Дьявол из Огайо - Дарья Полатин

моя вина, Мэй нужно было разоблачить как лживую, коварную лицемерку. Может быть, тогда мама одумается и отправит Мэй подальше.

Сидя здесь, в блевотно-желтой комнате ожидания, при мысли о том, что Мэй уедет, я чувствовала себя Дороти из «Волшебника страны Оз», попавшей в красочный мир.

Мэй выскочила из кабинета мистера Тауэрса. Хмуря черные брови, она смотрела на меня холодными зелеными глазами.

Мне было все равно.

Я ждала, что она что-то скажет, но она промолчала. Она прошла мимо меня и вышла из приемной.

– Джулия? – Мистер Лэнс Тауэрс, школьный психолог, стоял в дверях своего кабинета. Он был высоким и худым и носил одежду на несколько размеров больше.

– Спасибо, что пришла, – начал мистер Тауэрс, когда мы расположились в его кабинете. Его диван из искусственной кожи скользил под моей винтажной шелковой юбкой-карандашом.

Он опустил взгляд на какие-то записи.

– Итак, в последнее время в твоей жизни произошли некоторые изменения. Это так?

– Да. Ну одно изменение, – уточнила я.

– Мэй, – сказал он.

– Да. – Что же еще.

Он некоторое время смотрел на меня, затем сделал несколько записей карандашом.

– Расскажи мне об этом поподробнее.

И я рассказала. Я рассказала ему, как Мэй пришла в мой дом, увела мальчика, который мне нравился, забрала все внимание моей матери. Мне было так приятно поговорить с кем-то обо всем этом. Кто-то еще должен был знать, как сильно Мэй портит мне жизнь.

Он внимательно слушал все это, аккуратно делая заметки.

Мне стало интересно, почему все это касается именно меня.

– Но она продавала наркотики, – напомнила я ему. – Я видела, как она делала это и раньше.

Мистер Тауэрс глубоко вздохнул и почесал розовую щеку ластиком от карандаша.

– Джулия, твои учителя заметили, что в последнее время ты подавлена. Ты не уделяешь учебе должного внимания, и твои оценки падают. Я знаю, что в твоей жизни многое изменилось.

– Ну да, – попыталась оправдаться я. – Я только что рассказала вам, как Мэй все испортила.

– Я понимаю, – задумчиво произнес он. – Поэтому я хочу, чтобы ты приходила на консультацию раз в неделю.

– Что?! Почему я должна быть наказана за то, что сделала Мэй? – Я почувствовала, как мое лицо пылает.

– Это не наказание, – пояснил он. – Это для твоего же благополучия.

– А ее вообще накажут? – спросила я.

– Это будет обсуждаться на административном уровне. Но она не знала о правилах.

Гнев поднялся из глубины моего сердца. Я не могла сдержать его, чтобы не взорваться.

– Это несправедливо! Ей все сходит с рук! Она ворвалась в мою жизнь, она разрушила мою семью, она даже увела мальчика, который мне нравится!

– Я понимаю, Джулия, – ровно ответил мистер Тауэрс. Я ненавидела, когда люди вели себя спокойно и сдержанно после того, как происходило что-то серьезное. Они как будто отрицали то, что только что произошло.

– Я считаю, что твои действия…

– Мои действия?!

– …это просьба о внимании. Теперь у нас будет возможность обсудить то, что происходит в твоей жизни, чтобы не накапливать эмоции. Как насчет четвергов в три пятнадцать. Не помешает ли это твоим тренировкам по волейболу?

Мой план обратился против меня самой.

После матча по волейболу я поехала домой вместе со Стейси. Я даже не хотела играть, но если бы я пропустила матч, мне пришлось бы ехать домой с мамой и Мэй, а этого я явно хотела избежать. Мне просто повезло, что тренер действительно включил меня в игру. Однако я была так зла, что перебросила мяч через сетку и заработала очко.

Когда я вернулась в дом, у меня екнуло сердце. Мэй и моя мама сидели на диване в гостиной и пили чай.

Я направилась в свою комнату.

– Джулс! – позвала мама, поспешив к лестнице. Мэй притихла и скрылась на кухне.

Я успела преодолеть первые несколько ступенек, когда мама положила свою руку поверх моей на перила.

– Почему бы нам не сесть и не поговорить?

– А что тебе за дело? – ответила я. – Тебя не волнует ничего из того, что я делаю.

– Это неправда, – начала она.

– Ты больше не заботишься обо мне! Ты даже пропустила сегодня еще одну волейбольную игру!

– Прости, дорогая. Мэй нужно было пройти обследование в больнице.

– Конечно, – проворчала я. Я заметила, что она носит ожерелье со своей половинкой кулона-сердечка, который подарила мне, а моя половинка все еще была у Мэй.

Мама глубоко вздохнула.

– Может, мы сядем и поговорим?

– Нет, – вызывающе ответила я, хотя именно этого мне и хотелось – посидеть с мамой. Просто в тот момент я не могла себе в этом признаться. – Скажи мне здесь все, что хочешь сказать.

Она кивнула, а затем положила свою вторую руку поверх моей. Я напряглась.

– Джулс, я знаю, что ты расстроена из-за того, что наша поездка в Чикаго сорвалась. Я полностью понимаю это и сочувствую. Я постараюсь загладить свою вину. Обещаю. Может быть, мы сможем поехать в следующем году.

Я была рада, что она старается исправить ситуацию, но она упускала суть.

– Дело не в поездке, мама. Дело в ней! Она все портит! – Мне было все равно, слышит ли меня Мэй в соседнем помещении. – А теперь мне приходится из-за нее ходить к школьному психологу!

– Ну я не думаю, что это плохо…

– Ты не понимаешь! – закричала я.

Она ничего не замечала! Она была так увлечена Мэй, что не понимала, как та себя ведет. Мне было невыносимо разговаривать с ней.

Я вырвала свою руку из-под ее пальцев и бросилась вверх по лестнице.

Влетев в комнату Дани, я хлопнула дверью. Даниэль репетировала отрывок из мюзикла.

– Убирайся! – крикнула я.

Слишком удивленная, чтобы возражать, Дани повиновалась.

Глава 42

– Сюзанна?

Услышав свое имя, Сюзанна открыла глаза. Было еще темно, и она попыталась понять причину, по которой ее разбудили посреди ночи.

Возле двери под ковром скрипнула половица. Сюзанна пригляделась и увидела силуэт.

В дверном проеме стояла Мэй в белой ночной рубашке, которую Сюзанна купила для нее. Ее длинные темные локоны ниспадали на плечи, а лицо было бледным. Она напоминала привидение.

– Ты в порядке? – спросила Сюзанна, опасаясь, что это вторжение может означать что-то плохое. Мэй покачала головой.

– Прости, – тихо извинилась она, – я не хотела тебя будить.

– Все в порядке, – успокоила ее Сюзанна, приподнимаясь и садясь.

– Я просто не могла уснуть.

Сюзанна подвинулась, чтобы освободить место на кровати. Мэй подошла и села рядом с ней.

– Мне приснился кошмар, – призналась Мэй.

– Опять?

Мэй кивнула. Она подцепила ногтем торчащую из одеяла нитку.

– Мне просто… плохо, – призналась она.

– Из-за чего? – Сюзанна