Мисс Мортон и убийство на званом вечере - Кэтрин Ллойд

одних лохмотьях. Будущий доктор определенно происходил из более состоятельной семьи, и, раз его родителям в конце концов удалось забрать своих детей, все сходилось.

Какое-то время она смотрела на его мятежное выражение лица, но в конце концов отложила рисунок в сторону. Прямо под его портретом оказался набросок братьев Прайс у выгона, руки их лежали на плечах друг друга. Застали ли они доктора Харриса? Вполне возможно, что в силу возраста они не помнили его, даже если и встречались. За все время Джошуа ни разу не упомянул, что знает доктора, а он с братьями Прайс как раз одного возраста.

Отложив рисунок к портрету доктора Харриса, Кэролайн продолжала рассматривать лица детей, пока часы на каминной полке, когда-то принадлежавшие ее матери, не пробили четверть часа. В камине раскололся и вспыхнул кусок угля, осыпав очаг фонтаном искр. Кэролайн подложила еще топлива и уселась обратно на кровать. Стопка рисунков почти закончилась, а Кэролайн была столь же далека от разгадки, как и до этого.

Взгляд ее задержался на изображении маленькой девочки, которая развешивала белье и обернулась к художнику через плечо. Она едва доставала до веревки, и ей приходилось стоять на цыпочках, высоко подняв руки.

– «Р», – прочитала Кэролайн под портретом. Ее она не узнала, так что отложила лист в соответствующую стопку. Под этим рисунком оказалась снова она, но с другой девочкой: вдвоем они сидели за столом детской, спиной к застекленному шкафу, где хранились воскресные игрушки. – «Р и Р». – Кэролайн нахмурилась. – Не очень понятно.

Приглядевшись внимательнее, она заметила слабо различимую дату на краешке листа.

– Кто бы ни были эти девочки, они жили здесь в то же время, что и доктор Харрис, – пробормотала Кэролайн. – Интересно, может ли одна из них быть его сестрой?

У обоих девочек были темные волосы, как у доктора, и возраст примерно схожий. Спросить ли его? Он явно не расположен говорить о своей сестре, и Кэролайн придется уважать его решение. Но кого еще можно спросить? Может ли знать миссис Мэддокс? Она работала в детской, когда Сьюзан только родилась, и только потом постепенно сумела пробиться и занять должность кухарки.

С тихим стоном часы набрались сил и пробили полночь. Подождав, пока не отзвучит последний удар, Кэролайн задумалась, что же делать дальше. Помимо дяди с тетей, в Гринвуд-холле только кухарка могла вспомнить этих девочек. И мистер Вудфорд, и тетя Инес, которые совершенно точно работали или помогали в детской в то время, на ее вопросы ответить уже не могли.

Кэролайн внимательно смотрела на разложенные по кровати портреты. Едва ли можно назвать совпадением то, что один за другим умерли двое людей, больше других посвященных в дела детской двадцатилетней давности, то есть когда здесь жили дети Харрисов. Если это доктор Харрис жаждал отомстить тем, кто жестоко обошелся с ним или его сестрой, то Джошуа справедливо утверждал, что невиновен.

Глава шестнадцатая

– У меня нет времени на болтовню, мисс.

Миссис Мэддокс помешала что-то в кастрюле на плите, а затем прошла в судомойную, проверить, как помощницы справляются с мытьем посуды. Кэролайн проснулась рано и сразу спустилась на кухню за завтраком для миссис Фроджертон, который хотела отнести лично.

– Столько гостей нужно накормить и напоить, что я едва успеваю присесть за день.

– Вы превосходно справляетесь, миссис Мэддокс. Не знаю, что бы тетушка без вас делала. – Кэролайн упрямо ходила по пятам за миссис Мэддокс. – Я отниму у вас только минутку.

Миссис Мэддокс тяжело вздохнула, вытерла руки о фартук и крикнула:

– Присмотришь за бульоном, Пегги? – А потом, пройдя в большую кладовую, наконец обернулась к Кэролайн. – Ну что такое?

Кэролайн поспешно извлекла из кармана два портрета и показала кухарке первый:

– Вы случайно не помните, кто это?

Миссис Мэддокс прищурилась, разглядывая рисунок.

– Это доктор Харрис, когда жил здесь. Я узнала этот хмурый взгляд, стоило ему сесть на кухне ужинать в тот вечер, когда занемог мистер Вудфорд.

– Тогда кто эти девочки? – Кэролайн показала второй портрет.

Кухарка взяла лист бумаги и присмотрелась повнимательнее. Через несколько мгновений она нерешительно произнесла:

– Хм… Я не уверена. Одна из них может быть сестрой доктора, Роуз, но кто вторая? Не припоминаю. Она тоже недолго оставалась здесь, как и дети Харрисов.

– А кто из них кто? – уточнила Кэролайн.

– Не могу сказать. С тех пор как я видела их, прошло лет двадцать, не меньше. В детской тогда было много детей – фермерам приходилось очень тяжело, работные дома и приюты и так трещали по швам. – Миссис Мэддокс вернула рисунок Кэролайн. – Почему вы вдруг спрашиваете?

Кэролайн пожала плечами.

– Вы упомянули, что доктор Харрис когда-то жил здесь, и меня это заинтересовало. А найдя рисунки среди вещей тети Инес, я задумалась, мог ли это быть он.

– Ваши дядя с тетей знают, кто он, а больше меня ничего не волнует, – отрезала миссис Мэддокс. – И я дам вам тот же совет, что и им: оставьте прошлое в покое, пусть все идет как идет.

– Прекрасный совет, – согласилась Кэролайн. – Но порой, когда прошлое возвращается и вмешивается в настоящее, сложно оставаться в стороне.

– Держитесь от всего этого подальше, юная леди, – предупредила миссис Мэддокс. – А не то столкнетесь с последствиями.

– Как вы? Вот почему кто-то испортил всю вашу кропотливую работу с десертом?

Кухарка качнула головой, отворачиваясь.

– Это был кот. Кот пробрался. И не вздумайте заявлять что-либо еще. – Она направилась обратно на кухню. – А теперь, если позволите, мисс, мне пора.

Кэролайн проводила ее взглядом. Миссис Мэддокс подтвердила, что это был портрет доктора Харриса, и сообщила, что одна из девочек, скорее всего, его сестра, и звали ее Роуз. Уже идя по коридору к комнатам дворецкого, в которые теперь никто не заглядывал, Кэролайн нащупала в кармане дневник. Она уже достаточно его изучила и сразу же открыла на том месте в самом начале, где выцветшие чернила складывались в посвящение.

– «Роза для розы», – прошептала Кэролайн.

Могла ли сестра доктора Харриса написать этот душераздирающий рассказ о своем пребывании в Гринвуд-холле? Теперь, оглядываясь назад, Кэролайн думала, что могла бы узнать автора раньше. Лишь немногие дети умели читать и писать так бегло в таком юном возрасте. Дети Харрисов жили в относительно обеспеченной семье, и, скорее всего, их этому учили.

Но если дневник написала Роуз, что же с ней случилось?

Развернувшись обратно в сторону кухни, Кэролайн забрала поднос с завтраком. Миссис Мэддокс сделала вид, что не слышит ее благодарности, и ничего не ответила. Медленно поднявшись