Смерть в вязаных носочках - Аманда Эшби

нужна месть, и только месть. А единственный способ отомстить — это переехать в город, который сотворил такое с моей дочерью. Поэтому я расстаралась. Я купила бар. Мне, конечно, пришлось убеждать предыдущего владельца продать его. А потом я затаилась. Понимаешь, чем страшнее тайна, тем тяжелее она давит на душу. А когда люди пьют…

— Болтун — находка для шпиона, — сказала Джинни, и Рита коротко кивнула. Значит, Уоллес был прав.

— Времени понадобилось больше, чем я рассчитывала. Но семь месяцев назад Том Аллан кое о чем проболтался. Упомянул про свой запасной план, благодаря которому к нему не подобраться. Скажем так: я усердно поработала над тем, чтобы… подобраться к нему.

— Это с тобой у него был роман? — У Джинни онемела спина.

— Откуда ты, черт возьми, знаешь? — рявкнула Рита, но взяла себя в руки. — Неважно. Скоро ты поймешь, что не стоило совать нос в мои дела. Но да, у меня с ним был роман. Единственный способ узнать то, что мне надо было узнать. И я… я узнала… — Голос Риты оборвался, лицо исказилось от горя.

Джинни невольно чувствовала сострадание. Ни одна мать, ни один отец не должны были смотреть эту запись. Увидеть собственными глазами, что сделала Мэриголд.

— Рита, этому надо положить конец.

— Вот тут согласна. Поэтому сегодня после обеда я вылетаю из Манчестера прямым рейсом до Аликанте. Там я собираюсь расслабиться и пожить в свое удовольствие.

— Тебе не удастся уйти от наказания. — Джинни пристально смотрела на нее, вспоминая их разговор в баре. Как там она говорила?

«Небось загорает на пляже, вспоминает золотое времечко».

Рита говорила о самой себе.

— Не удастся уйти? — передразнила ее Рита, после чего холодно улыбнулась и сделала еще один шаг. — Но мне это уже удалось. Надо просто доделать кое-какие мелочи — и справедливость восторжествует. Мэриголд. Вы. Ваши приятельницы, которые ждут у меня в фургоне. Когда вы все исчезнете, ничто больше не будет стоять у меня на пути.

У Джинни все поплыло перед глазами: ей представились Джей-Эм и Мелочь, связанные, на заднем сиденье машины. Ей хотелось надеяться, что Наседка смогла пробраться к ним.

— Разве это справедливо — подставлять Элисон Фарнсуорт? Или Митча?

По лицу Риты скользнула тень, но она быстро избавилась от сомнений.

— Элисон Фарнсуорт сама виновата. С каким жалким видом она бегала за Бернардом! А все эти прилюдные ссоры с Луизой… Она просто сама вручила себя мне в руки, как подарок. Не могу сказать, что такой план мне нравился больше. Предполагалось, что Луиза умрет, как Том Аллан. Какая трагедия, и все из-за наследственной болезни сердца. Но из-за тебя, — Рита ткнула Джинни пальцем в грудь, — все пошло прахом. К счастью, у меня имелись запасные планы.

— Ты украла почтовые принадлежности Элисон и нашла письмо, которое она написала, когда ходила к терапевту. Догадываюсь, что… это ты прислала ей эсэмэску якобы от Бернарда, который якобы ждал ее в Ливерпуле в день, когда ты убила Тома.

— Ну что сказать. Я продумываю все до мелочей.

— А как же Митч? Он знал, что ты здесь?

— Нет, конечно. Он по глупости своей ничего не замечал. И Софи еще собиралась замуж за эту тряпку! Ее убили у него на глазах, но он не придумал ничего лучше, чем заливать горе и носить на шее дурацкое колечко. Она заслуживала лучшего.

— Тогда зачем брать его на работу? — Джинни вцепилась в сумку, надеясь отгородиться от Риты, которая подбиралась все ближе. Ноги стали свинцовыми, словно что-то заморозило тело изнутри и не давало двигаться.

— Затем, что я думала, что он в состоянии помочь мне. Но скоро стало ясно, что от него никакой пользы. Он даже умереть не смог, когда я хотела, чтобы он умер.

— Что? — Джинни ахнула. — Ты и его пыталась убить?

