Рыцари и ангелы - Майя Яворская

– это полиграф на следующей неделе.

– Ну, это ладно. Ты же ничего не скрываешь. Просто ответишь на вопросы – и все.

– Это тебе так кажется, что все. Ты просто не понимаешь, как работает эта система. Если они решат, что я каким-то образом обманул полиграф, то просто посадят.

– И что теперь делать?

– Зюзя, ты так спрашиваешь, как будто я рецидивист. Ты лучше у Кузьмича поинтересуйся. Это же он у нас в Шанхайской тюрьме сидел[3].

– Три дня, – заметил приятель.

– Все равно какой-то опыт имеется.

– Фофа, я удивляюсь, как тебе еще в таком положении удается шутить, – Самойлова смотрела на брата чуть не плача.

– А что, у меня есть варианты?

– Нет. Ну все же. Надо же как-то бороться…

– Каким образом?

– Ну… я пока не знаю…

– Вот и я пока тоже.

Все замолчали. Говорить дальше на эту тему смысла не имело. Кира в своей дурацкой манере склонна была винить во всем себя, хоть и не признавалась в этом. Она же всю эту кашу заварила. Кому нужны эти письма через сто лет? Тем более что ничего для родственников в них ценного не было, кроме разве что сокровищ. Но она-то хотела их вернуть не для того, чтобы кто-то обогатился, а просто чтобы людям было приятно. Какая-то память о предках. В общем, пустой романтический бред. Как всегда.

О чем думал Кузьмич, было совершенно непонятно. Впрочем, как обычно. Просто сидел, сцепив пальцы и уставившись тупо в стол. Но Кира знала уже по опыту, что на самом деле ему не все равно. Скорее всего, тоже думал, как побыстрее выпутаться из этой очень нехорошей ситуации. И она была совершенно права. Он просто не видел смысла публично «эмоционировать». Пользы от таких трепыханий никакой, а ресурс крадет. Лучше посидеть, помолчать и еще раз все обдумать.

А вот Кирилл, несмотря ни на что, быстрее других справился с нахлынувшим негативом. Видимо, сказывался врожденный оптимизм. Не то чтобы он отказывался принимать реальность. Нет, он отлично ее осознавал. Просто не мог часами перемалывать одно и то же. Помимо воли он начинал двигаться дальше. Вот такая удивительная особенность психики.

– Чего кислячим? – с любопытством перевел Самойлов взгляд с одного на другую.

– Кузьмич не хочет без тебя ничего говорить, – с удовольствием наябедничала сестра, чтобы сменить тему.

– Она меня утомила, – отомстил ей Кузьмич.

– Ну все, я на месте. Можно начинать, – примиряюще произнес Самойлов.

– Спасибо большое! – ехидно поблагодарила Кира и повернулась к приятелю. – Давай рассказывай, что все это было?

– Ты про что? – не понял он.

– Про твои сообщения и нежелание разговаривать по телефону. Кстати, не забудь объяснить, зачем ты нас сюда позвал.

– Чтобы спокойно пообщаться.

– Это можно было сделать и у меня на кухне, а не тащиться через полгорода непонятно зачем.

– Затем, что рядом объект наших изысканий. А общаться на ходу не очень удобно, много отвлекающих моментов.

– Ладно, принимается. А почему на звонки не отвечал?

– Было две причины. Во-первых, хотел вам дать время подумать. Во-вторых, информации пока было недостаточно, чтобы что-то обсуждать.

– А что тут думать? Я вообще ничего не знаю. А вы мне не рассказываете.

– А ты? – Кузьмич повернулся к Самойлову.

– Я подумал. Но получилась полная ерунда.

– Почему?

– Потому что, выходит, мышьяком Скобу пытались отравить, но не отравили. А сделать это мог кто угодно. И повод бы нашелся. Даже у меня…

– Это как?

– А так. От этой тетки какое-то неприятное впечатление осталось. Пока она сидела с закрытым ртом, все отлично. Тонкие, интеллигентные черты лица, умные глаза, брови вразлет, хорошая спортивная фигура, волосы просто роскошные. Знаешь, такие… в них тут же хочется носом зарыться. Не первой молодости, конечно, но видно, что держит себя в форме. Представляю, какой она раньше была…

– Ой, все, – закатила к потолку глаза сестра.

– Похотливый пионэр, – поддакнул Кузьмич.

– Вот как это тебе удается все опошлить? – искренне удивился Кирилл, глядя с укором на приятеля.

– Профессия такая…

– Какая такая?

– Не обращай на него внимания, он циник, – успокоила Кира. – Давно бы привыкнуть пора.

– Да-да, ты права. Я вообще считаю, что мужчины, не способные оценить женскую красоту, подозрительны. Никакой романтики, сплошной прагматизм.

Кузьмич неопределенно пожал плечами. Приятель обреченно махнул на него рукой и продолжил, обращаясь больше к сестре:

– Чтобы всем было понятно, я вообще не об этом. Я о когнитивном диссонансе. Все было хорошо ровно до тех пор, пока она молчала. Но стоило открыть рот – хотелось придушить.

– За что?

– Мне даже трудно объяснить. Тут все в совокупности. И речь, и взгляд, и манера общаться.

– А поконкретнее можно?

– Ммм… Ну, как сказать точнее?.. Она смотрела на меня, и я чувствовал себя ничтожеством. Нет, даже не ничтожеством, а насекомым. Все, что я говорил и делал, – вульгарно, пошло и аморально. Даже если бы я просто взял телефонную трубку и сказал: «Алло», получилось бы не так, как надо.

– Так. С личностью убитой все понятно. А по существу? Ты же с сотрудниками поговорил.

– С одной. Я же тебе рассказывал. Если хронологически, с самого утра у Скобы была скандальная посетительница. Но убить она не могла.

– Почему?

– Светочка сказала…

– Очень милая, симпатичная девушка? – решил уточнить Кузьмич.

– А как же! – Самойлов подмигнул сестре, которая собралась опять закатить глаза, и продолжил: – Так вот, почему у меня логически не получается. Когда хотят кого-то отравить, то к этому тщательно готовятся. Запасаются ядом, подгадывают время, выбирают место. А тут недовольная покупательница приходит высказать свое «фи» и потребовать моральную компенсацию. Откуда она знает, как пойдет разговор? Может, все закончится к ее удовольствию. Зачем тогда травить?

– А она первый раз пришла?

– По всей видимости, да.

– Это точно?

– Ну я так понял из разговора.

– Но не знаешь наверняка?

– Нет. Если надо, могу еще раз съездить, уточнить.

– Не помешало бы, – Кузьмич задумался. – Так, со скандалисткой вопрос пока остается открытый. Дальше.

– Дальше приходил какой-то плешивый дядька, который явно к визиту хорошо подготовился.

– В каком смысле?

– А в таком. Как только он вошел в кабинет, в салоне появился парень с собакой. Пес стал носиться по всему залу, гоняться за продавцами, что-то ронять. В общем, наделал много шума, кое-что попортил. Скоба не выдержала и вылетела посмотреть, что происходит. А посетитель в кабинете остался один. Так что у него была возможность сыпануть яду.

– Хорошо. А потом?

– Скоба пригрозила полицией, парень с собакой ушли, а за ними буквально через несколько минут и плешивый дядька.

– А зачем он приходил?

– Никто не знает. Светочка