этой своей наркотой, ожидать от него можно было чего угодно. Иногда ему хотелось, чтобы я тоже попробовала его препараты, но я боялась. Хотела сбежать… Он пугал меня все больше и больше, пока…

Она смолкла. Пауза тянулась и тянулась, и Тесс наконец спросила:

— А что вы можете сказать о сексе с Мэттью?

Дженнифер сжала губы, из уголка глаза выкатилась слеза — пробежала по щеке, упала и стала пятнышком на светлой блузке.

— Я понимаю, об этом трудно говорить, но пропала девушка, — продолжала специальный агент.

Дженнифер уставилась на нее широко раскрытыми глазами. Где-то в глубине души подружка Далера знала, что этот день обязательно настанет.

— Пожалуйста, помогите нам найти ее. Любая информация может оказаться важной.

Женщина вздохнула и тихонько прочистила горло.

— Иногда было жестко, — заговорила она, не глядя на Тесс и Гэри. — Особенно когда он был обдолбан. Ему нравилось связывать меня. Вроде сначала он экспериментировал, добиваясь остроты ощущений, но потом стало по-настоящему жутко.

— Насколько далеко все зашло? — очень тихо спросила Тесс. — Вы обращались в больницу?

Дженнифер помялась, уставившись в пол.

— Нет, вызывала врача на дом. У него был переносной рентгеновский аппарат. Обычно стоял в его кабинете. Операция в частной клинике, ночью. И, однажды, это соглашение. В тот день получилось… особенно жестко. Очень.

Тесс быстро переглянулась с Мичовски и поднялась.

— Спасибо, Дженнифер. — Она осторожно коснулась предплечья женщины. — Я знаю, как вам тяжело. Только один вопрос, если позволите. Кто вам заплатил? Кто заставил дать подписку о неразглашении?

— Его мать.

39. Очищение

Он брился не торопясь, превратив обычную гигиеническую процедуру в тщательно отработанную церемонию. Осторожно помассировал лицо, смакуя аромат экстракта лайма, фирменного эфирного масла, входящего в состав крема для бритья «Кастл форбс». Аккуратно выбрил каждый квадратный сантиметр кожи, внимательно следя, чтобы ни одна упрямая щетинка не увернулась от лезвия. Тщательно смыл остатки пены, насухо промокнул кожу. И в качестве завершающего штриха оросил лицо шикарным лосьоном «Серж Лютанс».

Удовлетворенный, сделал шаг назад и посмотрелся в зеркало во всю стену. Зрелище доставило ему искреннее удовольствие. Стройное, подтянутое, мускулистое тело, внушительный, даже устрашающий вид, суровый безжалостный взгляд. Уже совсем скоро… Он чувствовал это.

Итак, мысли в порядке, лицо тоже. Еще один этап ритуала — очищающий душ, — и можно спускаться к очередному десерту. Он вошел в роскошную душевую кабину и, закрыв дверь из орнаментированного стекла, повернул кран. Из затейливой душевой лейки с функцией «тропический ливень» хлынула вода. Он наклонился вперед, оперевшись руками о выложенную мраморной плиткой стенку и подставляя горячим струям голову. Закрыл глаза и отдался видениям.

Перед внутренним взором возник образ девушки внизу — связанной, подвешенной, готовящейся к встрече. Если как следует прислушаться, даже сквозь плеск воды можно различить ее вопли. Крики распаляли его воображение. Не поднимая веки, он выдавил на ладонь гель и принялся намыливать тело, медленно и основательно, ощущая все усиливающуюся эрекцию. Она завизжит, когда он к ней прикоснется, задергается в путах, будет упрашивать, умолять и плакать. Ему нравилось, как они сопротивляются, пытаются вырваться, какими бы бессмысленными ни являлись все эти попытки.

Вдруг в видение ворвался незваный призрак, и он крякнул от досады. Треснул ладонью по стене, а потом еще раз, сдержанно рявкнув. Дженнифер… Она до сих пор жива. С ней не удалось довести дело до развязки, потому что какому-то безмозглому дешевому докторишке, видите ли, вздумалось выразить обеспокоенность. Просто невероятно! Тип получил целое состояние за то, чтобы не разевать хлебальник и быстренько залатать Дженнифер, а после скрыться с глаз долой. Так нет же, ублюдок потопал прямиком к его предкам, чтобы выжать из них деньжат побольше! Это был первый горький урок. С тех пор он не мог позволить себе оставлять их — тех, кто пообщался с ним, кто понял, кто он такой — в живых.

Рано или поздно он прикончил бы Дженнифер. Уже тогда он знал, что в нем живет желание убивать. Но ему хотелось растянуть удовольствие, насладиться сполна, поэтому он и не спешил пускать ей кровь. И допустил ошибку. Тогда он еще не продумал все тонкости и не знал, как продлить удовольствие, не причиняя существенный вред суррогату. С людьми становится хлопотно, когда их ломаешь… Этот урок он тоже усвоил. Порой он подумывал вернуться к Дженнифер и завершить начатое, однако риск был слишком велик. Дело того не стоило. К его услугам сколько хочешь других десертов.

По-прежнему не открывая глаз, он еще раз треснул кулаком по стене, на этот раз приложившись от души. Блаженное предвкушение испарилось, оставив ощущение досады и безысходности. Эрекция тоже пропала. Дженнифер никогда не появлялась одна — где-то рядом обязательно маячил и образ матери. Да, он совершил ошибку, оставив девку в живых, но надлежащие выводы сделал. И с той поры никогда не подставлялся. Но воспоминания о матери и о том дне, когда она вмешалась, чтобы подчистить за ним, оставались незаживающей раной. Он и не предполагал, что унижение может быть таким мучительным.

Ее условия оказались ужасными. Отныне она диктовала ему практически все — и пусть он только попробует рыпнуться! Чем ему заниматься, где жить, какими суммами распоряжаться, с кем встречаться! Беспощадная в своей тирании, тогда она явно испытывала наслаждение от безграничной власти над ним. Возможно, ей доставляло удовольствие наказывать его — хотя кое-что в ее поведении он все-таки понимал не до конца. Она потребовала, чтобы он приводил партнерш для секса домой — не в гостиницу или куда-то еще, а именно домой. Особняк был нашпигован камерами, «чтобы удостовериться в его верности соглашениям»! Да-да, согласно этим пресловутым соглашениям ему полагалось вести жизнь праведника. Даже штраф за нарушение правил парковки был грехом! А сломанный в шикарной гостиной особняка ноготок его разовой подружки — катастрофой! Иначе он потеряет всё, целое состояние — а это как-никак миллиард долларов! Так эта сука взяла над ним верх. Поимела его.

До поры.

Да и знает она все-таки немного.

Хорошо, что она позволяет ему играть в казино и никак не реагирует на его проигрыши. Должно быть, ее тупоголовый психотерапевт наплел ей всякой ахинеи,