— Не считай себя умной, не льсти себе. Предполагалось, что Митч погибнет в пожаре вместе с Мэриголд. Убийца от горя наложил на себя руки. Но из-за того соседа мне пришлось в последний момент внести некоторые изменения. Полиция была у меня на хвосте, надо было от нее избавиться… и убираться отсюда. Поэтому я спровадила Митча в Манчестер. Ты сама видела, с какой скоростью Уоллес гнал свою идиотскую машину.

У Джинни сжался желудок. В глубине души она еще надеялась, что Уоллес где-то поблизости и успеет в больницу вовремя. Но до Манчестера больше тридцати миль, и это если нет пробок. Рита, должно быть, правильно истолковала выражение ее лица.

— Ты же не думала, что он примчится тебе на помощь? — Брызгая слюной, Рита протянула руку. Жилистые пальцы, натренированные перетаскиванием пивных бочонков, вцепились Джинни в горло.

«Эрик, милый, что мне делать? — раздался шепот в голове у Джинни; она так и не смогла побороть эту привычку. — Я не могу пошевелиться, я не знаю, что придумать».

«Когда это ты не знала, что придумать, если бралась подумать как следует? Потому-то я и влюбился в тебя, Джин».

Эрик? При звуках его голоса грудь Джинни словно распахнулась. Но вместо обосновавшейся там привычной боли в ней ключом, распространяясь по всему телу, забил смех.

Эрик ответил ей.

Сколько месяцев Джинни просидела дома, глядя на его кресло, — а он надумал ответить именно в эту минуту. Джинни рассмеялась еще громче, она вдруг словно вспомнила, как дышать, и тяжесть, не дававшая ей сойти с места, исчезла.

— По-твоему, это смешно? — Лицо Риты скривилось, как от пощечины.

Джинни воспользовалась этой передышкой в несколько секунд. Она быстро обежала кровать и схватила медицинскую карту. Мэриголд Бентли медленно открыла глаза, и ее взгляд сосредоточился на Рите.

— Мойра… прости меня. — Она говорила медленно, с болью в голосе. По щекам лились слезы. — Прости. Это была ужасная случайность. Софи п-пришла ко мне, обвинила в присвоении денег. Я хотела объяснить ей, что просто одолжила их. Конечно, я собиралась всё вернуть. Н-но она не слушала, и…

— Сволочь, — взвыла Рита, но нанести удар не успела: Джинни схватила кнопку для вызова медсестры, прикрытую медицинской картой, и несколько раз нажала ее.

Лицо Риты застыло: в коридоре послышались шаги.

— Нет! Я не позволю тебе убить меня так же, как ты убила мою дочь! — пронзительно выкрикнула она и метнулась к двери, где чуть не столкнулась с Уоллесом, за которым спешили Джей-Эм, Мелочь и Наседка. — Нет! Вы не понимаете. Она должна заплатить, — всхлипывала Рита. Уоллес завел руки ей за спину и защелкнул наручники. — Пустите.

Все три женщины бросились обнимать Джинни. Они говорили наперебой, а Джинни смеялась все громче. Ее тесным коконом окружали шарфы, пальто, сумки… и дружба.

— Не собираюсь, — проворчал Уоллес, после чего обернулся к Джинни. — С вами все в порядке? Она не ранила вас или Мэриголд?

Джинни с трудом высвободилась из объятий подруг и покачала головой:

— Все нормально… и Мэриголд, кажется, не пострадала. Но как вы здесь оказались? Вы разве не должны быть сейчас в Манчестере? Она утащила туда Митча, а сама стукнула в полицию, чтобы развязать себе руки.

— Я был уже на полпути туда, ехал по трассе номер шесть, но тут мне начало казаться, что что-то не так, поэтому я повернул. Ваши сообщения увидел, только когда вернулся в Литтл-Шоу. Звонили из манчестерской полиции. Оказывается, Митча Ривза ударили по голове и увезли силой. Он сейчас в больнице, приходит в себя.

— И он в стабильном состоянии. — В палату вбежала констебль Сингх; в кильватере следовали медсестры. — Мы успели? Она еще жива?

— Жива. Пусть ее осмотрят медики. — Уоллес потянул упиравшуюся Риту в коридор, где с размаху усадил ее на стул. — Присмотрите за ней, констебль Сингх, а я пока выясню, что произошло. Миссис Коул, вы не могли бы объяснить, почему мы здесь?

— Это мать Софи Хадсон, Мойра, — сказала Джинни. Ласковый голос Эрика еще звучал в ушах.

Уоллес резко выдохнул, и Джинни почти воочию увидела, как его острый ум заново