Дьявол из Огайо - Дарья Полатин

подтянула ноги, обхватив колени руками, от чего стала выглядеть почти девочкой.

– Джулс, – расстроенно ответила Мэй. – Я знаю, что она злится на меня.

– О, милая, – утешила ее Сюзанна. – Она приспосабливается к новой ситуации. Это нормально, когда на пути возникают некоторые трудности.

– Я не хотела причинять ей неприятности. Или тебе, или твоей семье. Я так благодарна вам за все, что вы для меня сделали.

Сюзанна покачала головой.

– Нет, Мэй, мне жаль, что Джулс так себя ведет по отношению к тебе. Ты получаешь много внимания, и она ревнует. Это естественная динамика между родными сестрами. Хотя ты не совсем сестра ей, – поправилась Сюзанна. – Но ты становишься частью нашей семьи.

Мэй посмотрела на Сюзанну и улыбнулась. Она была счастлива, что ее приняли в семью, которая была так добра к ней и не желала ей зла.

– Я очень горжусь тем, как хорошо ты справляешься, – похвалила ее Сюзанна. Мэй была удивлена.

– Правда?

– Ты влилась в общество, завела друзей в школе. У тебя даже есть парень. Я очень впечатлена. То, что ты делаешь, дается тебе нелегко.

– Держу пари, что тебе все это было проще простого.

– На самом деле, – начала Сюзанна, – нет.

Мэй выжидающе посмотрела на нее.

– Когда я начала учиться в Ремингемской старшей школе, – медленно продолжила женщина, – я перевелась во время первого года старшей школы.

– Тогда ты и познакомилась с Питером.

– Да. Но до того я жила в нескольких штатах отсюда. Моя семья – мама, брат и я – переехали. Так что я поступила в школу в середине года. Я никого не знала. Питер стал моим первым другом.

Сюзанна посмотрела на пустой приставной столик на той стороне кровати, где раньше спал Питер.

– Почему вы переехали? – спросила Мэй.

Сюзанна повернулась и посмотрела на Мэй в полумраке.

– Потому что так же, как и ты… я подвергалась жестокому обращению.

Глава 43

У меня была в самом разгаре работа над презентацией по обществознанию. Я не могла вспомнить ни одной вещи, связанной с СССР времен холодной войны, хотя это было темой нашей презентации. Мой мозг пребывал где-то в Сибири.

Слава богу, Айзек занимался этой презентацией вместе со мной, так что мог взять на себя всю тягомотину, но я понимала, что моя индивидуальная оценка будет дерьмовой. В последнее время я была настолько рассеянной, что почти ни к чему не готовилась.

Затем в дверь класса постучал психолог мистер Тауэрс.

– Извините, что прерываю. Можно мне забрать Джулс Матис? – Его тон был серьезным, почти мрачным.

Я удивленно повернулась к мистеру Тауэрсу.

– Меня?

Учитель обществознания, от которого почему-то всегда пахло солеными огурцами, кивнул, разрешая мне выйти из класса.

Мы вышли в коридор и направились к другому кабинету.

– Пойдем за твоей сестрой, – сказал мне он.

Что происходит?

Когда мы подошли к классу Хелен, мистер Тауэрс вызвал ее с урока французского.

– Произошел несчастный случай, – сообщил он нам.

– Что случилось? – спросила Хелен, прежде чем я успела отреагировать.

– Несчастный случай с вашей мамой…

Папа отпросился с работы, забрал из школы меня и Хелен, а также Даниэль и привез нас в больницу.

Мэй тоже приехала с нами. Мистер Тауэрс вернулся в наш кабинет обществознания и рассказал ей о случившемся, после того как сообщил мне и моей сестре.

Мама была в отделении неотложной помощи.

– Она попала в аварию, – объяснил папа. – У машины отказали тормоза, и она врезалась в дерево.

Даниэль проплакала всю дорогу до больницы, хотя папа сказал ей, что с мамой все будет хорошо.

У меня свело живот, когда я села на заднее сиденье рядом с Даниэль, заставив ее устроиться между мной и Мэй. В последнее время я была очень зла на маму, но менее всего мне хотелось, чтобы она пострадала. Я надеялась, что она получила не слишком серьезные травмы.

Приехав в больницу, мы все поспешили в ее палату.

Мама лежала на кровати, лицо ее было бледным. Лоб пересекала повязка, а нога была в гипсе. В ее руке торчала игла капельницы.

Хелен, Дани и я вошли в палату, папа и Мэй шли следом. Увидев нас, мама улыбнулась.

– Мамочка, ты в порядке? – Увидев нашу маму в таком состоянии, Дани как будто снова стала маленькой девочкой.

Мама потянулась к моей рыдающей сестренке и обняла ее свободной от капельницы рукой.

– Да, милая, со мной все будет хорошо, – заверила она Дани. Она говорила немного заторможенно, скорее всего, из-за болеутоляющих средств.

Мама посмотрела на папу, который слабо улыбнулся. Он все еще жил в гараже, и я понимала, что они, должно быть, поддерживают видимость нормальных отношений ради нашего блага, но я чувствовала, что он искренне расстроен из-за несчастного случая с мамой.

– Что случилось? – спросила я. Мне нужно было знать.

– Да, мам, как это произошло? – вклинилась Хелен.

Мамины остекленевшие глаза моргнули.

– Я ехала домой с работы и когда выехала на шоссе, машина начала слишком быстро разгоняться. Я не могла заставить ее затормозить. Я поняла, что тормоза работают неправильно. Я решила съехать на обочину, но меня занесло, когда я пыталась объехать другие машины. Я вылетела с дороги и врезалась в дерево. Машина не подлежит ремонту.

– Ты могла погибнуть! – воскликнула я, осознавая, насколько это было опасно.

Мама отмахнулась.

– Пострадала только моя лодыжка, – объяснила она. – Она сломана, но в остальном я в полном порядке, – невнятно проговорила она.

– А что с твоей головой? – Дани посмотрела на повязку.

– Это последствия удара.

Дани бросила на маму скептический взгляд.

– Серьезно, со мной все будет в порядке. Несколько недель я буду ходить на костылях, а потом, после небольшой физиотерапии, я буду как новенькая!

Она широко улыбнулась.

– Я могу готовить еду, чтобы тебе не пришлось утруждать себя, – предложила Мэй. Я и забыла, что она здесь.

– Спасибо, Мэй, – проворковала мама. – Это так мило с твоей стороны.

– Да, мы все поможем, мама, ни о чем не беспокойся, – заверила ее Хелен.

Доктору нужно было провести кое-какие обследования, и мы отправились в зал ожидания.

Хелен набирала на смартфоне сообщения, Дани и Мэй тоже общались посредством своих телефонов. Я не сомневалась, что Мэй переписывается с Лариссой и прочими. Я подошла к папе и опустилась рядом с ним. Мои мысли неслись вскачь, пока я сидела и размышляла.

– Каким образом у нее отказали тормоза? – спросила я.

Отец задумался.

– Не знаю, – медленно ответил он. Было видно, что он встревожен этим. Потом папа добавил. – Я уверен, что страховщики займутся этим.

Я позволила себе обдумать произошедшее: у мамы таинственным образом отказали тормоза, в результате чего она попала в